Фоновая картинка - коллаж произведений Людмилы Максимчук
Людмила Максимчук
   «Арарат», 2012

  Мировое значение горы Арарат таково, что не вызывает разногласий и сомнений в обсуждении этой величины. Тема народов Кавказа, их история, философия и культура занимают особое место в моём творчестве. Гуманизм и общечеловеческие ценности – вот основной камертон, к которому стараюсь прислушиваться.

Часть 1. Октябрь 2011 года. Москва-Ереван-Сочи.
В дни русской литературы в Армении,
3-10-2011 г. – 9-10-2011 г.

Самолёт Москва-Ереван компании Armavia; 2-10-2011 г.

Ночной  перелёт из Внуково занял почти три часа. В нашей делегации из Москвы, устремлённой на праздник русской словесности в Армении, всего пять человек: писатели и журналисты. Завтра прибудут остальные. Везём с собой максимальное количество книг и прочей литературы – по тридцать килограммов на каждого; сказать честно, тридцать килограммов – не так уж и много. Большинство пассажиров аэробуса – армяне и грузины. Армяне, грузины, абхазы, очевидно, летят домой; белорусы, молдаване и прочие – кто куда. Для грузинских подданных на трёх языках объявляют удобные (ближайшие) номера рейсов Ереван-Тбилиси. В Абхазию и Грузию из России нет прямых перелётов. Кресла сдвинуты очень плотно, свободных мест нет. Кормят хорошо. Обслуживают ненавязчиво. Мой сосед слева, молодой расторопный армянин, уже год как не был дома (в Москве хорошо зарабатывает); удивился, мол, что делать русским в Армении? Рассказала – приглашал в гости. Прибываем вовремя; весь багаж – в сохранности. Осматривая упаковки книг, таможенники интересуются: нет ли сектантской литературы? Встречают тепло – руководитель Представительства Россотрудничества, советник Посольства России в Армении Виктор Владимирович Кривопусков лично приветствует каждого. Нас быстро размещают в машинах. Ночной Ереван – весь в огнях. Вскоре всех доставят в гостиницу «Ширак».


*    *    *

Кто, куда, зачем летит и едет
С багажом, с детьми и налегке?
Все мы – пассажиры и соседи
В корабле, плывущем по реке,

В поездах, трамваях, самолётах
И в метро, автобусах, такси…
«Пристегнём ремни» на поворотах –
Доплывём, доедем, долетим.


Где-то нас с улыбками встречают,
Где-то нас давно уже не ждут;
Где-то путь цветами устилают,
А куда-то больше не зовут…                                                                      

                                                  Май 2012 г. 


                                                         Гостиница «Ширак»

Гостиница «Ширак».
Ночной приезд гостей.
Назавтра – «Русский час», а после – «Русский день»,
«Армянско-русский мост», и далее – везде…
Следите, господа, за лентой новостей.

Гостиница «Ширак». Пристанище и штаб.
Служителей пера зовут во все концы.…
Российские птенцы, посланцы и гонцы, 
Сумеют ли «вписать» себя в такой масштаб?!

Гостиница «Ширак». Двенадцатый этаж.
Распахнутый балкон. Вечерний разговор.
Российское посольство – прямо и в упор.
Налево – Арарат, знамение и страж…

*    *    *

Гостиница «Ширак» – Столицы добрый знак!           

                                                                                                         Октябрь 2011 г.

 Ереван

Караван моих надежд, караван,
Приведи меня скорей в Ереван.

Ереван, меня ты разве не ждал?
Я давно тебя увидеть мечтал.

По душам с тобой хочу говорить
От рассвета до вечерней зари:

Об истории твоей, о былом
И о нынешнем, тебе дорогом.

…О традициях я слышал твоих
И хочу узнать подробней о них.

*    *    *

Угости меня, дружок, коньяком,
И с арцахом* я пока не знаком.

Я уже не говорю про шашлык,
Не такой, к какому дома привык.

Абрикосом угости, говорю,
Пропитавшимся теплом к сентябрю.

А гранаты, а гранатовый рай!
Ереван, уж ты меня не бросай…

Изобилие известно твоё –
Я хочу с тобой остаться вдвоём,

Насладиться виноградной рекой,
Чтоб до солнца дотянуться рукой...

Ты меня, дружок, душевно пойми:
Познакомь меня с твоими людьми –

Представляю, сколько встреч меня ждёт,
И душа моя с восторгом поёт,

Ожидая самый тёплый ответ –
Для души препятствий, кажется, нет!

*    *    *

Ереван, не надоел я тебе?
…Ты прости моё упорство теперь,

Всё, что я успел узнать в эти дни,
Караван мой навсегда сохранит.

И музеи, и Театр, и Каскад
Как старинных новостей водопад;

Потрясающий Матенадаран
Гордость всех без исключенья армян;

Парк Победы и Цицернакаберд
Как акценты: это – подвиг и смерть;

Целый мир здесь и поёт, и скорбит,
И о будущем забыть не велит!

…Ереван, ты очень близким мне стал.
Вечер твой меня в раздумьях застал;

Скоро ночь, а там – и лёгкая грусть…
Я узнал тебя почти наизусть.

В записную книжку строчку впишу,
Дома мысль свою вполне завершу;

Строчка в книге – размышлений венец.
…Ереван, прошу тебя, наконец:

Помолчим с тобою наедине…
А потом оставь меня в тишине

И по улицам ночным проведи,
Да в рассветный час меня награди:

Покажи мне Арарат, покажи,
От подножия до самых вершин.

Дух захватит – в сердце встанет заря!
Караван мой потрудился не зря.

*    *    *

Ереван, пора прощаться с тобой,
Мне уж надо возвращаться домой –

Всё хочу своим друзьям рассказать
И привет им от тебя передать.

...Ереван, ты погрусти без меня:
Ты мне – больше, чем иная родня…

*    *    *

Караван моих надежд, караван,
Приведи меня опять в Ереван…

                                               Октябрь 2011 г.

 *Элитные армянские спиртные напитки коллекции «Арцах» известны по всему миру

 Музей под открытым небом    

«Музей под открытым небом»
                       – так называют Армению.
...Я знаю, не хватит и года,
                          а может, и жизни не хватит,
Чтоб эту страну объехать,
                          исполниться благодати,
Предать себя без остатка –
                         искреннему восхищению. 

«Музей...» В грандиозных залах,
                            под небесами открытыми,
На каждом шагу – экспонаты,
                            великой истории вехи.
...Сюда из античной эпохи
                            дошли и остались навеки
Языческие монументы,
                        чтоб не остаться забытыми.

А дальше – дворцы и храмы
                             более поздних периодов;
Так юность тысячелетий
                           в веках обретала зрелость.
Так юное христианство
                                явило напор и смелость –
Так шаг вперёд состоялся –
                              в пользу значений и выводов... 

* * *
«Музей...» подменять не будет
                               даты, героев, события.
Музей приготовил миру
                              будущие открытия.

      Апрель 2012 г.

Арарат

Чистейшей души родник,
Арарат;
Восторга счастливый миг,
Арарат;

Истории боль и страж,
Арарат;
Подъём, торжество и – страх,
Арарат;

Грядущему дню урок,
Арарат;
Царям и рабам – пророк,
Арарат…

*    *    *

Надежда и светлый нимб,
Арарат;
Твой облик неизменим,
Арарат;

Все тропки к тебе ведут,
Арарат;
Все мысли к тебе текут,
Арарат;

С землей тебя не сравнять,
Арарат;
От сердца не оторвать,
Арарат!

Армянам любой страны,
Арарат,
Вершины твои видны,
Арарат.

Из самых далеких стран,
Арарат,
Летит к тебе песнь армян,
Арарат:

«Тебя не укроет тень,
Арарат;
Ты – вера в грядущий день,
Арарат;
Ты – памяти исполин,
Арарат;
Ты – символ родной земли,
Арарат!»

*    *    *
Весома твоя печать,
Арарат;
Безмерна твоя печаль,
Арарат…

                              Октябрь 2011 г.

Дети Армении

Дети – лицо Армении.
Пойте, танцуйте, дети!
Дети – рассвет Армении,
Музыка на рассвете.

Дети – мечта Армении,
Море цветов душистых.
Дети – любовь Армении,
Солнце в глазах лучистых.

Дети – подъём Армении
На вираже крылатом.
Дети – весна Армении,
Солнце над Араратом!                              

                                  Февраль 2012 г.

Дороги Армении

Бегут дороги – по бумаге так бежит строка.
Дорогу можно прочитать, продолжить, как строку,
Как фразу в древних письменах на разных языках.
Дорога жизнь перевернёт за несколько секунд.

*    *    *
…Жизнь сотни раз стирала в прах властителей судеб,
Крушила царства, племена, фигуры всех мастей,
Меняла роскошь богачей на нищету и хлеб,
Но сохраняла свой резерв для строчки новостей.

По всей Армении бегут дороги – как ручьи,
В своём течении они историю несут
И представляют всем гостям владения свои.
Бегут дороги по стране и за собой зовут…

*    *    *
Гарни, Гегард и Хор Вирап – святейшие места,
Их невозможно пропустить, без них и песни нет.
Душа замрёт: какой размах, тревога, красота,
Живая память и канва бесчисленных легенд.

…Дорога на Степанаван, дорога на Гюмри –
Вот исторический роман сегодняшних времён.
Везёт машина по горам, а ты в окно смотри:
Оборотись – и вглубь столетий взор твой обращён.

Вон поворот в Вагаршапат – через Эчмиадзин,
Здесь вера первых христиан открыла свой исток.
Здесь храм святой – духовный страж,
                                          церковный властелин.
Отсюда дальше устремилось множество дорог.

Бежит дорога в Арташат, а после – в Вайоц Дзор;
Бегут долины и луга, пещеры и леса,
Озёра, взгорья, города, посёлки, склоны гор,
Доносят из былых веков преданий голоса.

Ведёт дорога в Абовян, в Сюник, и в Иджеван,
И в Дилижан; куда ни глянь – проложены пути.
По тропкам или по камням пройдет твой караван,
Продолжит летопись твою – никто не запретит.

Дорогу можно продолжать в Ширак и в Армавир,
И непременно в Норатус, на озеро Севан,
Где память долгая хранит войну, короткий мир,
Несправедливость, кровь и боль, страдания армян…

Дорога в горы – выход в мир нетающих снегов,
Камней, холмов, ущелий, скал, не знающих оград.
Строка дороги – как река без дна и берегов –
Бежит туда, куда призвал далёкий Арарат:

Сверканье солнечных лучей, сплетающих узор
Из сотен красок в вышине, и музыка в горах
Подобны сказке, а вокруг – пленительный простор!
 …Но вниз опустимся – смотри: дорога в Карабах.

Кому не надо – сменит курс и тоже будет прав;
Закроет уши и глаза повязкой зачеркнёт.
…А может быть, пора вздремнуть среди цветов и трав,
Отведать фруктов и вина, а дальше – как пойдёт?

*    *    *
…Спешат другие по путям, неведомым тебе;
Кто хочет правды, кто – забав, кто – с другом заодно,
Кто – размечтался  покорить заснеженный хребет,
Кому – история нужна – как кадры из кино;
Кому – подумать в тишине, кому – прогнать тоску;

Иные с ценным багажом спешат издалека.
…Дорогу можно прочитать, продолжить, как строку.
Бывает, жизнь перевернёт – всего одна строка.
Дорога – ноша по себе, по силам, по уму.

Дорога – строчка в дневнике, орнамент на камнях.
Не существует и дорог, не нужных никому.
Найди свою,
                 иди вперёд
                                 и позови меня…

                                                             Март 2012 г.

День, проведённый в Армении осенью 2011 года

Кто бы мне подарил этот день
                       целиком, без остатка;
Кто б его повторил через месяц,
                                  а лучше весной,
И не где-нибудь, в странах и весях
                                        иного порядка,
А в Армении, ставшей недавно
                                      почти что родной.

Кто бы мне подарил этот воздух,
                           прозрачный, целебный,
Эти звуки и краски,
                             которыми мир сотворён,
Аромат виноградников,
                            запах густой и волшебный,
Не сравнимый ни с чем остальным
                                   – от библейских времён.

Кто бы мне подарил
                      переулки,
                           дорожки,
                              тропинки,
Свежий ветер и бодрость,
                      удачу и силы в пути,
Чтоб пешком обойти всю страну,
                          не спеша, по-старинке,
Отдохнуть, обернуться….
                                    и дальше
                                                   по свету идти!                                                        

                                                                       Май 2012 г.

Озеро Севан*

Ты велик, Севан!
Дочь твоя, Раздан,
Не хотела тебя разорять:
Сотни лет текла,
Дар отца несла,
Чтоб Араксу потом передать.

Двадцать восемь рек
Уж не первый век
Восполняли Севан водой –
Сохраня мир,             
Гармоничный мир,
Восхитительный и живой.

Но пришёл прогресс –
И… открыл процесс,
Равновесие пошатнул,
Рассчитал доход
От земель и вод,
Уважаемых в старину.

Что не делал царь,
Заправлявший встарь
На просторах родной земли,
Сделал жалкий раб…
…Но придет пора,
И с небес сойдут корабли.

…Корабли плывут,
В небеса зовут,
К облакам, улетающим в рай:
«Помоги нам, Ной
И водой святой
Наш любимый Севан напитай!»

*    *    *
Замолчат вожди…
Зашумят дожди;
Мы того не застанем, жаль.
А пока… могу
Встать на берегу –
Посмотреть высоко и вдаль!!!    

                                                Апрель 2012 г.

*Озеро Севан – самое большое на Кавказе, а также одно из самых больших высокогорных пресных озёр Земли

Армянский виноград

Армения – место действия целого ряда библейских событий, связанных с Ноем, Ковчегом, первой посадкой винограда на армянской земле.
Виноград – национальный символ Армении

Армянский виноград – вкуснее не бывает.
Армянский виноград – он горечи не знает.
Ах, было бы так сладко мне!
Армянский виноград, элитный  и отборный,
Причуда и каприз природы непокорной,
Но чуткой к молодой весне.

Армянский виноград, библейская легенда…
Армянская лоза – извилистая лента,
Петляет в глубину веков.
Армянский виноград долины Арарата;
Армянская душа – венок из винограда,
Венец из листьев и плодов.

Армянский виноград, дитя суровой почвы;
Армянский виноград – внутри дубовой бочки.
Как крепок карабахский дуб!
Армянский виноград, мясистый и прозрачный,
Армянский виноград, насыщенный, коньячный,
И вкус его не сходит с губ…                 

                                                              Март 2012 г.

Армянский абрикос 

Армения считается родиной абрикоса.
Абрикос – национальный символ Армении

Вы устали от вопросов,
От которых толку нет?
Время спелых абрикосов
Вам на них даёт ответ –

Фруктом зрелым, ароматным,
С бархатистой кожурой,
Даром спелым и приятным,
Увлекающим игрой

Вкуса, формы и окраски,
И не только... С давних пор
Повторяя мудрость сказки,
Не смолкает ладный хор

Абрикосовых деревьев
Нежной, ласковой весной:
«Мы возносим гимны древней
Нашей родине земной,

Нашей солнечной отчизне,
Подарившей жизни нам,
Чтобы мы дарили жизни
Нашим сказочным плодам.
Их теперь мы дарим вам!»

*    *    *
Для армянского народа
Абрикос – священный плод,
Знак здоровья, дар природы.
…Как не чествовать народ,
С упованием взрастивший
На камнях росток святой?!
…Как велик наш мир, вместивший

Тот подарок золотой –
От Армении прекрасной!
Пусть на всех материках
Расцветают абрикосы  –
На горах, в садах, в песках,
Где к подарку прилагают
Труд души и силу рук.
Абрикосы расцветают,
Пусть поёт о них дудук*!

*    *    *
Вы устали от вопросов,
От которых толку нет?
Песня спелых абрикосов
Вам на всё даёт ответ.                               

                                      Март 2012 г.

*Дудук – музыкальный духовой язычковой инструмент, национальный символ Армении                                                   

 Армянские хачкары*

 Армянские хачкары – национальный символ Армении

Страна камней… Повсюду – горы, скалы,
Растущие от каменных корней.
Над ними – величавые хачкары,
Цари над миром праха и камней.

Хачкары, уникальные святыни –
Оплот и достояние страны,
Синонимы незыблемой твердыни,
Неповторимый отзвук старины.

Они – посланцы прошлых поколений,
Тысячелетий верные гонцы.
Пред ними опуститесь на колени
Учёные, умельцы, мудрецы:

Ведь в камне дольше летопись хранится,
Чем в выцветших бумажных письменах!
…Хачкаров изваяния – как лица
Сказителей о давних временах,

Языческих, а позже – христианских,
С язычниками выигравших спор.
Армения явила постоянство
И веру сохранила до сих пор.

*    *    *
…В сегодняшней Армении хачкаров –
Десятки тысяч; больше в сотни раз
Их прежде было, но волна ударов
Стихий и войн диктует свой рассказ,

Не позволяя приукрасить данность…
Пусть! Исполины всё-таки стоят
И олицетворяют первозданность,
Как воплощает вечность – Арарат.

…И если жизнь землян, даст Бог, продлится,
То прошлое не скроется впотьмах:
В хачкарах память мира сохранится
Гораздо дольше, нежели в умах…

                                                  Март 2012 г.

 *Хачкары – начиная с IV века, сразу после принятия Арменией христианства – вид архитектурных памятников, представляющий собой каменную стелу с резным изображением христианских символов

 

 Буква

Посвящаю создателю армянского алфавита
гениальному Месропу Маштоцу, 362-440 г.г. н.э.

Азбука. Букварь. Родное слово,
Слово на армянском языке...
Армянин, вглядись опять и снова
В букву – в каждом слове и в строке.
          …Слово – сила. Буква – символ звука.
          Грамота – основа из основ.
          Без неё не движется наука,
          Без неё пассивна сила слов.

Буква – чёткий облик силуэта.
Буква – высшей истины момент.
Буква – философия поэта.
Буква – непреложный аргумент.

 Ах, четвёртый век… Какие страсти!
Вновь армян теснит жестокий враг.
И Месроп Маштоц, великий мастер,
Чтоб не рвали родину на части,
Подвиг совершит – за шагом шаг:
          Алфавит – язык –  литература;
          Письменность – духовная стрела.
          Следом – современная культура.
           Вот они – великие дела!!!

Буква – чёткий облик силуэта.
Буква – высшей истины момент.
Буква – философия поэта.
Буква – знак преданий и легенд.                                                                          

...Грандиозный, долгий труд Маштоца
Был успешным – создан алфавит;
Дальше – больше: слову путь открыт.
…На восточном склоне Арагаца
Уникальный памятник стоит:
         Тридцать девять каменных созданий*,
         Выше Арагаца самого (!),
         Тридцать девять точных изваяний,
         Тридцать девять букв – воспоминаний
         Об учёном и трудах его.

Буква – чёткий облик силуэта.
Буква – высшей истины момент.
Буква – философия поэта.
И красноречивый монумент.

*    *    *

Буквы… Перед ними – вся планета.
Армянин, благодари Творца;
Воспевай без устали поэта,
Патриота, гения, борца!

                                                            Декабрь 2011 г.

ридцать девять вытесанных из туфа букв вместе с Месропом Маштоцем и его учениками  памятник армянскому алфавиту и Маштоцу, его создателю; находится в Армении, на склоне горы Арагац 

Армянскому поэту Егише Чаренцу
(1897 – 1937)

 «Стелется пламя по лентам дорог:
Красные кони летят оголтело.
Мрамор дворцовый летит из-под ног,
Всюду пожары – священное дело».
                                        Егише Чаренц, перевод А. Сагратяна

Призыв к свободе повторил,
Судьбу народа разделил –
Что для поэта может быть важнее?
                       …Дворцовый мрамор, звон копыт *–
                       Драконье племя вдаль летит;
                       Дорога к этой цели все длиннее…

Озерный блеск, прозрачность вод,
И солнца нового восход –
Укрылись за угрюмыми горами.
                        Ах, как красив твой Арарат!
                        …А здесь, внизу, уже стучат
                        И розы вырубают топорами.

Но для того ты и пришел,
Чтоб розы куст опять зацвел
И распустился бы цветком нетленным,
                        Чтоб голос твой высоким стал,
                        И чтоб народ тебя назвал
                        «Поэтом, к арфе дней приговоренным»!

                     *    *    *
На арфе дней, поэт, играй,
Своих высот не уступай –
Подъемы вверх все круче, все труднее.
                       Судьбу отважных повтори,
                       Судьбу народа раздели –
                        Что для поэта может быть важнее?

                                                                 24 февраля 2010 г.

*Курсивом – цитаты из произведений Егише Чаренца

Давид Сасунский 

По прочтении одноимённого легендарного средневекового армянского эпоса, VII-ХIII века н.э.

                         «Хлеб, вино, всемогущий Господь!
                              Богородица-на-горе!
                              На плече моём Ратный крест!
                              Помогите врага побороть!»
                                               Давид Сасунский (часть 3.2) 

*    *    * 
Богатырские предки Давида,
Помогите Давидову племени.
Постарайтесь – Давид станет крепче гранита,
Разобьёт супостатов, достигнет зенита;
Будет Родина славой его знаменита,
И не канет она в лету времени.

«Хлеб, вино и Господь…»,  помогите,
Помогите народу Армении;
На благие поступки людей вдохновите,
От врагов и несчастий их жизнь оградите
И теперь, и в седьмом поколении. 

 «Хлеб, вино и Господь Всемогущий…»
Поддержите достойных правителей.
Их – всего ничего – в человеческой гуще…
Санасар, Багдасар, Мгер* – примеры из лучших.
…Эй, Давид, поднимайся над горною кручей,
Чтобы Ратным крестом да примером могучим
От пороков сдержать повелителей! 

                                                             Ноябрь 2011 г. 

*Санасар, Багдасар, Мгер – герои эпоса «Давид Сасунский» 

Геворг Марзпетуни 

По прочтении одноимённого исторического романа Мурацана (Григора Тер-Ованнисяна),
повествующего о жизни армянского народа в Х веке н.э.

 Наверно, нет такой страны на свете,
Где б воцарились счастье и покой.
Но князь Геворг, чей дух силён и светел,
Хотел бы видеть родину – такой. 

Цари – всегда заложники на троне.
Судьба народа им принадлежит.
Опять война, опять грозят короне
Враги…  Кругом – волненья, мятежи;

 Ещё чуть-чуть – и алчный инородец
Армению склонит к своим ногам.
Нет! Клятву дал великий полководец,
Что не уступит край родной врагам. 

Не уступил. Не отступил от веры,
Вокруг царя войска свои сплотил.
«Железный» царь*, твой полководец верный
В который раз арабов победил!

*    *    *
Геворг всю жизнь свою отдал народу.
Могила князя – солнце над горой.
Армения, сражайся за свободу,
Как за тебя сражался твой Герой!

                                                      Март 2012 г.

*«Железный» царь – герой романа Ашот II Железный, историческая личность, отважный и сильный царь Армении

Армении –от северных славян

Армения, великая Армения,
Как скромный дар от северных славян
Прими теперь мое стихотворение –
В казну доброжелательных армян.

                     *    *    * 
Мой Новгород Великий – город древности,
Столица древнерусской старины,
Вместил в себе раскопки-драгоценности,
Свидетельства, которым нет цены.

Так вспомним о свидетельствах, оставленных
Вблизи от старых Новгородских стен:
Разрушены они и обезглавлены,
Святые храмы, в годы перемен.

Меж ними – храм Григория Армянского,
«Хутынский столп» со звоном тех часов,
Которые от мастера славянского
Впитали мощь высоких голосов.

Хватило б нам талантов, сил и мужества,
Чтоб так-то сделать дело в наши дни!
…России и Армении содружество
С далеких лет история хранит.

                     *    *    * 
Армения! Твои края чудесные
Воспели на других материках:
Твои сыны и дочери известные
Прославили страну свою в веках.

…Великая, прекрасная Армения,
Ты многое сумела пережить:
Рассветы, становление, гонения,
Богатство, нищету, землетрясения,
Но красоту сумела сохранить.

Бывали потрясения обильные,
Перед лицом  предгорий и долин:
Цари твои, могучие и сильные,
Едва ли доставали до вершин,

Сравнимых с Араратскими вершинами,
Которых достигал  библейский Ной…
Легенды и сказания былинные –
Залог любви, Небесной и Земной!

…Ты не забыла времена жестокие,
Позорящие человечий род.
Из Турции, Ирана, Каппадокии
К тебе бежал обиженный народ,

Чтоб пережить удар, смертельно ранящий,
Чтоб сохранить любимую семью.
Армения – последнее пристанище
Для тех людей, кто жизнь спасал свою.

Иное тоже было – и запомнилось –
Позор и горе – геноцид армян…
История Земли моей пополнилась
И потрясла народы разных стран.

Нагорный Карабах – едва ли прошлое,
Но настоящее – одно в другом…
Пришлось бы вспоминать одно хорошее,
Когда бы прочным был наш общий Дом,
Дом на Земле, большой, просторный Дом!

Но Дом стоит на зыбком из фундаментов,
Замешанном из горечи и слез.
Надеюсь, где-то, в важном из парламентов,
Поймут: пора решать больной вопрос!

                     *    *    * 
Прекрасная, великая Армения!
Правители – еще не весь народ;
Уходят и приходят поколения,
Когда-нибудь стабильный мир придет!

Дождемся или нет – посмотрим далее,
Ну а пока продолжим те дела,
Которыми, как воины медалями,
Гордиться ты с былых времен могла.

Кто далеко, кто близко от Армении –
Неважно: для души границы нет.
Карот и ностальгия – устремление
К родным краям, откуда светит свет!

Да будет свет! Да будет мир под крышами,
Под сенью наших флагов и знамен,
Твой древний Арарат – призыв Всевышнего.
К Нему ковчег наш общий устремлен!

                                                                   Май 2008 г.

                                                                             
Самолёт Ереван-Сочи компании Armavia; 9-10-2011 г. 

Вечерний перелёт – около часа. В Ереванском международном аэропорту проверяли придирчиво, не то, что в Москве: дважды – отпечатки пальцев, трижды – ручной багаж. Пассажиры – в основном грузины, абхазы, осетины, белорусы; много детей. В самолёте выдали бланки миграционных карт – всем подряд, в том числе и (?) мне. Зачем-то заполнила; зря, конечно. Прилетели в Сочи. Паспортный контроль в адлерском аэропорту – затяжной и не менее тщательный, чем в Ереване. Вижу: у всех, кроме меня (иностранных граждан), – синие паспорта мигрантов. Меня пропустили отдельно. Сданные к перевозке в багаж чемоданы ожидали очень долго; затем их ещё перепроверили дважды – на лентах-транспортёрах через камеры видеонаблюдения. Такого я ещё нигде не видела. Видимо, не доверяют прибывшим из других стран…

*    *    *
Пассажиры. Иностранцы.
Нескончаемый транзит. 
Чемоданы. Сумки. Ранцы.
Жарко. Холодно. Сквозит. 

Пересадки. Перетряски.
То ли дождик, то ли град…
Нестыковки. Неувязки.
Перемены мест и дат… 

Самолёты. Пароходы.
Поезда. Потом авто… 
Пусть в одни и те же воды
Дважды не войдёт никто, 

Новый путь по водам новым
Кто нам может запретить?
К путешествию готовы?
Так счастливого пути! 

*    *    *
«SMS-ки», телеграммы,
Телефонные звонки…
Сувениров – килограммы.
Впечатлений – сундуки. 

                                       Май 2012 г. 

Часть 2.  Октябрь 2011 года. Адлер-Москва

Санаторий «Южное Взморье», Адлер; 9-10-2011 г. – 26-10-2011 г. 

Социальная санаторная путевка, очевидно, предполагает какие-то допустимые варианты размещения, питания, обслуживания. Допускаю. Давно не пользовалась своим правом на такой вот оздоровительный отдых… Посмотреть фотографии учреждения с обещающим названием «Санаторий…» на картинке, прочитать отзывы в интернете – это одно, а провести в означенном месте (пусть не 21, а с текущего года только 18 положенных дней) – это совсем другое. Мне стыдно за… За что или за кого? За всех за них, которые предлагают, отправляют, якобы обеспечивают, но мало что гарантируют. Питание – намного ниже среднего, лечение – наполовину платное, коммерческие услуги навязываются немилосердно. Да, юг, солнце, море… Была бы погода! Но ведь её-то и не было – октябрь, всё-таки; десять дней лил проливной дождь.… Море – вот оно, красота и в шторм. Купаться? Раза три можно было искупаться, не больше. А вокруг! Цемент висит в воздухе – повсеместное строительство, полностью поглотившее город. На экскурсии ездить – одно расстройство. Я и не ездила: зачем теперешний хаос, царящий «на всех высотных отметках», сравнивать с не столь далеким прошлым, когда сочинский регион был гордостью и отрадой страны? Олимпийская стройка немилосердно захватила центр и окраины, проникла в горы, в планы развития, в человеческие судьбы. Узкая полоска черноморского побережья, принадлежащего России, растерзана необратимо. Видно, так было задумано???

 Россия 1991 – 2011 г.г.

Всё продали. Всё купили и опять продали.
Остальное растащили и разворовали. 

Что украсть не получилось, с молотка пустили –
Так Россию растерзали и разворотили.

Не для вора и бандита писаны законы…
Насыщайтесь и жирейте, чёрные драконы!     
                                                                         Ноябрь 2011 г.

Поезд Адлер-Москва, 26-10-2011 г.; по мере продвижения к северу… 

Адлер. Вокзал. В городе пахнет не морем, а пылью…
Скорее бы сесть в вагон. Ура! Наконец-то!
Поужинали, глядя в темнеющее окно вагона.
Спали кое-как. Утром то да сё…
Рассуждения; может, лучше было бы самолётом?
К обеду закончилась еда, к вечеру – кипяток.
С расписанием не совпадаем. Когда же приедем-то? 

*    *    *
1.
Закат. Красный солнечный шар
Медленно катится по морю,
Нехотя погружаясь в пучину.
Неужели всё-таки утонет?
Уже утонул… 

2.
…Постукивая колёсами,
Поезд засмотрелся на морской залив
И незаметно оказался в туннеле.
Его остановила темнота,
И он, было, повернул назад, но…

3.
Рассвет. Узкое лезвие зари
Раздвинуло чёрные мохнатые облака,
Только солнце всё равно не показалось.
Дождь. Сумрак. Сквозняк кромешный…
Пора, но никак не проснуться! 

4.
Вагон-плацкарт, вагон-купе,
Вагон-СВ, вагон-ресторан,
Вагон с питанием,
Вагон улучшенной планировки,
Вагон с персональным обслуживанием,
Вагон с бассейном или морским пляжем… 

5.
Кубанские вина на розлив – на рынке,
Кубанские вина – в номере отеля,
Кубанские вина – в купе поезда…
……………………………………
Почему же дорога не стала короче и веселее?! 

6.
Вид из окна.
Переменные составляющие пейзажа.
Каменные дома сбегают с гор вниз;
Деревянные избушки гнездятся по берегам рек;
Частоколы бетонных монолитов
                               сторожат пригороды столиц. 

7.
Изящные кипарисы
                сменяются нежными берёзками,
Берёзки – раскидистыми рябинами,
Рябины – приземистыми кустами бузины. 
Всё ближе к северу.
Всё дальше от теплого (?) моря… 

*    *    *
…Тепло и сухо.
Прохладно и сыро.
Пасмурно и холодно.
Золотая осень.
Глухая осень.
Необратимая осень.
Казанский вокзал.
               Осень в Москве.
                                Да Москва ли это?                                                      

                                                  Октябрь 2011 г.  

                                                  

Часть 3. Армения, 2011 год. Русская строка...

  Пожалуй, ни один регион в мире не произвёл на меня такого целостного и ошеломительного впечатления, как Армения. Страна показалась мне дивным горным государством – как будто объёмная картина, написанная единым движением кисти великого художника по имени Природа. Контрасты природных и климатических зон только усиливают эффект восприятия. Надо полагать, люди, населявшие здешние места или случайно оказавшиеся здесь, почти не испортили эту грандиозную картину результатами своей активной деятельности…

   Да, люди – первое впечатление в стране и последнее тоже.

   Очень разные встречались люди, разные складывались и обстоятельства. Много ли можно узнать и увидеть всего за несколько дней, тем более, что раньше в Армении бывать не приходилось??? Много.

   В течение недели, с 3-го до 9-го октября 2011 года, уже в четвёртый раз при поддержке Министерства культуры Армении и Российского общества дружбы и сотрудничества с Арменией в республике состоялись традиционные «Дни русского слова», посвящённые 20-летию образования СНГ, под девизом «Русским языком мы с будущим слиты». Мне, конечно же, было интересно оказаться в составе делегации из России, вместе с поэтами, писателями, журналистами, которым тема Армении небезразлична. Боле того. В процессе пребывания в стране, присутствуя на мероприятиях, участвуя в официальных и дружеских встречах, я и сама заразилась – в лучшем смысле этого слова – безудержной любовью к этой земле, к её людям, к моим коллегам, посланцам из России, которым выпала столь важная задача: нести русское слово армянскому народу. Конечно, настоящее время – не самое удачное для «начала процесса», но очень важное, чтобы процесс, который, как принято считать, взял начало два столетия назад, не канул в лету бесславно.

    Сколько помню себя, в мире всегда сложная политическая обстановка. Сложная она и теперь – как в России, так и в Армении. От сложного до простого – один шаг; и этот шаг, вернее, шаги, неустанно совершают оба народа, их культура. В общем звене культуры хочется особенно отметить русскую литературу и ту миссию, которую она совершает по всему миру. Страны, в силу всевозможных причин в разные фазы жизни отказавшиеся от русского языка, очень многое теряли, и невосполнимо. Русские и армяне – близкие народы именно по уровню интеллектуальных потребностей; в России и Армении всегда уделялось повышенное внимание культурной жизни. Книги – неотъемлемая часть жизни наших народов. Русская классическая литература – самая близкая мне из национальных литератур по духу, по направленности гуманистической мысли, по магнитному притяжению высоких идеалов этики.

  Мировая культура по достоинству оценила культурные, в том числе и литературные памятники, которые Армения на протяжении нескольких тысячелетий бережно вкладывала в копилку истории. Никого не оставят равнодушными произведения древних и более поздних армянских летописцев, философов, традиционных писателей и поэтов, замечательных музыкантов, скульпторов, архитекторов, художников, а также работы известных современных армянских авторов, ленты кинематографистов.

  Национальная армянская культура благожелательно настроена на восприятие других культур, заимствуя из них лучшее. В основном всё, что я знала и помнила об Армении с юных лет, это – из книг, фильмов, а также от впечатлений на выставках, концертах, форумах, встречах, где доминировала армянская тематика. В последние годы в России появилось довольно много новых книг об Армении, об армянском народе на русском языке. Попадались они в руки и мне. Из рассказов современных армянских писателей о событиях в стране 1980-1990-х годов гораздо ярче предстаёт жизнь людей, намного сильнее чувствуется боль простого народа «в эпоху перемен», чем из броских, но урезанных сообщений прессы. Любого заставляет ужаснуться бедствие Спитака и Ленинакана, пострадавших от сильнейшего землетрясения 1988 года; чёрным облаком нависает над миром перманентная трагедия Нагорного Карабаха; никогда не осядет на дно горе и позор ХХ века – геноцид армян…

   С позиции документальной хроники слово «писатель» налагает на пишущего очень высокие требования. Слово писателя или поэта, на каком бы языке оно ни произносилось, связано как с личной ответственностью автора, так и с его уровнем профессионализма – не только перед современными читателями, а и перед читателями будущего. Промыслительное движение мысли, литературный язык, созидательная идея произведения служат укреплению нравственности в любом народе, особенно в критические для него времена. Существуют ли, вернее, существовали в прошлом такие времена, когда можно было расслабиться и сказать: «Хватит учить нас морали, перестаньте вспоминать о предках; давайте напитывать себя сладкими ощущениями и получать от жизни только удовольствие!?» Говорят, такие времена бывали, но пользу человечеству они не принесли, а напротив – отбрасывали цивилизацию назад. Мир – открытая система, и что где «не так», сразу или немного погодя аукнется по соседству.

    Миру необходим положительный потенциал, и – не обязательно или не только – инициативы призванных к этому официальных структур, обществ и организаций. Нужны некие «мосты» в направлениях, требующих сегодня сохранности и развития. Россию и Армению связывают несколько мостов прошлого, но нужны и новые. Эти мосты, которые можно назвать «мостами дружбы», вполне по силам проложить как сообществам, так и отдельным личностям. И такие личности, к счастью, не перевелись. Знакомство с работой курсов русского языка в Представительстве Россотрудничества в Республике Армения, посещение школ и учебных заведений республики, где имеются русские классы, беседы с преподавателями и учащимися вселили в меня уверенность, что далеко не всё потеряно. Поездки по стране открывали всё новые и новые просторы, где русский язык был желанным. Руководители, педагоги и ученики с нетерпением ждали русских гостей, тщательно готовились к встрече. Звучала чистая русская речь, исполнялись произведения русских классиков, были показаны сценки из русских сказок и спектаклей. В домах и дворцах культуры, в залах музыкальных школ, на театральных подмостках – всюду торжество русского языка. Русские костюмы в едином хороводе с армянскими, русские песни, переходящие в армянские напевы, русские пословицы и поговорки, которые не требуют перевода.

Хлеб-соль на рушнике – встречают по-славянски,
Здесь исстари гостей умеют принимать.
По-русски говорим и шутим по-армянски.
…Мы можем и без слов друг друга понимать.

 Пленительно звучат армянские романсы,
Призывная гармонь зовёт всех за собой.
И чтение стихов, и музыка, и танцы,
И речи, и восторг, и смех – наперебой!

 Пусть всё – не так легко, как может показаться,
Как видится простым подъём в крутых горах.
…Обидно с полпути обратно возвращаться,
И нужно продолжать, и нужно продолжаться –
Друг друга открывать, друг другу открываться,
Друг друга обретать в стремительных мирах…

                                                                               Апрель 2012 г.

   Хочется отметить внеплановую поездку в одну из школ Еревана, школу имени Шекспира. Я запомнила переполненный класс, лица этих детей, педагогов, слова директора… Тяга к русскому языку велика. Жажда познаний – на русском языке – неоспорима. Если в других школах приходилось больше слушать учеников, то здесь предоставили инициативу нам, посланцам из России. Каждое сказанное нами слово слушали очень внимательно; задавали простые и сложные вопросы. В семьях детей и педагогов говорят как по-армянски, так и по-русски, и это очень ценно, и упускать это нельзя. Жаль, урок пролетел незаметно. Расставались мы со слезами на глазах…

  В рамках программы удалось ознакомиться с Ереваном, поездить по стране: Эчмиадзин, Гюмри, Степанаван, Кировакан, Фиолетово… Эти названия звучат как музыка, упоительная мелодия нашего времени, сохранившая дух армянской народной музыки предыдущих эпох. И музыка звучала непрерывно: задорно пели на русском и армянском, исполняли зажигательные национальные танцы. Исполнители, зрители и слушатели становились единым коллективом, взрослые и дети увлечённо участвовали в празднике с названием «Русский язык – неисчерпаемый родник вдохновения». Именно так назывался праздничный концерт, состоявшийся в Доме культуры Степанавана Лорийской области. В концерте участвовали представители нескольких поколений учителей русского языка, учащиеся школ, самодеятельные ансамбли. Удивительная красота окружающей природы только обостряла и усиливала впечатления праздника. Конечно, проводимые мероприятия – даже не результат, а явление колоссальной, непрекращающейся работы заинтересованных людей, не сиюминутный фонтан-на-час, а значительный вклад в интеллектуальный Севан, символ полнокровной жизни Армении.

   Знакомство с жизнью и творчеством русскоязычных классов в Эчмиадзине запомнилось необычной теплотой обстановки, в которой проходили широко развёрнутые мероприятия. Дети с нетерпением ожидали выхода на школьную сцену, показывали высокое мастерство и разносторонние знания, сменяли друг друга, уступали место следующим… А в Гюмрийской общеобразовательной школе всех ждал сюрприз: старшие ребята вместе с педагогами подготовили целую литературно-музыкальную программу, посвящённую памяти любимого всеми классика советской и мировой музыки композитора Арама Хачатуряна. Фрагменты биографии великого музыканта, стихотворения, описательная часть – всё по-русски! Программа была исполнена на высоком уровне; тут же последовала ответная волна выступлений в зале. На встрече присутствовали и педагоги из Гюмрийского педагогического университета. Слова, которые были сказаны тогда присутствующими, дорого стоят: всё прекрасное, что вложено в детей, не бывает зря. Лица, глаза, жесты – наверное, никакой язык, никакое наречие не смогли бы передать чувства, переполнявшие души и сердца людей на празднике музыки и слова…

    Запомнился и торжественный приём 5-го октября 2011 года в Ереване, в Посольстве Российской Федерации в Республике Армения, посвящённый Дню учителя. Сюда были приглашены лучшие, заслуженные педагоги и учителя русского языка со всех концов страны, как их называют, свет армянской русистики. Мне никогда ещё не приходилось видеть столько учителей русского языка сразу, в одном зале, и не у себя на родине, а совсем в другой стране. Держали речи, зачитывали поздравления, вручали грамоты и награды, декламировали стихи, дарили подарки, пели, слушали классическую музыку, фотографировались. Приподнятое настроение не покидало собравшихся. Во всём мире уважают учителей. Учителя плохому не учат.

Я помню вас, учителя.
Я начинала все с нуля −

От ноты "до", от буквы "а",
От искры высеклись слова

И устремлялись выше звезд,
Туда, где нет домов и гнезд,

И падали строками вниз,
И наполняли чистый лист

Земной житейской мишурой,
Переплетавшейся порой

С корнями сорной лебеды,
С песком, уставшим без воды,

С цветами, с россыпью камней,
С огнями, топотом коней,

Шершавым мхом материков,
Вплавлялись росчерком стихов

В фундаментальные миры,
Принявшие мои дары…

А мысль бежала все быстрей,
Как растекались в глубь морей

Тетрадок узкие поля…
Спасибо вам, учителя!
                                            Февраль 2002 г.


   Живи, родной мой русский язык, не замолкай никогда, живительное русское слово, поддерживай и обогащай все народы и нации, которые с трепетом обращаются к тебе и, пока стоит наш мир, будут обращаться постоянно!

*    *    *

    ...Наверное, трудно прошедшее не столь давно оценивать взором издалека, но как раз издалека события высвечиваются ярче. Пройдёт ещё какое-то время, и оно внесёт свои коррективы. А пока… Вспоминаю музыкальные «поющие фонтаны» на площади Республики в вечернем Ереване; световая подсветка усиливает впечатления праздника и величия. Словно переносишься в особый мир... Плавно выступающие из темноты потрясающие здания монументальной архитектуры в национальном стиле, окружающие площадь, как будто призывают: не забывайте, что такое история Армении! Днём такого вида нет – стоит подождать до вечера… Несколько раз выпала возможность самостоятельно и не спеша погулять по центру Еревана. Впечатлило. Русской речи на улицах не слышно; в магазинах и сувенирных лавках – да. По-английски говорят очень многие. Приезжих немало, детей ещё больше.

Каждый камень – история,
каждая улочка – строчка в прошлое,
каждый дворик – драгоценный памятник. 

    Если бы я родилась в Ереване или в любом другом городе Армении, я бы, кажется, ни за что не смогла бы расстаться с Арменией навсегда… Или не так? Не знаю. Суровые тиски обстоятельств уже столько раз заставляли меня корректировать личные планы, но не точку зрения. Уеду – вернусь – или нет – взгляд издалека всё равно остаётся. Остаётся и притяжение, вольное и невольное, распоряжающееся перестановкой понятий: навсегда, временно, никогда…

    .…Жаль, не довелось мне добраться до Нагорного Карабаха, хотя такую возможность любезно предоставили в Союзе писателей Армении. Но всё равно: за неделю пребывания в стране, следуя за строкой по дорогам Армении, я познакомилась – в первом приближении – со страной, её историей и людьми, узнала столько нового, получила столько неизгладимых впечатлений, сколько, наверное, не получила бы за целый год жизни где-то в другом уголке огромного мира.

*    *    *

     Армения! Эхо летит по горам, звенит в воздухе, огибает озёра, рассыпается хрупкими звуками в ущельях и долинах…

     Армения! Эхом отзываются языческие святилища, урартские крепости, пещерные города и христианские монастыри…

   Армения! Эхом вторят десятки чудес и тысячи загадок древней страны, слава о которых обошла всю планету…                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                        Апрель 2012 г.

Часть 4. Арарат. Все тропки к тебе ведут, Арарат…

В настоящее время знаменитая гора Арарат не принадлежит Армении. И печаль об этом велика… Печаль народа – это не то же самое, что печаль правящих династий, королевских особ, президентов. Как решат сильные мира сего, так и будет за редким исключением. Решили. Добились. Довольны? А народ? Делать нечего… Гора Арарат – символ древней, исчезнувшей родины армян. Для армянского народа Арарат как был, так и остался неоспоримой святыней, предметом глубоких переживаний, началом многих понятий, источником надежд, неиссякаемой темой жизни, генератором творческого вдохновения. Знаю, некоторые армяне начинают свой день с приветствия Арарату – далёкому и близкому…

Жаль, что политики и цари воспринимают и оценивают мир по-другому, чем простые люди, живущие своим трудом. Нужен ли Арарат великим мира сего? Если нужен то… Догадываюсь, что они сами себя почитают выше Арарата.

Большая радость – видеть Арарат каждый день, и не со стороны Турции; оттуда открывается совсем другой Арарат.

Большая радость – видеть Арарат со стороны Армении, хотя бы иногда, хотя бы изредка. Такая радость доступна в равной мере и богатым, и бедным, как кому посчастливится, как кому повезёт.

Большая радость выпала и мне – смотреть на Арарат издалека, из солнечной Армении, именно в ясную погоду, в октябрьские дни 2011 года. На протяжении всей недели моего пребывания в Армении каждый день было солнечно. Поэтому волшебная двуглавая гора притягивала к себе мои взоры от восхода до захода солнца, где бы я ни находилась в часы коротких или долгих поездок по стране и её столице. Говорят, не всякому царю, прибывшему в Армению, удавалось взглянуть на святыню – погода не позволяла. Зато всей нашей российской делегации, прибывшей на праздник русской словесности в Армению, исключительно повезло.

«Караван моей души» ориентировался
 по солнцу и Арарату,
 поэтому и не сбивался с пути…

Проснувшись рано утром по будильнику, я тут же выходила на балкон. Здорово! Здравствуй, вечный Арарат! Ты сегодня так близок, как никогда – вот, буквально в нескольких шагах! Не удаляйся, не прячься за тучами, не покидай меня, пока я здесь, и не забудь потом, когда уеду, улечу, уплыву в будущее… Близкое будущее – это завтра, послезавтра, через неделю. Далёкое – через месяц, через год, через… Или сегодняшний вечер – тоже далёкая величина? Не знаю. Только Арарат – одновременно и далёкий и близкий, и вчерашний, и сегодняшний, и тысячелетней давности, и тысячелетней будущности…

Человек – ничтожная пылинка вечности, скромный пассажир Великого ковчега, прислонившегося к горе, к Великому Арарату, утомлённый путник, ступивший на ещё не просохшую после Великого потопа землю… Спасибо тебе, Арарат, что принял беглецов тогда, что не забыл их с тех пор, что… не скрылся от меня сейчас!

Присматриваюсь, буквально изучаю издалека, вспоминаю, перебираю в памяти исторические подробности и детали… С удовольствием повторю известное многим. Прекрасный Арарат состоит из двух слившихся основаниями конусов потухших вулканов-великанов; коренное армянское название гор – Сис и Масис. Принято объединение Араратских гор в одно целое с тем же названием: Арарат. Арарат – европейское название гор, пришедшее в Европу от древних евреев; турки называют горы Агри-Даг; курды – Гри, персы – Кщхи-нук, то есть гора Ноя. Существуют несколько правдоподобных версий происхождения названия Арарата, берущих обозримое начало от языческой мифологии, и надо сказать, рассуждения на эту тему не прекращаются с привнесением некоторой ясности в данные версии. Неужели каждая, пусть и большая, гора в мире вызывает столько волнений, привлекает такой интерес?

Да мало ли больших гор на свете, в моём Доме на Земле?
Горы – гордость и величие нашей планеты.
Горы неповторимы и не схожи друг с другом,
                                               как, скажем, реки и моря.
Горы не прощают равнодушного
                        или снисходительного отношения к себе.

Арарат… Именно Арарат считается фактически самой высокой горой на планете: абсолютная высота его превосходит Джомолунгму и Канченджангу, высота которых преобладает относительно – относительно уровня моря.

*    *    *

Много ли гор повидала я сама? За всю-то жизнь, конечно, достаточно. Окрестности моего родного Великого Новгорода не так богаты горами, как болотами, но есть и Валдайская возвышенность, объединяющая несколько моренных гряд и холмов. Здесь берут начало десятки и сотни рек, озёр, тысячи родников; красота кругом поразительная, да местные жители давно к ней привыкли. Только я вряд ли привыкну к песчаным отвесным срезам рельефных холмов, обросших разноцветным мхом и пушистым кустарником, а то – к неожиданно высоким взгорьям, покрытым плотной шеренгой лесных массивов либо увенчанным зелёно-синими стрелами корабельных сосен. Передвигаться даже по самым пологим горам – для меня порой бывает очень непросто, но когда вперёд толкает идея – другое дело. Пешее путешествие по таким горам затруднительно, зато на машине по хорошей дороге передвигаться просто и заманчиво. К примеру, по псковской дороге можно поехать – совсем недалеко – в Святые горы, в пушкинские места. Мы и ездили, и не один раз, конечно же, и со школьными экскурсиями, и всей семьёй.

С самого раннего детства я помню и настоящие горы.

Это – Крым.

Родители почти каждый год возили нас с братишкой в Крым, в Феодосию. Сначала мы останавливались в городе у родственников, а впоследствии снимали каждый раз один и тот же домик в окрестностях Золотого пляжа, в деревне Дальние Камыши, где жили прямо напротив моря. Купаться можно было с утра до вечера, что и замечательно, за тем и приехали. Но когда у нас появилась своя машина, мы стали более свободны в передвижениях; ездили и в горы. Помню, как не однажды наведывались к папиной родне в деревню Козы или в Солнечную долину, как теперь называют. Ездили за домашним вином, за виноградом и так, повидаться, погулять, насладиться изумительными видами горного Крыма.

Случалось, что, поднимаясь в гору, к селу, вдоль виноградников, наш «вездеход-Москвич» останавливался, потому что дорогу преграждали уложенные поперёк пути вытянутые «в струнку» мускулистые туловища змей. Змеи были убиты виноградарями и положены таким образом, чтобы их переехал автомобиль – считалось, что это отпугивает других пресмыкающихся от человеческих владений. Нам с братишкой было и страшно, и всё-таки интересно выходить из машины и смотреть на эти диковинные существа, обмякшие и неподвижные, а недавно – опасные. В наших новгородских лесах змеи и ужи совсем другие; мы встречались с ними не часто, старались всячески избежать этого, а здесь… По крайней мере, на новгородских дорогах мы таких чудес не видели. «А что вы хотите? Это – горы!» – говорили нам местные жители. А местные ребятишки прибегали шумливой гурьбой и, чтобы показать свою удаль, смело пинали этих змей ногами и палками, старались попасть в их головы подвернувшимися под руки камнями. Нет, мне не хотелось повторять это; маленький брат скорее бежал в машину, я – за ним. Поехали дальше скорее! Когда ехали из села обратно, змей уже не было. Ритуал завершён.

За несколько таких летних поездок в 1950-1960-е годы на нашем «Москвиче» мы исколесили весь Крым, побывали во всех его уголках. Тогда не наблюдалось теперешнего засилья экскурсий и частных предложений на этот счёт, поэтому зачастую мы сами знакомились с достопримечательностями – по мере сил и отпущенного времени. Горные перевалы Коктебеля, Крепостная гора в Судаке, известная прославленной Генуэзской крепостью, зубчатая вершина Ай-Петри, венец горного массива мыс Ай-Тодор, знаменитое Ласточкино гнездо, Форосский кант и дальше, дальше, по дороге на Бахчисарай… Легенды Крыма оживали в рассказах экскурсоводов, вставали перед глазами. Мне с самого детства запомнились остросюжетные сказки народов Крыма, очень не похожие на степенные или разухабистые новгородские былины.

Гораздо позже, уже в начале ХХI-го века, я побывала в горном пещерном городе Чуфут-Кале и Свято-Успенском пещерном монастыре, неподалеку от Бахчисарая. Город Чуфут-Кале, «прилепившийся прямо к скале», в настоящее время большей частью утопает в руинах, но, тем не менее, сохранился лучше других пещерных городов Крыма. Монастырь, претерпевший многие несчастья, был и является форпостом православия в Крыму; он снисходительно и осторожно принимает разноязычных верующих, памятуя прошлое. История Крыма опять представала передо мной в лицах, легендах, преданиях, оборонительных или захватнических войнах…

Жестокость людей имеет несколько иную природу,
чем жёсткие правила жизни в горах.

Так люди жили?

Так живут?

Так будут жить?

Нет, не только огорчения и неприятные чувства рождали путешествия по Крыму, но дарили и море радости – если, скажем, не океан – радости и впечатлений. Светлые детские впечатления от Крыма остались в моей памяти на всю жизнь. Мне тогда казалось, что ничего на свете нет величественнее гор, что нет конца и границ у морских просторов. А мой Великий Новгород не казался таким уж и великим. Как же я была наивна тогда… Но тем не менее, каждый год, при очередной поездке в Крым, горы все более захватывали моё воображение. Море – тоже.

Отдельная страница моей биографии – знакомство с горами Кавказа, царственными и неприступными.

Но тогда я ещё не видела гору Арарат…

*    *    *

При беглом знакомстве жители Кавказа вызывали у меня интерес не меньший, чем Кавказские горы, а вообще – отложились в моей памяти как единое целое со своими горами. Самыми первыми по хронологии горами Кавказа стали для меня в 1980-е годы горы Геленджика – они и есть начало великого Кавказского хребта, они не высоки и не столь впечатляют, как другие. Так получилось, что однажды с экскурсией мне пришлось подняться на довольно высокую гору, прямо над Геленджиком – это было моё, так сказать, первое добровольное, первое настоящее восхождение в горы. Канатных дорог на Маркотхский хребет тогда ещё не было, да и автомобильные дороги оставляли желать лучшего. Подъём проходил через густые заросли кустарников, под пение птиц. Крутизна всё нарастала, песок и булыжники скользили под ногами, обрываясь и ссыпаясь вниз; обзора почти не было, и приходилось останавливаться чаще. Отдыхали – и снова вверх. Кто-то уставал и возвращался назад, а мне было обидно возвращаться ни с чем, и я продолжала путь с теми последними, кто хоть медленно, но верно шёл к цели. Хорошо, успели до наступления сумерек достичь желанной высоты. Вот он, Геленджик – как на ладони. А на нашей высоте – большая поляна, испещрённая тропинками, покрытая зарослями диких цветов и колючих кустарника. Вдалеке – серия солнечных батарей, построенных для научных экспериментов учёных. В горах – не то, что внизу: здесь много солнца, и нужно использовать его энергию!

В 2010-х годах я с удовольствием посетила город-герой Новороссийск, словно открыв его заново, тридцать лет спустя. Особенно впечатлил вечерний подъезд к городу по горной дороге со стороны Геленджика. Очень красив вид на утопающий в огнях город и безбрежное маслянистое море со смотровой площадки, с Андреевского перевала, самого пика горы. Называется это место «На Семи Ветрах» – непрекращающиеся ветра просто сдувают вниз. Несколько сказаний и легенд связано с этим перевалом, а привидения, как полагают местные старожилы, обитают поблизости до сих пор! Пришлось побывать и в Широкой Балке, с противоположной стороны Новороссийска, печально известной количеством обрушивающихся на неё, эту Балку, ураганов и смерчей. Заодно подробно познакомилась с горами Маркотхского горного хребта вокруг Новороссийска. Это горы – стратегического назначения, несущие двойную или даже тройную нагрузку, возложенную на них не только природой, но в большей степени людьми. Горы буквально оккупированы человеком и приспособленные под его, человека,  нужды. Военные радары, нефтяные перегонные системы, огороженные заборами нефтехранилища, огромные резервуары с опасным наполнением встречаются везде. Горы окружают и прижимают Новороссийск к морю, они не слишком радуют глаз. Восторга не вызывают. Удручают. Ради добычи цемента горы уже второе столетие подряд терзают, разоряют, принижают их высоту и достоинство, уравнивают с… Даже не с землей, а… Мой словарный запас протестует против того слова, которое надо бы употребить в этом случае… Белые пятна карьеров, как глубокие раны, издалека выделяются на фоне горного рельефа. Ураганы, шквалистые ветры, чрезвычайно быстрая перемена погоды – как следствие – не покидают эти места, являются причиной многих человеческих несчастий. Люди привыкли. А горы?

…Не восторг, а благоговение вызывали горы, которые открывали мне историю Кавказа в туристических поездках далёкого советского периода 1990-х годов. Путь из Гагры на озеро Рица по дороге, сдавленной высокими скалами, поражает обилием легенд и историй, связанных с этими местами. В горах почти все прошлые сказки могут стать событиями и настоящего времени; вокруг Эльбруса и Казбека, например, столько десятков и сотен событий вращалось и вращается! На Эльбрус я смотрела издалека…  Слова замирали, замерзали, оставались за пределами мысли… На гору Железную – в Железноводске – смотрела вблизи: серьезная и мрачная гора, зато очень полезная, как оказалось. Сколько же судеб великих европейцев связаны с этими местами! Безусловно, горы Кавказа оказали огромное влияние на их жизнь, сознание, творчество, наконец…

Поездка в Домбай запомнилась как некая драгоценность, не померкшая с годами. Тогда было не так-то легко проникнуть в заповедные места, мне просто повезло – и это замечательно. Крачаево-Черкессия, северные склоны Большого Кавказа… Теберда! Моё стихотворение «Роза из Теберды»… Домбайская Поляна, окружённая несколькими фигурными горными пиками, – любимое место горнолыжников, альпинистов и простых туристов вроде меня. Таких волшебных полян не так уж много на свете, вот люди и стремятся туда, чтобы получить волшебные ощущения жизни… Всё вокруг сказочное: домики, постройки, изгибы рельефа местности. Даже местные жители, карачаевцы, кажутся сказочными героями, с нетерпением ждущими гостей из далеких краёв. Канатная дорога не работала, но это нисколько не уменьшило впечатлений от увиденного; с высоты гор любая другая высота кажется малой возвышенностью.

А небо! Такого неба, наверное, нет больше нигде – синего, ясного, с вычурными, контрастными облаками, ежеминутно меняющими свои очертания. И неожиданность: у подножия предгорья потрясло кладбище альпинистов, в разные годы погибших при подъёме к вершинам Домбая или на спуске вниз. Здесь – и жертвы сходов лавин, и те, кто погибли, спасая друзей, попавших в беду. Мне было не по себе – до сих пор эти ощущения остались: приехать сюда, чтоб вот так закончить жизнь? Нет более серьёзного повода (и причины) для оправданного риска? Лучше гор могут быть только…

Но если гор, всё-таки, немало, то жизнь – одна.

Покидаю Кавказ с лёгкой грустью, оставляя в прошлом заснеженные вершины Эльбруса, высочайшей и прекраснейшей горы Кавказа, о котором великие летописцы оставили свидетельства ещё до нашей эры. Да и что такое наша, человеческая, эра? Подумаешь, несколько столетий. У гор – свои расчёты, свой ход времени, далеко не всегда совпадающий с отсчётами и расчётами подростковых – наших – компьютеров. Закат. Солнце завершает свой дневной ход на главном кавказском хребте. Эльбрус освещён вечерним, даже невечерним светом. Чтоб восхищались. Чтоб помнили на расстоянии. Чтоб продолжали, как и древние, слагать о нём  песни и легенды.

Я запомнила с восторгом, вспоминала с благодарностью…

Но тогда я ещё не видела гору Арарат…

*    *    *

Как я уже признавалась, мне не очень-то нравятся длительные пешие походы, я – не любительница горных восхождений и пешеходного туризма. Долгие пути к цели меня не воодушевляют. Поэтому… Поэтому с удовольствием вспоминаю посещение Пермского края летом 2005 года, поездку на Урал, заодно – посещение Кунгурских ледяных пещер... Ходить по горам приходилось не так много, больше – ездить. Считают, что Уральские горы давным-давно были одними из самых высоких гор планеты, а теперь представляют собой только сохранившиеся основания былых гор. И всё равно впечатляют массой, объёмом, масштабами. Посещение Белогорского мужского монастыря на Белой горе под Кунгуром заставило меня надолго проникнуться духом единства горных высот и высоты российского православия недавнего века. Да, я плохо понимаю идею, запавшую в сознание одержимых альпинистов, стремящихся одолеть вертикальные высоты там-то и так-то, но, кажется, понимаю паломников, преодолевающих огромные расстояния пешком по ужасно плохим, почти непроходимым дорогам, навстречу снегам и ветрам – лишь бы добираться до того монастыря в глухих лесах, на каменных взгорьях Урала!

 Пермский край нередко называют Уральским Афоном. К сожалению, на греческом Афоне я не была, но представить его духовную и физическую высоту могу – над уровнем моря житейского. Уральский Афон дал мне толчок… к поиску Афона внутри себя… Нашла или нет, не знаю. Живу дальше. Езжу иногда туда-сюда…

Не могу утверждать, что объездила целый свет, не такой уж я заядлый путешественник. Но, тем не менее, успела повидать кое-что и в нашей стране, и за границей. Горы, море, равнины… Растения, животные… Люди, народы, их традиции… Мир огромен. Не устану любить мой Дом на Земле! Обращаясь к горам… Оказывается, более трети поверхности земного шара занято горами, и одиночными, и обширными горными хребтами, и целыми горными странами, и бесконечными горными поясами. Как установлено учёными сто лет назад, горы играют большую роль в… прочности нашего Дома на Земле. У гор есть так наказываемые корни, которые во много раз превышают собственно высоту горы над поверхностью земли. Эти исполинские корни, неразрывно скреплённые друг с другом,  подобно сваям, прочно держат плиты земной коры. Вот чему мы обязаны прочностью своего существования – в прямом и переносном смысле!

Тому же самому, в некотором смысле, обязаны и различные направления творчества, научного и художественного. Уважать и беречь прочные основы существования, стремиться к высоте мыслей и поступков – это как тем же альпинистам – стремиться к Гималаям, самым высоким горам нашей планеты, к горе Эверест, самой высокой точке нашей планеты. Такой посыл и есть ядро самого творчества, а может, и смысла жизни.  Знаменитый американский писатель оставляет (заставляет?) героя своего рассказа умирать у подножия горы Килиманджаро, самой высокой горы в Африке, умирать, размышляя о цели существования на Земле, о смысле жизни... Интересно: умирая в горах, знаменитые альпинисты размышляли о том же?

На большие горы хочется смотреть издалека. Не каждого они подпустят близко – о том свидетельствуют старинные предания, удивительные истории, неопровержимые факты. Я не смею и представить себя на подъёме вверх по горе, пусть и в снаряжении альпиниста. В воображении – на вершине – и то с опаской.

С удовольствием вспоминаю приятное «восхождение» на один из не слишком высоких холмов летом 1997 года в Стокгольме, на тот самый холм, где расположен этнографический музей Скансен, музей под открытым небом, представляющий старую Швецию в миниатюре. Подъём – нетрудный, можно сказать, тренировочный, обзор – великолепный, впечатлений – масса. Погода – прекрасная. Настроение – отличное! И риска – никакого. Похожие ощущения посетили меня и в Болгарии, летом 2006 года, на окраине города Габрово, в утренние часы, в живописном месте на подъёме Балканских гор, на северном склоне хребта Стара Планина, тоже в музее под открытым небом Этер. С высоты гор спускался студёный воздух, растекаясь лёгким туманом; но вскоре начался дождь, поднялся ветер, что несколько омрачило экскурсию. Я смотрела вверх, на горы, предполагая резкое ухудшение погоды, и не зря. С гор всё больше веяло холодом. А ведь в тот же день, после обеда предстояла поездка на Шипку, где проходили важнейшие сражения в русско-турецкой войне 1877-1878-х годов, где погибли тысячи русских солдат, офицеров и болгарских ополченцев. Ничего отменить было нельзя. Подошла машина; доехали быстро; но погода, погода! С подъёмом в гору ветер усиливался, прямо сдувал с обрыва. Вниз было страшно взглянуть. Непогода всё больше охватывала видимые пространства, густая мгла застилала путь, отнимая у водителя почти все шансы доставить экскурсантов к месту. Но наш водитель был опытным и целеустремленным.

У вершины горы плотный туман буквально перекрыл всё поле зрения. Наконец добрались. Остановились у самой лестницы, дальше – вверх – только пешком, к знаменитому монументу Свободы, музею, охватывающему исторические события, связанные с обороной Шипкинского перевала. Идём медленно, вслепую следуя за нашим водителем, который и в темноте дорогу нашёл бы… Вот мы почти у цели – сумели-таки достичь – чуть не задохнулись от холодного воздуха. Устали? И спрашивать нечего; всё равно не поможет. Музей – четыре этажа – ещё один подъём в гору… Обзор сверху – огромная, безразмерная шапка сгущающегося до черноты тумана. Рассказ экскурсовода, перебиваемый свистом порывистого ветра. А каково было тогда солдатам и ополченцам, не летом, как сейчас, а зимой, и не полчаса в сутки, а недели и месяцы?

Так дорого стоит свобода и честь???
И разве можно сравнивать отважных воинов с …альпинистами?
Или я опять чего-то не понимаю?

…Горы далеко не всегда хотят или могут снизойти до проблем человеческих. Наверное, горы сознательно сопротивляются наплывам вездесущих туристов; они с пониманием принимают людей, обустраивающих, например, в горных массивах монастыри, дабы сделать короче человеческий путь к Богу. Болгарские горные монастыри, которых великое множество, сконцентрировали в себе понятия «горы» и «Бог». Отчётливо запомнилась экскурсия в скальный монастырь Аладжа, неподалеку от Варны. Заметно его сходство с горными монастырями Крыма. Трепетно вспоминаю и поездку на юг от Софии, в знаменитый Рильский монастырь, упрятанный далёко и высоко в горах. Дорога прямо толкает вверх, проносит мимо миниатюрных поселений, быстрых горных речушек, узких, заросших лесом склонов вдоль Рильской реки, захватывает, ведёт в первозданные дебри. Студёный воздух перебивает дыхание. Горы призывают к себе, маячат острыми сверкающими вершинами. Зелень всех цветов и оттенков мелькает по пути, перемежаясь с синевой неба и вкраплением желтизны цветущих полянок. Ландшафт ошеломляет, неожиданность того, что может появиться за очередным поворотом дороги, держит всех в напряжении. А ведь местное население  привыкло к этому, и ничего сверх интересного, наверное, не находит в своей округе… Но вот, наконец, он, прославленный монастырь, который с самого момента своего создания поддерживался и почитался правителями Болгарии. Весь комплекс монастыря вписан в «трёхсторонний куб», вырубленный из скал… Вот она, архитектура мысли, совпадающая с… высоким промыслом!

Лучшего места для монастыря и сыскать было нельзя…

Так вышло, что за 2006-2009-е годы мне несколько раз пришлось пересекать Болгарию от Варны до Софии, и красота горных регионов врезалась в мою память многочисленными деталями. При подъезде к Асеновграду, который иногда называют «болгарским Иерусалимом», туристов поджидает остановка: на скалистом утёсе сохранились остатки средневековой Асеновой крепости – это место недоступно с трёх сторон, а с четвёртой…? На самом верху чудом уцелела старинная церковь Святой Богородицы Петричской, куда доберётся не всякий желающий – в прямом смысле. Добраться на машине по рытвинам и кочкам горной, почти не приспособленной для колёсного транспорта дороги, до монастырского двора может только виртуоз-водитель. После шлагбаума пешком по крутой тропке уже легко подойти к домику «хранителя ключей и печати» служителя Георгия. Это всё – полдела, а дальше… Нужно не карабкаться, а буквально прыгать с одного острого, неустойчивого камня на соседний, расположенный повыше и через маленькую пропасть камень, и так – камней двадцать-тридцать, чтоб достичь лесенки, поднимающейся ко входу в церковь. Сам Георгий, немолодой, высокорослый и далеко не худенький, инструктировал всю нашу компанию незадачливых паломников и подавал пример ловкости в достижении цели – прыгал здорово! За руки держаться нельзя, не получится. Камни яростно шатались под ногами, мелкие осколки брызгами разлетались в стороны, крупные – соскальзывали вниз, куда было страшно смотреть. «Вниз не смотрите! – заранее предупреждал Георгий. – А кто боится, пусть остаётся здесь!» Но кому охота оставаться здесь, ведь не зря же ехали… Мы прыгали отчаянно, просто как если бы от этого зависело самое важное в жизни – а может, и точно зависело. Так и допрыгали до маленькой площадки перед лесенкой, где едва дух перевели. Не верили, что достигнем храма. А ведь Георгию приходилось проделывать это несколько раз в день! Я спросила, служат ли в храме. «А как же, – отвечал Георгий, поднявшись по лесенке на верхнюю площадку и привычно отворяя двери церкви. Опережая же другой вопрос, сказал, что и батюшки, и гости, и редкие прихожане – все добираются сюда одинаково – как мы теперь – да ещё в любую погоду. Вот это да!

Наградой был и сам храм, старинный, оригинальный в своей конструкции, во всех подробностях. А святынь в нём не перечесть… Мы поставили свечи, заказали требы, обошли все уголочки, целых два этажа. На прощание Георгий каждому из нас подарил грамоту-образ Святого Георгия с храмовой печатью – настоящая реликвия. Обратно добирались так же, но уже в сумерки. Вот испытание… Георгий поторапливал – скоро темно. Распрощались как родные… Уже в машине спускаясь вниз, оборачивались назад: высоко на горе выделялся чёткий силуэт строгого, изумительного храма.

И если не в нём, то где же…?

Болгария – страна гор и храмов. Вообще горные районы Болгарии очень живописны, и мне посчастливилось в разные годы побывать в некоторых горных уголках страны. Посещение сказочного Несебра летом 2000 года стало для меня открытием. Расположенный на гористом полуострове, старый город как будто специально задуман, чтобы привлекать к себе и желанных, и нежеланных гостей. Примерно так же, наверное, мишенью для зависти и соблазном были и другие горные столицы страны, например, Велико-Тырново, с крепостью Царевец и посёлком Арбанаси. Можно долго и с восторгом описывать впечатления от знакомства с историей страны и народа, законсервированной в этих чудесных местах, но… Об искусстве... Искусство имеет особую власть над людьми. Необычное светомузыкальное ночное представление в Царевце под открытым небом, на фоне декораций настоящей, живописной горы способно удивить каждого. Не так уж случайно я попала на этот спектакль, зато и моё восхищение было велико! Театрализованная постановка охватывает несколько столетий истории Болгарии – с настоящими актёрами, с привлечением большого количества танцоров, миманса, конницы, чуть ли не конной армии; под лязг сабель, ружейную перепалку, звон колоколов и драматические мелодии, в разноцветных огнях. Представление разыгрывают, если не ошибаюсь, раз в неделю, при хорошей погоде. Горы участвуют в действе и подчёркивают важность происходящего…

*    *    *

Горы Южной Турции очень схожи с горами Центральной Болгарии. Я – не охотница до острых ощущений, чем их меньше, тем для меня лучше. Но нельзя же приехать (или прилететь) в Турцию, например, для отдыха на море, и просидеть весь отпуск исключительно «у моря» как старик со старухой у Пушкина, без движения, не поднимая взора вверх, к горам! Я несколько раз бывала в Турции в недавнее время, в последние годы, в районе Анталия-Кемер, и, не пускаясь в далёкие экскурсии, всё же не могла отказать себе в поездках на самых главных исторических направлениях. Правда, мне не очень-то хотелось покидать посёлок Бельдиби, который полюбился с первого взгляда своими колоритными окрестностями, чистотой и обширностью морской глади, мандариновыми садами, сосновыми рощами и окружением великолепных гор. Прогуливаясь по местности Бельдиби, я всё же не рискнула в одиночку подняться ни на одну из близлежащих гор (змеи, крутизна, нежелательные встречи), хотя сделать это было чрезвычайно просто.

Всё скомпенсировала экскурсионная поездка в знаменитые Миры Ликийские или Демре, как называют теперь, в район, расположенные между курортами Кемер и Фетхие. В древние времена это был крупнейший город Ликии, известный житием, делами и чудесами одного из самых почитаемых в православном мире святых – Угодника Николая. Здесь же сохранились и знаменитые скальные захоронения, гробницы древних ликийцев, очень схожие с крымскими и болгарскими подобными «хранилищами остатков далёкого прошлого». Смотреть на эти скалы можно только снизу вверх, потому что подниматься некогда. Путь туда и обратно пролегал по узкой горной дороге – два идущих навстречу друг другу экскурсионных автобуса едва могли разминуться, максимально притормозив. Ехали вдоль берега моря, огибая пляжи, лагуны, горные отроги, поляны, пастбища, теплицы, населённые пункты. Большинство построек – над дорогой, выше – горы, горы, горы…

Турция – страна гор, привлекательная для путешественников и альпинистов. Экскурсионные фирмы и компании наперебой приглашают в разные точки страны, предлагают многочисленные маршруты поездок и развлечений. Зазывают эти глашатаи и в горы – это чтобы туристы не представляли Турцию как сплошной морской курорт. Приглашают и... на Арарат, лучше не из Анталии, конечно, а… Способов освоить Арарат, оказывается, много, как ни странно это звучит, и легальных, и не совсем. Ни для кого не секрет, как это можно осуществить. Любители экстрима продумывают свой план заранее, преодолевают все мыслимые и немыслимые границы и преграды, встречаются с друзьями-альпинистами у подножия Арарата, который является потухшим вулканом (!), а потом совместно принимаются штурмовать овеянную легендами гору.

Да, успешно преодолевают, штурмуют и осваивают.

Первый пример восхождения на «горы Араратские» был подан ещё в октябре 1829 года по распоряжению российского императора Николая I с целью проведения научной экспедиции, для полноты информации о Восточной Армении, которая только что, в результате русско-персидской войны, перешла под юрисдикцию России.

Уважаемые исследователи отмечали,
что никогда и нигде не видели горы,
величественнее этой…

Через два года подъём повторили американские миссионеры, а затем и другие желающие, на что в 1840 году Арарат ответил сильным землетрясением, которое уничтожило стоявший там монастырь Святого Якова и деревню Акори, находившуюся в Масисском ущелье. Неудивительно – в течение почти двух предыдущих тысячелетий здесь повторялись разрушительные землетрясения. Однако это не остановило страждущих. Восхождения как на Большой, так и на Малый Арарат, активно совершались в течение XIX и в начале XX века, а уж в XXI… Зачем поднимаются на священную гору отдельные личности и целые экспедиции? За ощущениями, за впечатлениями, за разрешениями научных и философских вопросов. Награда приходит обязательно: неописуемые чувства, собранные научные данные, вдохновение от высоты, радость жизни, красота обзора, редкие фотографии – ведь в ясную погоду с вершины Арарата отлично были видны Эльбрус и Казбек! А также…

Когда в середине XX века известный француз, совершив восхождение, обнаружил в седловине между вершинами Большого и Малого Арарата дубовую балку со следами обработки её человеком и написал книгу о том, что нашёл Ноев ковчег, это сразу стало мировой сенсацией. Турецкие и китайские исследователи вслед за ним там же нашли подобие фрагментов древнейшего корабля. Фотоснимки, сделанные с самолётов и с космических аппаратов в разные годы, также зафиксировали «занесённое снегом нечто, напоминающее корабль». Предваряя же эти находки и открытия, некоторые известные писатели-историки и путешественники прошлого (например, Марко Поло), высказывали мысли о сохранившихся останках Ноева ковчега на горе Арарат.

Представляю себе одержимых альпинистов из разных веков, карабкающихся по непокорным склонам к вершинам Арарата. Вообще-то я почти не интересовалась их идеями, их трудностями, их победами – альпинистов, то есть. Но победы, ведущие к разгадке великой тайны одного из основополагающих библейских сюжетов уже интересны. Неразгаданные тайны имеют полное право на существование…

Как известно, армянские переводчики в пятом веке нашей эры при переводе Библии на древнеармянский язык не связывали место, где пристал Ковчег к суше, с Араратскими горами, иначе вместо них они написали бы – Масис. То есть тогда никто из толкователей Библии, где несколько раз упоминаются Араратские горы, не указывал их местоположение в отрогах Малого Кавказа. Значит, и Масис с библейскими Араратскими горами не отождествляли. В Коране также указана другая гора, где остановился Ноев ковчег. Но уже со средних веков тождество библейского Арарата с горой Масис считалось неоспоримым. Как всё это следует толковать в наши дни, пусть решают историки, религиозные философы и политики.

Что же касается простых людей, пришельцев и местных жителей, то они с древнейших времен привыкли почитать и уважать великолепный массив, царственные Араратские горы, вознёсшиеся над суетой мира человеческого. Армяне, персы, татары, курды, турки веками смотрели на Арарат снизу вверх, буквально дыхание затаив. Частично – вот так же, дыхание затаив, – относилась к Арарату и я сама.

Но тогда я ещё не видела гору Арарат…

*    *    *

На несчастную Землю обрушился дождь,
Сорок дней и ночей он стеною стоял.
Я прошу тебя, Ной, если можешь, скажи:
Для чего этот дождь нам Господь посылал?

Да, для чего же? И не так прост ответ, как кажется. И дождь зачем, и Ковчег зачем, и сам Ной со своим семейством и с семействами живых созданий, спасшихся тогда, после Всемирного потопа – зачем? Два или три тысячелетия до нашей эры и наши две тысячи лет – вот срок существования новой человеческой цивилизации. Успешной или нет? Вообще – зачем Творцу нужно, чтобы была жизнь, были люди, были проблемы с ними? Пусть не моё это дело…

Но мой вопрос остаётся.

Рассуждаю… Наверно, Арарат так и впечатлил меня потому, что в какой-то степени подтолкнул, нет, скорее, вернул меня к постоянному поиску ответа на мой же вопрос, обращённый… чрезвычайно высоко. Возможно, некоторые люди стремятся взойти на Арарат, чтобы получить ожидаемые или неожиданные ответы на свои вопросы, подобные моему?

Но мой вопрос остаётся.

А ещё может быть, тем, кому нравится рисковать и получать острые ощущения, решительно всё равно, в какую гору подниматься – почему бы не на Арарат? Им ни горячо, ни  холодно от соприкосновения с божественной тайной? Или после «покорения Арарата» эти люди озадачились или озадачатся похожими вопросами? Допускаю.

Но мой вопрос остаётся.

Человек, задуманный по замыслу Божественному, человек, одарённый от природы всеми качествами и достоинствами, душевными и телесными чувствами для полноты земного бытия, и Арарат, который…

Мне давно не даёт покоя мой вопрос.

*    *    *

Я увидела Арарат и смотрела на него целую неделю, целых семь дней в октябре 2011 года.

А – ра – ра – т!!!

Не посягаю, не смею посягнуть на близкое знакомство с Араратом. Смотрела – видела – запомнила.

Увижу ли ещё? Не знаю.

Арарат стоит в глазах.

Арарат моего Дома на моей Земле…

Смогу ли когда-то приехать в Армению? Не знаю. Бытие – очень громоздкая вещь, чтобы двигать его в удобную для души сторону. Армения, Ереван, взгляд на юг – именно с этой стороны Арарат имеет тот самый вид, который символичен.

Вид из окна…

Вид из моего окна…

Вид на Арарат из моего окна…

Конечный в размерах и возможностях мир, куда я часто бросаю взоры из моего окна, становится гораздо шире и интереснее, если вижу Арарат и смотрю на него, смотрю хотя бы мысленно. Да, Человек стоит целой вселенной, Арарат стоит целой вселенной; пожалуй, и сопоставление этих двух величин  стоит того, чтобы…

                                                                                                                                                                                               Май 2012 г.  

Часть 5.  Кавказ. Песни горной Караты 
    (свободный перевод с каратинского, декабрь 2009 г.) 

По мотивам стихотворений Хизри Асадулаева, художника,    
скульптора, поэта, музыканта, общественного деятеля, который родился и вырос в ауле Дагестана, селении Карата 

За несколько последних лет мне приходилось неоднократно бывать на Кавказе, и всякий раз меня поражало несоответствие окружающей природы, гостеприимства многонационального народа Кавказа с межнациональными и политическими конфликтами, участившимися там в обозримое время. Но вспомним известных русских поэтов, писателей, художников ХIХ-ХХ веков, вольно или невольно почерпнувших на Кавказе великие сюжеты для своих произведений: в большей части их творений отразились жестокие войны, человеческие страдания, внутриродовые кровные конфликты… Да, на Кавказе всегда было неспокойно, но сейчас – особенно сложно сохранять спокойствие при всей мудрости, присущей кавказским философам далёкого и близкого прошлого. Обычных, желающих жить размеренной жизнью людей стали больше, чем прежде, заботить проблемы выживания, проблемы защиты от преступлений террористической направленности и сохранения своей собственной жизни, жизни своих детей. Стало всё труднее решать обострившиеся при этом различные вопросы, бытовые и социальные проблемы – до творчества ли тут? Действительно, не бывает творчества в приказном порядке, но общий порядок вещей и обстановка в обществе безусловно влияют на творческие идеи и инициативы. Только настоящему художнику нельзя выставлять рамок и ограничений. 

И вот в наше непростое время художник, скульптор, поэт, музыкант, общественный деятель Хизри Асадулаев, уроженец горного аула Дагестана, селения Карата, делает всё возможное для улучшения обстановки в обществе, для достижения взаимопонимания между людьми разных национальностей. Живёт с семьёй в Беларуси, в Минске, но связи с родиной не теряет. Поддерживается эта связь – в том числе – и посредством творчества. Работы Хизри Асадулаева в камне и бронзе, живописные картины, мозаичные панно украшают десятки выставочных площадок во всём мире; его песни поют на родине и в регионах России, в других странах. Его лаконичные картины, выверенные скульптурные композиции, выразительные песни представляют, можно сказать, международный  интерес потому, что рассказывают всему миру о традициях и увлечениях малочисленного народа (которого всего-то – немного более шести тысяч человек!), передают большому миру современное «состояние души горца». Важно и то, что Хизри сочиняет на родном каратинском языке стихи, заставляющие переживать всех, соприкоснувшихся с его творчеством. В то же самое время его переводы с других языков на каратинский язык произведений русских, белорусских и зарубежных классиков знакомят соотечественников-каратинцев с неисчерпаемым богатством мировой литературы, чего раньше люди были лишены. 

Хизри Асадулаев – один из немногочисленных поэтов, которые думают и пишут на каратинском языке. Его работы более чем просто увлекательны – они всеобъемлющи. С Хизри меня связывает многолетняя творческая дружба, и, благодаря ему, я словно вблизи (даже изнутри) увидела его родину, родное село Карату, познакомилась с его родными и близкими, его друзьями. В моём представлении сложилось представление о каратинцах, коренных жителях Западного Дагестана, гордых и самодостаточных людях, продолжателях строгих обычаев своих отцов и дедов. Осенью 2009 года Хизри Асадулаев передал мне свои стихи о Карате на родном языке, сам же и написал подстрочный перевод. Попросил перевести на русский. Да, приняла, как часть себя… Карата – горная светлица моего Дома на Земле, часть моей большой многонациональной родины. Но как передать это другим? Я усомнилась не зря. Каратинский язык – ёмкий, выразительный, поэтому и немногословный; некоторые слова вмещают в себя целые выражения – так концентрирован воздух в горах, так красноречив жест и взгляд горца. В каратинском языке гораздо меньше слов, чем в русском. Язык проникает глубоко, прямо в сердце – его нельзя оторвать от самого народа, прекрасных пейзажей селения Карата и его окрестностей, без него нет истории этого края. Язык слит с духовным миром людей, веками разговаривающих на своём языке, ласкающем слух, отражающем их внутреннее состояние. Я ни в коей мере не являюсь исследователем особенностей каратинского язык. Скажу просто: язык меня очаровал! Начала работу и поняла, что «один к одному» перевести невозможно, поэтому мои художественные переводы – не дословное следование за оригиналом, а максимально точная передача высокого полёта мысли самого автора. Мне хотелось донести до русскоязычного читателя ту любовь к родному краю, те жизненные проживания, те взгляды на современное мироустройство, которые выразил Хизри Асадулаев в своих стихотворениях. 

Как он сам считает, мне это, к счастью, удалось. 

…Каждый серьезный художник обязан внести личный вклад в дело сохранения исторической памяти о людях и событиях того времени, которое выпало на его долю. Выражение собственного отношения к современной ситуации на Кавказе частично отразилось в моих произведениях. 

                                                                                                                                                            Апрель 2012 г.      

  Песня

Миллионы людей Шар Земной населяют,
Каждый край и народ свои песни слагает,
За собой эти песни манят.
Песню слушаю я – жизнь людей понимаю,
Песню слушаю я – целый мир обнимаю.
Песня, ты покорила меня!

                           *    *    *
Песня русская! Ты широка и степенна,
Задушевна, возвышенна и откровенна;
В этой песне – России душа.
Белорусская песня – усталость снимает,
Веселит и бодрит, боль души облегчает…
Эту песню пою не спеша.

Украинская песня исполнена ласки,
В ней простые напевы и яркие краски;
Согревают мне душу они.
Молдаванские песни – ритмичны и броски,
Словно резвую речку по камешкам острым
Направляет с вершины родник.

Песни Грузии к гордым орлам поднимают,
И Кавказские горы их крикам внимают;
Слышу горных вершин голоса.
Песнь Армении – реквием памяти вечной,
Голос скорби бездонной, любви бесконечной,
Эта песня летит в небеса...

Тихо льется мелодия Азербайджана
И несёт аромат сладких яблок шафрана,
Та мелодия тайны полна…
Вслед за нею арабскую песнь вспоминаю,
Всякий раз кладезь мудрости в ней открываю,
И меня возвышает она.

А немецкая песня – поспорит с французской,
Итальянская – с греческой и андалузской,
Африканские – спор разрешат.
Песни Индии и гималайские гимны
Вторят песням Австралии и Аргентины,
Донестись до Канады спешат!

Кантри старой Америки – музыка белых,
Лаконичны и искренни спиричуэлы,
Мексиканские – море огня!
Облетаю весь мир, огибаю все страны –
Слышу музыку волн – так поют океаны…
…Песня, ты покорила меня!

                               *    *    *
Только есть в этом мире, исполненном звуков,
Горный край моих дедов, оплот моих внуков –
Дорогое село Карата.
             Помню, пандур двухструнный
                                           пел песню негромко,
С нею я уходил от родного порога;
В этой песне – души красота.

Эта песня – из тысячи песен чудесных
Для меня краше всех, и земных, и небесных –
Так призывно мой пандур поёт.
Забывается боль, исцеляются раны…
О моя Карата! Все богатства и страны.
Даже вместе – не стоят её!!!        

                              
Край ненаглядный, моя Карата

 1.

Край ненаглядный, моя Карата,
Дом на Земле и души высота!
Пусть я живу от тебя вдалеке,
Песню пою на родном языке!!!

Чтоб свою облегчить ношу, брата позову;
Если горе одолеет, позову сестру.

Если радостно, воскликну в полный голос я:
«Вместе радуйся со мною, Карата моя!!!»

Я давно слагаю песню о своем селе,
О прекрасном Дагестане, Доме на Земле.

Карата – моя Отчизна, дивный край земной.
Я таких не видел больше в мире под Луной.

Под Луной, да и под Солнцем – Карата одна.
…Над селом – взмывает круто горная стена,

Хвойный лес уводит в горы – к звёздам и орлам,
А внизу – река задорно скачет по камням.

Карата – село большое, век в трудах живёт.
Земледельцы, скотоводы – вот он, мой народ.

Здесь ремесла процветают, здесь – науке жить.
Современные аварцы – крепкие мужи.

Здесь веками соблюдали те законы гор,
При каких не приживался ни подлец, ни вор,

При каких весомы были и мораль, и честь.
Эталон остался прежним. В этом правда есть!

Здесь живут мои родные, здесь – приют родной,
Где бы ни был я, приеду нынешней весной.

Здесь – и память, и надежда, и друзья мои;
Здесь – могилы дорогие и тепло семьи.                         

                                *    *    *
…А порой одолевают и тоска, и грусть…
Поднимаюсь ночью к звездам, днем к реке спущусь…

Мысли мрачные тревожат – не уйти от них:
О судьбе людей любимых и земель родных.

Сколько раз здесь воевали… Будут – воевать?
О Кавказ! Тебе ль не плакать, мне ли не страдать

О сынах твоих любимых, проливавших кровь,
Победивших, побежденных, враждовавших вновь?!

Мой народ! Пусть всем поможет мудрость стариков:
Нужно мир хранить достойно до конца веков!

И поэты призывают к миру и добру.
…До конца спою я песню – лишь потом умру…

2.

Край ненаглядный, моя Карата,
Дом на Земле и души высота!
Пусть я живу от тебя вдалеке,
Песню пою на родном языке!!!

Я давно слагаю песню о своих друзьях,
Об аварцах-каратинцах, о родных краях.

Мы разбросаны по свету, но как тот гранит,
Эта песня в первых строчках нас объединит.

Я горжусь своим народом: он на сотни лет
Сохраняет неизменным свой менталитет,

И куда бы ни швыряла нас лихая жизнь,
Мы друг друга не бросаем: «За меня держись»!!!

Мы привыкли жить правдиво и себе не лгать,
Как нас с детства приучили и отец, и мать,

Как традиции велели, вера мусульман.
…Повидать пришлось мне много городов и стран,

Испытать и зной, и холод, и добро, и зло.
Понял, в чем мне в чём же мне – в итоге – очень повезло:

Я с закрытыми глазами вижу Карату,
Лишь она заполнить может сердца пустоту!

К ней несусь потоком мыслей, к ней душой стремлюсь,
Я о Родине любимой день и ночь молюсь…

Карата – моя отрада до последних дней,
Драгоценность Дагестана, свет души моей!

                            *    *    *
Высоко, в ущелье горном, мой аул стоит.
Он историю Кавказа сотни лет хранит,

Он хранит тысячелетней памяти архив.
Жаль, что бег минутных стрелок слишком  тороплив…

3.

Край ненаглядный, моя Карата,
Дом на Земле и души высота!
Пусть я живу от тебя вдалеке,
Песню пою на родном языке!!!

Для меня весна приходит столько раз в году,
Сколько раз домой приеду, в горы, в Карату.

Дух весенний – над горами, солнце – над селом,
На губах моих – улыбка, на душе – светло.

В благодарном сердце снова дух весны царит.
«Только здесь ты будешь счастлив!», – сердце говорит.

Если дождь, гроза и ветер налетают вдруг,
Не беда – проглянет снова солнце поутру.

Побегут ручьи проворно, воздух зазвенит,
Над горами, как корона, радуга горит!

Любопытная картина – радуга в горах.
Где бумага, кисти, краски? Мир – в моих руках!

Глядь – и птицы защебечут – радуге в ответ,
И деревья сменят траур на зелёный цвет.

…Песня, песня! Скоро – праздник: я вернусь домой,
Захочу всех видеть вместе. Где же пандур мой?

Вот струны рука коснется, голос зазвучит…
Песня тихо-тихо льётся, как ручей журчит;

Песня громко и протяжно манит за собой,
В Карату мою родную, в милый дом родной;

Песня словно исчезает и зовет опять…
Мне один припев осталось только дописать!

 Край ненаглядный, моя Карата,
Дом на Земле и души высота!
Пусть я живу от тебя вдалеке,
Песню пою на родном языке!!!

                            *    *    *
Для меня весна приходит столько раз в году,
Сколько раз домой приеду, в горы, в Карату.

Всех друзей, сестёр и братьев вместе соберу,
В Карате, в отцовском доме, на большом пиру.

Свою песню им исполню с трепетом большим.
Как одобрят – сразу камень упадет с души.

Кто захочет, пусть добавит к ней свои слова,
Кто захочет, пусть поправит – Карата права!

Кто захочет, пусть танцует или подпоёт,
Кто захочет, пусть припомнит что-нибудь своё.

Кто захочет, пусть заплачет или загрустит,
Кто не хочет, пусть обратно песню возвратит…

                                *    *    *
Так случилось – гимном стала песнь души моей,
             Каратинским гимном стала песнь души моей.
                       С этой песней не расстанусь до исхода дней!

                              *    *    *
…Для меня весна приходит столько раз в году,
Сколько раз домой приеду, в горы, в Карату…

                                                                            
Каратинский язык

 Язык каратинский – язык моих гор.
Язык каратинский – душа и простор.

Он так мелодичен, как музыка дня.
Он как в колыбели качает меня.

Он радует сердце, ласкает мне слух,
В тяжелые дни укрепляет мой дух.

…Чудесная аура, голос любви,
Язык каратинский, ты – с детства в крови!

Народы Кавказа Господь одарил,
Когда каратинский язык сотворил.

Я долго не мог осознать до конца,
Подарок, доставшийся нашим отцам,

И только недавно сумел оценить:
Язык – глубина, его нужно хранить!

                                                         
Однажды сын спросил меня …

Однажды сын спросил меня о родине далекой:
«Скажи, а наша Карата – большое ли село?»
Я отвечал: «Махачкала,
                              Анжи и Минск,
                                                  да и Москва –

Других названий много –
Но никогда не будет мне от этих слов тепло.

Немало в мире городов и сел больших немало,
На свете – сотни тёплых стран, и ласковых краев.
Я белый свет исколесил, и мне понятно стало –
Нет места лучше Караты – сынок, цени ее!

…Что любишь – то и больше всех, красивее и выше,
К чему душа лежит, оно – дороже всех других.
В истоках сердца – Карата, и мне отчизна ближе
Десятков стран и городов. Как я устал от них!

Я только вспомню: Карата! – и сердце затрепещет.

В суровый холод Карата – надеждой одарит,
В палящий зной – остудит пыл, в ночи – огнем заблещет,
А если горе и беда – страданья облегчит;

А если радость в дом придет – удвоит и утроит,
А если счастье постучит – умножит в тот же миг.
…Но это все – получит тот, кто мой урок усвоит,
Кто ценит родину свою и бережет язык!»

…Однажды сын спросил меня…

                                                          
Петербург

 Побывал я в Петербурге, повидал друзей.
Встретил там и каратинцев, стало веселей…

Осень… Холодно... Туманно… Серая Нева…
А над горной Каратою – неба синева!

 …Сколько раз поэты пели невским берегам!
Я свои стихи прочел им тихо, по слогам…

Услыхал меня Есенин? Пушкин услыхал?
Неизвестно… Важно только: я стихи читал!

Их услышали фонтаны, храмы и мосты,
Их отметил Медный всадник – с царской высоты.

Конь его стучит копытом – эхо по горам!
…Кони, львы, скульптуры, фрески – не угнаться нам...

Эрмитаж, а в Эрмитаже… Далее – везде...
Мысли – выстрелом, упрёком, следом на воде…

Горы – счастье, море – радость, а болото – грусть…
…Петербург, надменный всадник, я ещё вернусь!!!                                                                    

  
Наверно, нужно, чтоб ударил гром

 Наверно, нужно, чтоб ударил гром,
Иначе – кто же обратится к вере?!
…Мы чересчур размашисто живём
И строим жизнь на собственном примере…

Пока не доведется в грязь упасть,
Мы эту грязь почти не замечаем.
Удар ли в спину, в сердце боль и страсть –
Мы прежние ошибки повторяем.

Душевно потрудиться – не хотим.
Мозги ленивы, думать – не охота,
Казалось: захотим – и полетим…
Но мы не верим – значит, не взрастим
И крыльев для высокого полета.

                   *    *    *
Наверно, нужно, чтоб ударил гром…
Ударил он. И что же получилось?
Ударил гром – и словно снежный ком,
С вершины горной эхо прокатилось…

…Мы точно так же далее живём…                       

                                 
Если постараться

 Хочешь ты или не хочешь – солнце без тебя взойдет.
Даже если не захочешь – новый день опять придет.

И луна, и звезды снова ночью землю озарят.
Это график существует много сотен лет подряд.

Изменить его не можем: так наш мир устроил Бог,
Но подвластен человеку личный, собственный итог. 

Если очень постараться, мысли к Богу обратить,
А в делах своих привычных правде и добру служить,
Можно ближе стать к светилам, стать лучом от их тепла…
…Ты скажи теперь: насколько хороши твои дела?

                                  *    *    *
Хочешь ты или не хочешь – сам дорогу выбирай.
…Ночь. Мороз.
                    Темно и сыро…
                                     Нелегка дорога в рай!

 
Не оставляй, Господь, молю Тебя!

Не оставляй, Господь, молю Тебя,
И радоваться жизни научи:
Улыбкой встретить капельку дождя,
Мороз, и зной, и яркие лучи.

Не оставляй, Господь, молю опять,
И научи терпению меня:
Беду и горе научи встречать,
Безропотно, достойно принимать
Тревоги ночи и заботы дня.

Не оставляй меня, Господь, молю!
Ты властен – отнимать и прибавлять…
Владыка мира, я Тебя люблю.
Ты можешь всё устроить, всё создать –
Так помоги и мне счастливым стать!!!

 
Осень. Всё проходит…

 Наступает осень медленно, а кончается внезапно;
Так природой предусмотрено, так заложено Творцом.
Срок пришел – и в час назначенный, в дымке светлого тумана
Вижу осень свою раннюю с опечаленным лицом.

…Опадают листья с дерева, пожелтевшие, сухие,
Расстаются с жизнью нехотя, но бывает, что спешат.
И деревья оголённые, как бездомные, нагие,
Друг на друга смотрят с горечью и о прожитом грустят.

Все проходит… Мысль о вечности тяжела и неизбежна;
Эта мысль меня, наверное, в парк осенний привела.
Все проходит – жизнь кончается, а казалось, что безбрежна;
И опять уходят близкие, не закончив все дела…

Вспоминаю и друзей своих, и родителей любимых,
Жизнь кому-то долгой выпала, а кому-то – краткий миг.
Я смотрю, как листья падают вниз с ветвей необозримых,
И глазам своим не верю я: сколько уж упало их!

Вот листочек… Так, наверное, моя мама уходила;
Вот другой листок… Мне кажется, так ушел и мой отец.
Уж копна листвы огромная, словно камнем, придавила
Одноклассников, соседей, да и брата – наконец…

Все проходит… Снег посыпался… Скоро снежные пушинки
Превратят в сугроб застывшую, омертвевшую листву –
Вот уж снегом запорошены все знакомые тропинки,
Остаётся место дереву – как могильному кресту.

Остаётся одиночество, боль утраты и разлуки,
Что ушло – не повторяется, не вернётся к жизни вновь…
…Я стою таким же деревом, словно крест, раскинув руки,
Словно памятник ушедшему, сохранив свою любовь.

Все проходит…

                                                                         

Семь четверостиший

 1. Понедельник

Вчера был только понедельник, глядишь – и пятница грядет.
Никто, никто сдержать не может неумолимых стрелок ход.
Проходят годы незаметно, и всё короче наши дни.
…О том, что старость неизбежна, напоминают нам они.

 2. Вторник

Ты попал в кабалу женских чар?
Охватил тебя страсти угар?
Значит, можно рукою махнуть:
Друг, обратно тебя не вернуть…

 3. Среда

Пусть даже страсть в тебе огнем горит,
Ты не теряй свой сон и аппетит.
Повремени, подумай, оглянись:
Сгореть в огне дотла не торопись!

 4. Четверг

Денег нет, карман пустой – мир, увы, не сладок.
Если деньги завелись – в мире есть порядок.
Веселей глядишь вокруг и бодрей шагаешь.
Если станешь бедняком – горе вновь познаешь…

 5. Пятница

Попусту болтаю, слушать не умею,
А себе признаться в этом не хочу.
Чувствами своими – вовсе не владею…
Мудрость наших предков – мне не по плечу!

6. Суббота

Ты забыл родителей своих? –
Погоди, еще припомнишь их.
Так начнешь и Бога забывать –
Вспомнишь Бога – в сердце благодать!

 7. Воскресенье

Сатана ведет к пороку, к праведности – Бог.
Легкий путь богат грехами, да какой с них прок?
Избегать соблазнов легких нам велел Аллах.
Кто добро творит, такому – радость в двух мирах!