Людмила Максимчук 

«Башня-NZ», 2006 

Сказка в квадрате

Три сказки под одним названием 

Философский роман

*** 

Ну ты мне сказки-то не рассказывай. Знаю я твои сказочки!

Аннотация

Иногда бывает любопытно проникнуть в новое, не знакомое ранее, обнаружить нечто удивительное, необычное, важное, о чём прежде не догадывался. Главному герою романа выдался подходящий случай, и он попадает в увлекательный, сложный и захватывающий мир, не схожий со средой его привычного обитания, мир, где каждого ждёт благополучие и процветание. Правда, для этого непременно нужно выполнять определённые условия, которые часто противоречат собственным убеждениям. Однако, чем глубже погружаться в трясину изобилия и успеха, тем скорее можно увязнуть в ней же. Хватит ли у героя сил и стойкости, чтобы правильно оценить действительность, избежать соблазнов? Сможет ли он при знаться себе в этом? 

От автора

Сказки заслуживают внимания во всех отношениях. Они обозначают или заостряют вопросы, повсеместно возникающие в будничной реальности. Они бесценны сами по себе, потому что концентрируют и акцентируют главное. Они впитали соль и сахар, слёзы и радость, лечебный бальзам и смертельный яд из котла истории цивилизаций.

Сказки разных времён и народов, разных авторов, разных направлений оказывают огромное влияние на ход всей нашей жизни. Интерпретация и сочетание всевозможных видов сказок – и есть жизнь.

В сказках встречаются удивительные герои, случаются невероятные события, но жизнь преподносит такие сюрпризы, которые сказкам и не снились. Перечитывая и анализируя давно знакомые сказки, начина ешь лучше понимать, что содержится между строк. Одновременно становится проще разбираться в том, что происходит с нами в данное время.

А ничего нового и не происходит, всё это уже было и не однажды.

Всем ли интересно читать и перечитывать популярные сказки? Начиная с сознательного возраста, рядовых людей, то есть обывателей, всё сильнее захватывают заботы о качестве жизни, о собственном благополучии, о своём месте в обществе, в семье, в профессии. Некогда и незачем вспоминать о сказочках, ну разве иногда… И уж если высокий пост занимаешь, то проблемы захватывают с такой силой, что приходится порой забывать о себе, всё реже вспоминать о фантазиях непроизводительных.

Заглавные фигуры общества тратят много сил на продвижение в верхние слои правления, что вполне закономерно. А чем выше их посты, тем сложнее проблемы, стоящие перед ними. Возможно, заложенный в какой-то сказке смысл поможет преодолеть сомнения – подтолкнёт к верному решению, не выходящему за рамки человеческого достоинства. Поэтому благодаря сказкам в наш неспокойный век каждому из нас есть, над чем задуматься в свободное от служебной деятельности и привычных переживаний время.

Москва – Великий Новгород – Москва

Апрель 2026 г. 

Утопия или антиутопия

Фантастика или псевдофантастика

Вымысел или реальность

Правда или обман

Соблазн или угроза

Призыв или предостережение

Старт или финиш

  

ФРАГМЕНТЫ ИЗ РОМАНА

ПРОЛОГ. АСТЕРОИД BENNI-KKEN.

ПРОНИКНОВЕНИЕ В ГЛУБИННОЕ ПРОШЛОЕ 

Астероид Bе́nni-kken был обнаружен волонтёрами-разведчиками буквально вчера, пару тысячелетий назад, когда обследовали астероидный пояс звёздной системы Hо́tza-Chugа́n-113-S. Сначала больших надежд на открытие не возлагали, считали бессмысленным долгое пребывание экспедиций в этих жёстких условиях. Но после некоторых изысканий объект стал популярным, даже модным, и всё благодаря своему внутреннему содержанию, однако пока недоступному при отсутствии соответствующих технологий. А когда в верхних слоях почвы этого космического тела обнаружили элементы, важные для развития жизни, что прежде выглядело маловероятным, мода обросла принципами.

Специалистам показалось, что и вообще здесь неплохо, гораздо лучше и спокойнее, чем ожидали. Потому они и зачастили сюда. Да и наука на месте не стоит. Так на астероиде Bеnni-kken, самом крупном астероиде главного астероидного пояса самой многообещающей планеты Raglе́n самой стабильной звезды Fadindra-Gа́lsa самой надёжной звёздной системы Hоtza-Chugаn-113-S, зарождались новые возможности, переходящие в дальнейшую необходимость их реализации.

Последующие нехитрые обследования определили, что магнитные бури, звёздные вспышки, ультрафиолетовые атаки остались в далёком космическом прошлом. Здесь давно уже царил вечный день. Бурные атмосферные явления, возведённые в степень прежнего риска, к счастью, также покинули астероид и растворились в Космосе. Незначительные остатки прошлой атмосферы образовали полупрозрачное светящееся золотое кольцо вокруг астероида – золотой ореол не покидал его. А сам астероид, как отмечали многие, напоминал драгоценный камень, голубой сапфир. Красивая история. Да и характеристики объекта – вполне подходящие для успешной работы. Слабая гравитация – большой плюс. Курорт, а не астероид!

…Кайла́с передохнул и приготовился к трудной работе, затем и при был сюда. Когда же начнём? Но Гасте́рион сегодня казался вялым, почему-то не спешил приступать к выполнению планов, предусмотрительно составленных Высокими космическими наставниками Новейшей эры «в пользу повсеместного развития жизни».

– Знаешь, Кайлас, я устал, как никогда, но юмор меня спасёт, – словно в оправдание вымолвил Гастерион и присел рядом с Кайласом, на край выступающего из грунта искрящегося утёса. Плотная порода обещала не менее плотные и результативные находки. – И на кой резать эти блоки? Вполне можем отдохнуть, перекинуться парой слов, обменяться впечатлениями.

– И как же это? – Кайлас подвинулся и с удивлением взглянул на партнёра, которого рекомендовали ему как самого грамотного специалиста по непрерывным технологиям развития и роста. Подготовка к операции по взятию и анализу грунта немыслима без предварительного обследования и расчёта. – Шутить будем, значит? А пробы?

 – Обойдёмся без них, – улыбнулся Гастерион. – Сначала о пробах, если хочешь. Я только что прозондировал мысленно несколько слоёв породы и сделал неутешительные выводы. Мрамор и гранит нам не нужны. Алмазы и каменная соль тоже. Не наша тема, не наше задание. А про нашу заботу скажу вот что. Не здесь находятся залежи редких металлов, а вероятнее всего ниже, за дальними склонами рыжих скал. Минералы – не скажу, а металлы – все там. Но тут встают вопросы целесообразности разворачивания работ в районе весьма ограниченных параметров рабочей среды и одновременно…

Гастериону этот Кайлас казался симпатичным, и огорчать его не хотелось. Но пришлось.

– Шутишь? – робко спросил встревоженный Кайлас.

– Теперь не шучу, – осторожно отвечал Гастерион. – Только что бегло просмотрел основополагающую документацию. Глубоко копать не стал, но главное ясно сразу. В Центральном Совете Вселенских первооткрытий меня информировали неточно, да и расчёты представили сомнительные. Не ожидал от них такого разброса неучтённых прежде погрешностей и запретов. А соблюдение Третьей статьи Кодекса меж звёздных прерогатив YS-UU-G823-44? А что гласит Конвенция Вселенской безопасности в редакции от W-LJ-№22? Соответственно для себя сделал вывод о том, что задание некорректно в моральном аспекте. Я прав, с какой стороны ни смотри. Мы с тобой вместе действовать не можем, не имеем права, потому что заданный район не входит в зону нашего совместного влияния. Хорошо, что вовремя узнал. Не подумай, что опять шучу. О чём только хлопочут наши кура торы бесподобные? Хотя бы предупреждали!

Кайлас безмерно удивился такому обороту ситуации… Ничего подобного он не знал и не слышал, не проверял, не подвергал сомнениям. Но если это действительно так, то зачем совершать запланированные где-то и кем-то ошибки?

– И что я им? Второстепенное звено в сомнительной цепочке исполнителей чьих-то сомнительных договоров с перечнем невыполнимых, несовместимых друг с другом, условий? Вот я здесь, пребываю в готовности к проведению любых операций, а с чем столкнулся? – продолжал свою линию Гастерион. – Можешь проверить сам. Если знаешь больше, сообщи, а если находишь смысл в самом процессе добывания доказательств противного, мешать не стану. Но и содействовать отказываюсь.

Мощные буровые установки для добычи редкоземельных элементов предусмотрительно доставлены в многообещающий район астероида Bеnni-kken, ставшего чрезвычайно популярным в этом галактическом отсеке. Предполагалось, что установки вот-вот начнут работу. Однако предыдущие эксперты не смогли нащупать «золотую жилу», хотя усилия прикладывали огромные.

Оставалось надеяться только на новые влияния и новые вливания. Хотя нехватка не просто представителей высокоразвитых цивилизаций, а квалифицированных знатоков узкого профиля, сказывалась во всём, наделённые неограниченными полномочиями Кураторы Проектного комитета Независимого содружества Космических цивилизаций не отчаивались. Они возлагали большие надежды на помощь безупречно зарекомендовавших себя компетентных специалистов, которых пришлось прицельно поискать в обозримых пространствах.

Да, нашли не сразу. Кураторов много не бывает, а грамотных исполнителей – действительно – единицы… Кайлас и Гастерион были доставлены сюда в экстренном порядке, без предварительной подготовки. И разбираться во всём приходилось на месте.

• – Ты уверен в том, что сказал только что? – спросил Кайлас.

  – Уверен, как сам в себе, – кивнул Гастерион. – Некоторым нашим комитетчикам не терпится как можно скорее запустить космические фабрики, наладить непрерывный процесс выборочного освоения наиболее ценных галактических ресурсов. Направление мысли верное, а сам проект сырой, недоработанный, слабый. Ценность недр астероида Bеnni-kken неоспорима, это всем известно. И давненько. Много пиратов развелось… Старая песня! Всё объяснимо. Законные владельцы наложили строгие запреты и ограничения, грозящие непомерными взысканиями, на спонтанную добычу этих ресурсов. Есть исключения, в твою пользу, если хочешь этой пользы. Правовые ограничения налагают запреты на мои действия от лица нашей звёздной системы. Но не твоей, не вашей, то есть. Я и это проверил. Решай сам, как поступить.

  Гастерион испытующе вглядывался в собеседника. Тот задумался. Неприятно, конечно, когда тебя так подставляют, с той и другой стороны. Или сговорились? Хороши контролёры-кураторы, руководители- организаторы! Если у них с Кайласом всё получилось бы, себе бы и приписали, если не выйдет – будут виноваты они же с Кайласом.

  Обидно, и не в первый раз. Да не то ещё бывало…

  Вот тут-то чрезвычайно чувствительному Кайласу, не привыкшему, однако, сокрушаться при самых отягчённых обстоятельствах, что-то стукнуло в сердце и в голову.

  Астероиды, алмазы, кураторы… Кого же напоминает этот Гастерион, логика его рассуждений, его активность, уверенность, манеры? Относительно близкий круг – все не те, дальше – физическая граница жизни, ещё дальше – барьер требований к переходу на высший уровень проникновений в предыдущие воплощения. Ищи, находи, догони! Стоит ли? ...Догадался включить прожекторы поисков глубинного прошлого и, рискуя сорваться с чётко очерченного витка спирали настоящей жизни, с набранной высоты, резко нырнул в бездонную пропасть прошлых превращений и перевоплощений в различных местах-временах Космического пространства.

  Сквозь материю и время Кайласу никогда ещё пролетать не приходилось. Многомерное сознание откликнулось нехотя, но верно. Кайлас слился с ним в единое целое, заставил себя отступить как можно дальше от неловко складывающейся ситуации, воспарить над ней.

  Дерзость немыслимая! Да и риск немалый...

  Завеса памяти заколебалась, нехотя приподнялась, оголяя шершавое дно обнаруженной пропасти, открывая невообразимо нереальное, давнишнее, забытое, перевёрнутое несколько раз, видоизменённое через колючие барьеры прожитых жизней, через зыбкие состояния переходных периодов, через обманчивые иллюзии воображения, оставленные в неведомом хранилище Космической памяти-копилки, через смену картин, деформированных, искажённых, потускневших, но не утерянных окончательно.

  От напряжения на какие-то секунды Кайлас потерял ощущения реальности. Трудно и затратно включать в памяти процессы прохождения испытаний во времени, в пространстве, извлекать из скрытых глубин специфические подробности жизни в других состояниях и мирах… А подходящих для этого разумных форм жизни не так уж и много.

  Длинный пролёт… Короткая пробежка… Точечное погружение…

  Сам не ожидал такого от себя, но смог найти. Вот оно, летит навстречу. Оно или не оно? Да, попал. Оно! И уже в этом, более точном и близком к реальности измерении, вспомнил и буквально проследил весь путь длиной в несколько десятков жизней. Именно за этот срок ему удалось постепенно, поэтапно, интуитивно и сознательно вырасти, утвердиться, избавиться от излишних привязанностей, как к материальным вещам, так и к духовным магнитам.

  Да, нашёл, восстановил нужный фрагмент.

  – Стоп, – произнёс Кайлас с ударением, сбрасывая напряжение и всё более утверждаясь в своей догадке-доказательстве. – Оставь в покое все настоящие и мало того стоящие факторы риска. Согласен с тобой. Разберёмся. А со своей стороны – встречное предложение. Неожиданное. Предлагаю, даже прошу сконцентрировать своё внимание на путешествии в сторону, противоположную сиюминутным взысканиям и запретам. И нисколько не шучу. Встряхнись! Призываю тебя к погружению в архиглубины предыдущих жизней. Так надо. Потом поймёшь. Обернись назад, как можно дальше, за горизонт времени, к прошлому опыту, к трансформации сознания, к перерождениям под разными флагами в немыслимо разных временах и весях. Миры, вселенные, галактики… Что ещё? Ты умный. Тебе лучше знать. Не ленись. На промежуточном не задерживайся. Настройся на мою волну, свяжись с моей системой поиска. Вычисляй главное, не сбивайся в сторону. Соображай активнее, ведь ты можешь.

  Недоверчивый Гастерион никогда ещё не встречал компаньонов, проявлявших подобные наклонности, да ещё при таких критических обстоятельствах, да так настойчиво интересующихся его подсознательными воспоминаниями о прошлых жизнях. А сам процесс вычисления главного требует больших усилий…

  Он попробовал выполнить пожелание Кайласа. Начал вяло, а потом принялся всё скорее и активнее раскачивать ветвистое древо последовательного и подробного погружения в прошлые состояния, примерно так же, как это сделал Кайлас, но следуя своим путём.

  – Умеешь... Вот, почти попал. Так. Умница! – обрадовался Кайлас. – Сосредоточься. Хорошо. Вижу, ты вполне готов. Мой тебе вопрос. Ведь ты когда-то посещал изумительную планету Земля в Солнечной системе?

  – Земля… Млечный Путь… Земля? – Гастериону удивительным казалась такая длинная отсылка вспять, навстречу прошлому. С вообажаемых ветвей гибкого древа воспоминаний неловко посыпались, разлетаясь хаотично, усохшие и свежие плоды, увядшая и разноцветная, яркая листва. – Ты куда меня направил? Куда меня занесло, признаюсь, не ожидал… Да, гигантская галактика Млечный Путь… Скромная звезда Солнце… Несколько планет… Земля, одна из планет Солнечной системы… Земля?

  – Да, она так раньше называлась, а потом её переименовали, – с энтузиазмом продолжил Кайлас. – Потом ещё раз изменили название в идеологических целях, не в обиду прошлому будь сказано.

  – Вспомнил, почти вспомнил! – обрадовался Гастерион, быстро пролистав обрывки страниц предыдущих своих состояний, уже в обратном порядке. Тут же, достигнув нужной отметки, остановился и перебрал в памяти всю информацию об этом объекте, планете Земля. – Зела́на… Zelа́na! Или не так… Zelana-NZ!

  – Гляди, какой способный! – рассмеялся Кайлас. – А мог бы быть ещё способнее.

  – Да, понял.

  NZ… Гастерион быстро поднялся с неудобного сидения, отошёл на два шага и взглянул с расстояния на сияющего лучезарной улыбкой Кайласа.

  – Башня! Постой… Ты – Виктор Вороненко?

  – Конечно, – с удовольствием признался Кайлас. – А ты – Ян. То есть Янас-Яла-Ярис?

  Они по-дружески обнялись, и показалось им, что расстались друг с другом недавно. Не так давно. Только не счесть тех маятников, тех часов времени и тех обстоятельств, которые разделяли их по всем показателям, учтённым и безотчётным, вероятным и невозможным, местечковым и космическим! Невероятно, зато неизбежно и…

  – Zelana-NZ потому, что там, в какой-то заброшенной крепости числилась некая Башня-NZ, проводник миров? – догадался Гастерион.

  – Была, числилась, – подтвердил Кайлас. – А затем…

  – Всё знаю, всё понял, – Гастерион покачал головой. – Сложная мозаика многомерной системы памяти выдаёт такую картинку. Zelana- NZ была когда-то твоей родной планетой. Сочувствую. Жаль, небезопасное, противоречивое место. Так мне запомнилось. Несколько раз, помнится, сам приводил её в пример, которому подражать не стоит. Смотрю дальше – ещё хуже. Правители планеты оказались неспособными впредь поддерживать жизнь в том виде, в котором мы её застали тогда. Ка-та-стро-фы… Что-то ещё… Знаю, вижу, тебе пришлось терпеть многие гонения и выдерживать неравные сражения. Но ты не сдавался. Уважаю. Мне было легче. Мне повезло безмерно, не скрываю. Моя тогдашняя родина, планета-премиум Орион звёздной системы GW-Orionis процветала! Она вдохновляла меня на великие дела. Горжусь этим и теперь. И помощь в мой адрес поступала активная, и единомышленники не переводились.

  Удивительными, смелыми и любопытными показались Кайласу эти рассуждения. Но как правильно теперешний Гастерион соединил все разрозненные описания и факты из близкого им и уже далёкого от них обоих биографического прошлого!

  – Да чего горевать о былом-небылом? – широко улыбнулся Гастерион и стал немного похож на того, прежнего, узнаваемого Янаса- Яла-Яриса, великого по тем временам путешественника, Магистра высочайшей Межпланетарной категории, Магистра высочайшей Межзвёздной категории, сдвинувшего с места сознание неокрепшего ещё в своей уверенности обычного студента Виктора Вороненко, которого встретил снова в облике Кайласа.

  – Великие истины всеобъемлющей жизни взывают к нам теперь точно так же, как это было и тогда, – серьёзно отвечал Кайлас. – Ты прав. И насчёт космических ресурсов, и насчёт… запретов некоторых наших действий от лица наших с тобой звёздных систем. Беру интервал для размышлений. Мне приходилось не однажды участвовать в работе экспертов Единой Межгалактической Ассоциации при подготовке перечня задач на ближайшее будущее в пределах Галактики NGC- 4696 Созвездия Центавра, а недавно – и в составлении программ сотрудничества Единой Межгалактической Ассоциации непосредственно с отдельными планетами звёздных систем новейших цивилизаций. Признаюсь. Часто случалось отстаивать то, что другим советчикам не нравилось, а то и не одобрялось категорически. Но я не отступал и был рад, когда добивался от руководителей нужного решения. А ты? Ты часто бываешь собой доволен?

  – Нет, только иногда, – молвил в ответ Гастерион. – Замахиваюсь на масштабы, но освоить их трудно. Мои личинные планы целиком совпадают с планами всесторонней поддержки Высших Духовных сил мироздания в устремлениях по преобразованию неутешительной реальности во всех мирах, где есть жизнь, в реальность просветлённую. Мотаюсь туда-сюда… Выбор есть всегда, но только из имеющегося. Остаётся только сожалеть, что планы миров редко совпадают с планами вселенных. Да и проблем иного толка встречаю не меньше. Иерархия руководителей Высшего совета цивилизаций – пирамида нерушимая, и только попробуй её тронуть… К тому же ясно, что в одном и том же формате долго существовать нельзя, нужно меняться вместе с системой… Или вопреки ей?

  Гастериону эта встреча показалась не менее удивительной.

  Ему уже давно не приходилось так долго беседовать с одним и тем же собеседником. Обмениваться мыслями безмолвно – принцип коротких контактов с любыми существами, достигшими среднего суммарного уровня развития. Но в качестве исключения…

  – Что касается меня лично, – заключил он, – то на шкале всеобщего барометра «Радость и счастье» всегда остаётся резерв для меня. И я пока не достиг высшей отметки.
  
       – Так же и я, примерно, – серьёзно отвечал Кайлас. – Но то, что мы встретились снова и опознали друг друга, разве это зря? Разве это не удача?
  
      – Согласен, – сказал Гастерион. – Ценю. Благодарю. Радуюсь.
  
       – Я тоже! – отвечал Кайлас.
  
           ***

Астероид Bеnni-kken хорош тем, что там сконцентрированы наиболее важные ресурсы Космоса. 

Астероид Bеnni-kken хорош тем, что там можно встретиться случай, но, зато порадоваться встрече, жизни, своему труду, полезному для тех, кому эти ресурсы жизненно необходимы. 

***

Встречаться, радоваться и работать днём гораздо легче и удобнее, чем ночью. 

Голубой сапфир.

Золотой браслет:

Астероид, звезда, планета.

Восходящий мир.

Восходящий свет.

Восходящий день – от рассвета…

 

Москва – Великий Новгород – Москва

 

Июнь 2025 г.

 ГЛАВА ПЕРВАЯ. ВОКРУГ И ОКОЛО СТАРИННОГО ЗАМКА 

Истории и слухи. Соотношение сторон. Тайна или обман?
     Что за стенами Замка?

 Отец не раз говорил Виктору, что в Ро́станском Замке нормальному человеку делать нечего. С давних времён там творится невообразимое, только никто не знал и не знает, что именно. Зато считалось тогда и полагают теперь, что нечего и нос туда совать, да и вообще внимания не обращать, никогда не смотреть в ту сторону, даже головы не поворачивать, близко не подходить. Живи спокойно и отстранённо от возможных неприятностей. Но как? Как это – не обращать внимания и не подходить близко? И почему? Сам Замок по всем канонам, как ни странно, являлся мощной крепостью, служившей надёжным щитом, с давних пор обеспечивающим защиту частных территорий.

Этот щит брал на себя решение более «важных» и «серьёзных» задач, чем те, которые возлагались бы на обычную крепость. Наверное, высочайшие коронованные особы, осознавая собственное величие, потому и избрали эту крепость в качестве резиденции своей династии. Называли своё великолепное жилище, включающее в себя и роскошный Дворец с вытекающими продолжениями роскоши, и всё, что заключалось внутри крепких стен, только Замком.

Прихоть и право – закон и воля – возражать некому.

Это внутри Замка. А снаружи? Никто не возражал. Однако никто и не спешил обнаруживать своё любопытство к этому не просто заметному, а грандиозному сооружению, да не руководствуясь высокими указаниями, а следуя по инерции местных запретов. Присутствовал в этой инерции неизменный намёк на некую тайну, прописавшуюся в Замке и простирающуюся во времени в глубокую древность. Что за тайна, никто не ведал, догадок не сохранилось. Касалась ли эта тайна самих королевских особ? Этого тем более не знал никто.

Да зачем голову забивать небылицами и домыслами? 

…Исторические прогнозы всегда проваливались, чего бы они ни касались, а сами историки-теоретики, обнаружив свою несостоятельность, научились так выкручиваться, словно они были правы в любом случае, на основе изучения закономерностей исторического процесса. А факты? Раскопки? Архивы? Документы? Всё – относительно, всё – в сравнении. Ростанский Замок много чего вобрал, и просто исчезнуть из умов обывателей не мог. Плохо было одно. Слухи о Ростанском Замке становились хуже прежнего, а неутомимые искатели приключений не успокаивались, всё шли и шли туда. С надеждой?

Горожане, оказавшиеся менее всего сведущими в государственных делах, удивлялись. Кого это так тянет в их Замок, когда они сами не знают, что происходит за его стенами. А ведь ничего хорошего там быть не может. Что делать? Жить дальше. Народ постепенно смирялся, и смирился почти со всем, кроме одного. Ведь молва о Замке простиралась с дальних времён, и его неприглядное прошлое, его тайны и секреты, настораживали даже самых яростных оптимистов. Мало того, уж кому-кому, а жителям-то было известно, что идут в этот Замок многие, а обратно не возвращается никто. Всё происходило по-прежнему. Никто не возвращался... Как же так?

Да, так уж повелось. Главные ворота Замка запирались чисто символически. Никому не препятствовали входить во внутрь. Желающие входили, и больше их никто уже не видел. Приезжих издалека с намерением попасть в Замок оказывалось то больше, то меньше, и все оседали там. И что с того? Горожане их не знали, а вот своих-то знакомых, соседей или родственников, как не пожалеть?  

Без плана. Надо спешить. Если не теперь, то когда же? 

Виктор понял, что надо спешить. Идею уничтожить легко, а возродить трудно. Через три дня он, как ни в чём ни бывало, прямо с утра, решил отправиться в таинственный Замок, в познавательное и рискованное путешествие налегке, с небольшим рюкзачком – так, кое-какие походные мелочи не помешают. Собрался захватить и Женю, вроде как по пути.

– Обещал ребятам в шахматном клубе сыграть партию с закрытыми глазами, – сказал он Иришке, вечно крутящейся под ногами. – Давно приглашали, да и самому интересно.

– С закрытыми глазами? Разве так играют в шахматы? – удивилась Ира, явно ни о чём не догадываясь. – Слушай, купи на обратном пути хлеба, а то я вчера не успела.

– Ладно, ладно, хорошо, – отмахнулся Виктор и двинулся вперёд. Зашёл за Женькой, вроде как позвать поиграть в футбол. Звонить заранее не стал, чтобы не вызвать Женькиной реакцией подозрений у его близких. Дома сказали, что Женя полчаса назад уже отправился туда же.

Виктор сообразил: как всё удачно сложилось!

Он пустился по известному маршруту к парку, на спортивную пло- щадку. Как только дошёл до самой площадки, тут же увидел Женю в гуще товарищей-футболистов, что-то громко обсуждающих.

До самой тренировки дело пока не дошло.

Женя и сам увидел Виктора, подбежал к нему:

– Ты чего, в нашу команду метишь? Ты ведь раньше за «Восход» играл, – удивился Женя.

– Жень, понимаешь… Я за тобой. Махнём в Замок. Серьёзно. Сейчас же, без заходов домой или в другие места. Это хорошо, пусть все думают, что ты на тренировке, чтоб тебя долго не хватились искать.

– Да ты что? Сегодня? – удивился Женя. – Предупреждать надо заранее! И потом, я собираюсь ещё и совсем в другое место, к бабушке в деревню. Обещал ещё на прошлой неделе. Мама просила передать ей четыре клубка шерсти и классный чайник, на кухню, последняя модель. Вот зайду домой, заберу свёрток и вперёд.

– Ничего, успеешь, потом отвезёшь, сюрприз хороший будет, – настаивал Виктор.

– Понимаешь, – повторил Женя, – ведь обещал…

– Собирался на электричке?

– Да нет, на велосипеде, вон, видишь, в кустах оставил. Новый велосипед, хотел опробовать на дальнюю дистанцию, – Жене не терпелось похвалиться Виктору новым велосипедом, отдельно, с осмотром и обкатом, а не так, между прочим.

Виктор подошёл к велосипеду, внимательно осмотрел.

– Рад за тебя. Отличная машинка, надёжная, удобная. Поздравляю! Накатаешься ещё, – заключил он и продолжил. – Пойми, случай упускать не годится. Пусть все думают, что ты у бабушки, а свёрток как будто забыл. В следующий раз завезёшь. Надумал, и тут же поехал к родной бабушке, соскучился, мол. А вместо этого мы с тобой посетим наш чудный экскурсионный объект. Идёт?

Жене очень не хотелось нарушать свой план, но правда и в том, что если не теперь, то когда же? Внезапность – отличный приём. Скоро искать не будут.

– Ладно… А велосипед-то куда девать? – задумался Женя. – Хорошо, попрошу сторожа за ним присмотреть. Слушай, ведь мы ничего не взяли с собой, как ты хотел – для безопасности и для чего-то ещё.

– Да, я почти ничего и не взял, решил, что много не надо, безопаснее всего не привлекать внимание, быть незаметными для других. Свой мобильник оставил дома, чтобы в любом случае не пришлось объяснять лишнее. Хорошо, что у тебя с собой нет ничего. Так?

Как раз телефон я всегда ношу с собой, вот он, – и Женя вытащил из кармана свой удобный мобильный телефончик, без которого обходиться не мог. Убедившись, что телефон в рабочем состоянии, положи обратно.

– Давай оставим его у сторожа, заодно с велосипедом.

– Ты что! Я без него никуда не двинусь. И вообще, пусть хоть какая- то связь останется, чем никакой, – Женя похлопал по карману брюк, словно убеждая себя, мол, всё в порядке, телефон на месте.

– Хорошо, как знаешь, – согласился Виктор, чтобы не спугнуть и без того не уверенного в себе друга. – Да не бойся, пока нам ничего не угрожает, а там посмотрим. Со стороны никто ничего не заподозрит. Идём себе, болтаем о пустяках, прогуливаемся, зашли случайно, если что не понравится, развернёмся и назад. – Давай пойдём, а там посмотрим по обстановке.

– Ну, ты даёшь… – Жене всё равно было боязно, даже с телефоном в кармане, но показаться трусом не хотел. – Ладно, давай, вон автобус подошёл, стоять будет минут десять, не больше.

Женя с сожалением расстался со своим новеньким велосипедом, с обещанием бабушке, с желанием погонять мяч.

Но ведь скоро всё можно будет догнать и даже обогнать!

Сели в подошедший автобус, еле-еле протиснувшись в него вслед за толпой пассажиров, направляющихся за город по своим делам, большей частью, на дачи. Пока доехали до последней остановки, напротив самого Замка, автобус опустел.

Друзья вышли последними. Автобус тут же развернулся и покатил назад, как будто водитель боялся задерживаться здесь надолго, тем более, что в автобус никто не садился – было некому. Перешли дорогу, поднялись на пригорок, переходящий в вал, опоясывающий крепостную стену. Впереди – ров и узкий мостик, перекинутый через него, ведущий прямо к воротам Замка.

Вот он, Замок, как был, так и стоял незыблемо, на возвышенности. Ров, окружающий Замок неровным рыхлым кольцом, видимо наполненный водой когда-то, теперь пребывал в заброшенном состоянии, зарос основательно. Заметно запущены и внешние стены, которые много раз перестраивали.

Издалека это незаметно, а вблизи сразу бросалось в глаза.

Узкий мостик оказался неустойчивым и хлипким, но неутомимых искателей приключений это не остановило. Они довольно быстро преодолели последнее препятствие и оказались прямо у тяжёлых ворот Замка, вписанных в массивную, вросшую в землю башню. Снова остановились и огляделись. Вот он какой, этот Замок, вблизи! Внушительный. Средневековый. С башенками и узкими оконцами. Не страшный, хотя проходящая по зубцам стены галерея для обороны и бойницы сохранились хорошо. Да, ворота тут же, словно по приказу, отворились. Вслед за ними поднялась и металлическая решётка, дублирующая защиту Замка.

– Ну, идём? – спросил Виктор заробевшего слегка Женьку. – Да не бойся ты!

Виктор взял Женю за руку. Руки словно заключили между собой безмолвный союз. Соединение рук подтверждало единство намерений молодых исследователей. Друзья беспрепятственно вошли в ворота, слева и справа от которых располагалось несколько безжизненных каменных строений и пристроек. Прошли через небольшую площадку, и перед ними услужливо распахнулись другие ворота, внутренние, затем ещё одни… 

 

ГЛАВА ВТОРАЯ. ЗА СТЕНАМИ ЗАГАДОЧНОГО ЗАМКА 

Вершина, которой нет предела. Степени главенства Главных Фигур.
     Высшие Главные Фигуры

Виктору с Женей уже никаких умственных и даже физических сил не хватало для верного понимания теории наименований должностей в этой запутанной иерархии. Но Виктор решил спустить это непонимание на тормозах, а Женя думал, что никакие теории не имеют значения, пока дело не дойдёт до практики. А до неё далеко.

– Если говорят, как например, обо мне – Главный Генеральный Консультант – это для краткости, и обозначает, что я – Высший из всех остальных Главных Генеральных Консультантов. Высшая Главная Фигура имеет высшую степень главенства в своём разряде, её принято называть для краткости просто Главной, без дополнительных уточнений и приставок. Ясно? – Высший Главный Генеральный Консультант из кожи вылезал вон, старался, чтобы эти, по всем показателям, хваткие ребята, узнали всё от него, а не от… жестоких конкурентов. – Поясняю. Все Генеральные – цепи одного звена. Делаем общее дело. Давайте ещё раз уточним для закрепления материала, пройдём по нашей лесенке не снизу вверх, а сверху вниз.

– А зачем? И так всё ясно. Но у Высшего Главного Генерального Консультанта были свои соображения на этот предмет, на предмет усвоения его урока. Эти двое – ценные кадры. Пусть имеют полное представление о том мире, в котором им предстоит утверждаться и действовать. Пусть действуют в нужном ему направлении.

– Главный Генеральный Консультант седьмой степени – самое высокое положение этой Главной Фигуры, что приравнивается к Высшей Главной Фигуре, Главный Генеральный Консультант шестой степени – ниже на целую ступеньку, пятой – ещё ниже, и так далее. Соответственно и круг обязанностей, сфера влияния. Все Главные чаще всего начинали с первой ступеньки, начальной степени взаимодействия с соответствующими категориями клиентов и коллег. – Высший Главный Генеральный Консультант привык выражаться доходчиво, чётко и ясно. – Вы-то, друзья мои, к вашему сведению, как раз попали в сферу влияния и одновременно под опеку Высших Главных Фигур. Таков ваш официальный начальный рейтинг. Только с ними вы и будете чаще всего иметь дело. Понятно?

– Какая-то путаница прослеживается… Но допустим. Будем считать, что понятно, – отвечал Виктор, удивляясь, откуда вообще взялся этот рейтинг. Когда они успели составить его? – Но, скорее, теоретически.

– Всё сразу понять трудно, – огорчился Женя. – Но попробуем.

– Да, со временем всё встанет на свои места. Высший Главный Генеральный Консультант – самая высокая точка, вершина попаданий стрел и роз от стрелков и дарителей из Департамента Главных Генеральных Консультантов. Нужно быть готовым ко всему заранее. Ясно? Моя высокая должность меня обязывает… ко многому. Ноша моя велика, но делить её с другими не намерен.

– А мы пока и не претендуем, – рассмеялся Виктор. Женя согласно кивнул, хотя и не понял половины сказанного. Степени, ступени, сферы влияния... – Не так уж и понятно. Да разве надо понимать всё подряд?

– И не надо. Вы меня порадовали сердечно, – ухмыльнулся Высший Главный Генеральный Консультант. – Успеете ещё всё понять, всё попробовать всё, смотря как ваши карты лягут или как наши звёзды распорядятся. Спросите, что ещё интересно.

– Спрашиваю. То, что вы только что сказали, касается устройства всех направлений деятельности всех ваших департаментов, иных ведомств и учреждений? – догадался Виктор.

– Вот-вот. А также и каждого человека в отдельности, – уточнил Главный Генеральный Консультант, Высший Главный Генеральный Консультант или Главный Генеральный Консультант высшей ступени, наивысшей степени. – Всё и все на учёте. В любом случае, переход на более высокую ступень сотрудника или руководителя следует только в случае успешного прохождения всех курсов обучения, практической работы и проверки на предыдущей ступени. Право согласовывать такой переход лежит в компетенции Высшего совета Главных руководителей, Главного Центрального Совета Ростанского Замка. Совет вправе отказать кому угодно без объяснения причин. Совет состоит из учредителей базы содружества Главных Фигур. Аналогично и со Второстепенными: ступени деятельности, ступени положения в обществе, ступени восхождения. Все новички проходят тщательную проверку, сортировку, обучение. Никакая кандидатура не проскочит нечаянно через мелкое сито контроля. Поняли?

– Нет. Хотелось бы не моментально отвечать, а обдуманно, – отвечал Виктор.

Они с Женей сильно утомились от столь долгого и неконкретного разговора, а ясности не получили. Да и надоело.

– Безусловно. Понимаю вас, друзья мои, – воскликнул Главный Генеральный Консультант. – Все документы и  описания  имеются в электронном и бумажном исполнении. Изучите их. Обдумаете на досуге, выберите подходящее не спеша. Есть разные варианты. Доложите о своём решении. Любое ваше решение уже учтено заранее в соответствующих договорах. Никто вас в шею не гонит. Годится?

– Ну спасибо, – вздохнул Виктор, покосившись на Женьку, который вроде как что-то понял или не понял вовсе, но виду подавать не хотел.

– А сначала можно ли осмотреться, ознакомиться с обстановкой?

– Именно это и следует сделать. Добро пожаловать! Все двери всех наших учреждений всегда открыты для вас, вся информация доступна, – широко улыбнулся Главный Генеральный Консультант. – А для начала дополнительно уточним некоторые ваши данные, внесём в личное дело. Не возражаете?

Где уж возражать! Без приглашения появился секретарь Главного Генерального Консультанта, принёс три чашки чая, бутерброды и три порции шоколадного торта на большом подносе. Кстати принёс. Жаркая вышла беседа... Передохнули, перекусили и продолжили.

– Вот теперь перейдём к простым, но практически важным вопросам, – продолжил Главный Генеральный Консультант. – Можете выбрать любую программу ознакомления с нашей деятельностью, включающую базовый курс обучения, программу обучения в русле заявленных вами интересов, а также свободные курсы общего развития. Разработаны три основных варианта. Первый – так называемый «свободный полёт», когда человек по собственному разумению выбирает, что ему нужно для последующих действий. Он самостоятельно определяет, какие области применения его сил и возможностей ему интересны, какие научные и практические сведения ему необходимы. Самостоятельно посещает плановые лекции, занятия, семинары, сообщества по интересам и так далее. Какие захочет – посещает, какие не захочет – игнорирует. Ни к какой группе его не присоединяют. На такие занятия может прийти любой и каждый. Этот вариант выбирает большинство ещё и потому, что на занятиях можно познакомиться с единомышленниками, что весьма полезно. Второй вариант – комплексные групповые занятия по стандартным программам, разработанным опытными специалистами, с учётом отрицательных и положительных итогов многолетней работы. Всё, по сути, то же самое, но в этом случае группа формируется заранее, неожиданные встречи не предусматриваются. Этот вариант не исключает разовых посещений обучающимися других мероприятий, лекций, семинаров, коллоквиумов. Расширение круга интересов даёт всем нам плюс. И третий вариант – индивидуальный. Довольно жёсткий и целенаправленный. Такой вариант, как бы это вернее охарактеризовать… Для элитной публики.

– Для элитной? Для какой же?! – Виктор не удержался и перебил Главного Генерального Консультанта. Тот нахмурился.

– А для такой, которая лишних вопросов не задаёт, пока не узнает сути дела. При избирательном подходе с каждым обучающимся проводятся индивидуальные занятия по заранее продуманному, чётко разработанному плану. План заранее согласуется с каждым лектором или педагогом, уточняется на каждом занятии. То есть ученика ведут по лесенке всё усложняющихся познаний, не присоединяя ни к какому коллективу. Всё происходит с учётом его интересов. Некоторым требуется несколько дней, чтобы постепенно приспособиться к новому окружению и пространству, вникнуть во все обстоятельства, другим и месяца мало. И то, и другое нормально. Всё ли понятно?

Главный Генеральный Консультант протянул каждому по три буклета.

– Вот, ознакомьтесь, подумайте и сообщите о своём решении. Можете ознакомиться подробнее в цифровом варианте. Никто вас не торопит. – Главный Генеральный Консультант и в самом деле сделал вид, что никуда не торопится и глубоко зевнул. Устал, что ли?

– Я всё уже решил! – провозгласил Женя, не заглядывая в буклеты.

– Выбираю третий вариант.

– Вы уверены, что хотите этого? – испытующе спросил Главный Генеральный Консультант, в упор вглядываясь в выражение лица неожиданно осмелевшего Жени. – Это довольно нагрузочное решение, такой выбор требует большой сосредоточенности. Но можете ещё подумать. Договорились?

– Ладно, подумаю… Прислушаюсь к вашему совету, – раздумчиво ответил Женя.

– А я решил окончательно и бесповоротно. Выбираю первый, – помедлив, произнёс Виктор.

Главный Генеральный Консультант спросил:

– Нет ли спешки в таком важном вопросе?

– Нет, всё понятно… и нечего тянуть. Время дорого стоит, – засмеялся Виктор.

– Ну, вам виднее. Да, изменить ваше решение вы можете всегда, – сказал Главный Генеральный Консультант, которому до сей поры не доводилось беседовать с такими привередливыми клиентами. – И в заключении добавлю, что ознакомительную, вводную лекцию для всех без исключения новичков читает наш Главный Ведущий Специалист в области культуры. А проходят такие встречи в Центральном конференц-зале, то есть во Дворце, в Главном дворцовом зале. Лекция открытая. Некоторые любят послушать её несколько раз, для усвоения темы. Лекции повторяются по мере надобности, то есть по мере поступления новых клиентов. Ближайшая лекция – послезавтра, в двенадцать часов. Можете её пропустить, вас никто не торопит. Но думаю, время терять не стоит. А лекция заслуживает внимания. Некоторые ваши вопросы отпадут тут же. Всё остальное – позже.

– Ладно, так и сделаем, – согласились Виктор и Женя.

– И чтобы не забыть: завтра утречком следует непременно навестить нашего безотказного коллегу из Контрольно-информационного Центра, Главного Персонального Консультанта. Это не просто совет. Это обязательный визит.

Главный Генеральный Консультант завершил приём. Друзья, захватив буклеты, распрощались и с Главным Генеральным Консультантом, и с его любезным секретарём.

Наконец-то всё закончилось, хотя бы сегодня!

 

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ. ИСКУССТВО И НАУКА.

ТВОРЧЕСТВО И РАСЧЁТ. ПАДЕНИЯ И ВЗЛЁТЫ  

Планета Земля.  Три слоя жизненного пространства 

– Не волнуйтесь, мои друзья! Не расходитесь и не отчаивайтесь. Моё вторжение вполне оправдано. Запланировано. Хочу представиться. Я – Главный Альтернативный Исследователь альтернативных теорий и проектов. Не хотелось бы вас обнадёживать заранее интересом во мне и ко мне, не хочу и разочаровывать. Ни в коем случае не подумайте, что я вылез из какой-то тёмной щели на свет и ринулся завоёвывать публику с тем, чтобы опорочить предыдущего учёного. Уважение моё к нему беспредельно. Дополню его. Его теории и выводы требуют размышлений в тишине, а мои – напротив. Только в гуще, только в массе заинтересованных коллег и учеников могу понять целесообразность моих занятий, взглядов, намерений.

Пока никто ничего не понял, но докладчика это не смущало.

– Надеюсь на вас, рассчитываю на ваш интерес, – продолжал Главный Альтернативный Исследователь альтернативных теорий и проектов. – Альтернатива – моё кредо. По роду своей деятельности каких людей я только не видел! Каких только искателей выгоды не встречал, каких только претензий не выслушивал! Каких только проектов не отверг! – докладчик вытер пот со лба носовым платком. – Да-да, кода-то я и сам брался за исследование аномальных явлений, происхождение которых не в состоянии объяснить никакая академическая наука. Мне приходилось не только встречаться, но и сотрудничать с не нашедшими официального признания талантливыми людьми, живущими не для себя лично, а для науки, находясь в противофазе с официальным научным мировоззрением. Эти люди есть везде. Да-да, вижу в вас союзников и доброжелателей. Всё в нашей власти.

Союзники, на которых рассчитывал этот второй докладчик, весьма смутно понимали, о чём он говорит. Некоторые слушали очень внимательно.

Вдруг что-то поймут на этот раз?

– Начну с первостепенного, как и делаю всегда, – произнёс Главный Альтернативный Исследователь альтернативных теорий и проектов, лёгким, магическим жестом отправляя свисавшие до того устрашающие географические карты-зрелища назад, к потолку. – Начну с начала. Всё о том же, о нашей с вами планете. Наша общая Земля имеет три слоя жизненного пространства. Можете удивляться. Каждый из слоёв устроен идентично, и состоит из суши, воды, воздуха. Слои не пересекаются, а соприкасаются в определённых точках. Вы пожаловали к нам, в наше Государство МагРос, из самого примитивного, первого слоя. Государство МагРос, наш, Ростанский Замок, как вы его называете, находится в следующем, втором слое, имеет сложную завуалированную структуру, не менее сложную и запутанную историю. Некоторые привыкли называть его крепостью. Снаружи – и то, и другое – выглядят не так, как вы и сами видите, но оказывается расположенным внутри. Это не визуальный эффект, это принцип построения, планетарный и региональный. Третий слой – внешний мир, всё остальное, что за пределами нашего государства. Вы ещё будете иметь возможность убедиться в этом, и не однажды. Факты бесспорны. Они душу греют! Конечно, не всякому любителю откроется то, что доступно только специалистам. Но знать это надо, дабы не попасть впросак.

Молчать? Возражать? Специалистов в зале не оказалось.

– А для непосвящённых все эти субстанции пребывают в защитной зоне, скрытой от прямого обозрения, – не отступал от темы Главный Альтернативный Исследователь альтернативных теорий и проектов. – Благодаря прикладным открытиям в новых областях науки, вернее, в смежных отраслях наук, наши уникальные исследователи держат под контролем все вопросы, касающиеся популяризации не так давно открытых явлений и законов, столь полезных нашему обществу.

Виктор тут же вспомнил собственные, неожиданные открытия в этом самом Государстве МагРос. Это кроме падения в колодец.

Как-то раз, когда они с Женей гоняли на лёгком автомобиле по окрестностям Замка, их занесло почему-то в окрестности промышленной зоны, напичканной не видимыми со стороны странными объектами и постройками. Зона была окружена невысоким плотным забором, но никаких ворот и охраны заметить не смогли. Продвинуться дальше по дороге, обогнуть заборы тоже не смогли – что-то неуловимое, какая-то ненавидимая преграда не пускала. Что это такое? Узнать негде и не у кого. Так и вернулись назад. Да и забыли потом. А теперь выясняется, что есть и теоретические объяснения неким реальным вещам, скрытым от глаз в повседневной жизни. От глаз гостя? Обывателя? Новичка? Профессионала в какой-то другой области?

Или к той зоне сегодняшняя теория не относится никак?

– Защитными функциями дело не ограничилось. – Главный Альтернативный Исследователь альтернативных теорий и проектов оглядел притихшую аудиторию. – Рассмотрим нарисованную мною схему с другой стороны. С главной. Да, как история пишется, несколько веков назад Замок славился совсем другими заслугами. Но всё шло к тому, чтобы из обычного места убежища и локальной защиты он постепенно превратился в атрибут роскоши, власти и престижа. Тому много причин. Замок издавна привык, так сказать, выдерживать тяжёлые осады и дерзкие нападения. Но главное, о чём и речь, вся Замкнутая территория Замка постепенно стала пространством чрезвычайно важной деятельности, особой зоной нашей планеты, и не только нашей. И главное, наше с вами главное, заключено в том, что именно здесь, именно нам удалось достичь благоденствия и процветания во всех сферах жизни. Более того – задать тон всей планете! А как и почему?

Аудитория отреагировала суровым молчанием. Докладчик продолжал.

– Вернёмся в настоящее время. Всему есть не только научное объяснение, но началось именно с науки. К тому же, большинство наших научных открытий и прикладных практик носит секретный характер. Дилетантам и невдомёк, какая махина научных исследований и опытов скрывается за вылизанными витринами прогресса. Мы и сейчас переживаем настоящий бум научных открытий и свершений, которые пока вам ничего не скажут. Но вскоре, надеюсь, вы сами скажете это. По мере вашего внедрения в нашу действительность вы поймёте, куда и для чего вы попали, по воле счастливой случайности или преднамеренных действий.

…По воле счастливой случайности или преднамеренных действий… Что про это думать вовсе не готовым к таким поворотам судьбы?

– Давайте же поговорим о том, чем мы с вами располагаем сегодня. А это немало. Мы обладаем мощной силой, чтобы сосредоточить всё в своих руках. – Главный альтернативный исследователь альтернативных теорий и проектов оглядел зал. – Вот, довожу до вашего сведения факты из отчётности на текущий период. Наибольший процент ресурсов планеты, в тех или иных формах, находится в ведении Центрального совета Главных Персон, являющегося Главным Владельцем главных месторождений золота, нефти, газа, платины, алмазов, редкоземельных металлов, разных руд, других недр и природных богатств планеты. Всей планеты.

В зале молчали, придавленные новостью.

Всей планеты... Действительно так?

– В компетенцию Центрального совета Главных Персон входит и решение первоочередных вопросов разумной человеческой деятельности в сфере взаимодействия природы и человека, то есть вопросы ноосферы. Экология – лишь часть из них. Исходя из фундаментального единства человека и его жизненной среды, наши руководители не избегают сложных проблем. Отдельно обозначена проблем привлечения рабочей силы, человеческих ресурсов низшего звена. Да, массу преград видим при внедрении безопасных технологий в чрезвычайно опасные производства, коих множество. Да, особую заботу представляют ресурсы, скорое исчезновение которых угрожает существованию человечества вообще. Но отчаиваться ни к чему. Ресурсы обнаружены везде. Нас вдохновляют космические ресурсы, необходимые для дальнейшего продвижения и развития человечества.

Верить или не верить услышанному?

У многих гостей не то, чтобы знаний не хватало для рассуждений на эту тему, а даже в мыслях прежде не зарождалось.

Так зачем пришли?

А уж Гульсун не раз упрекнул себя, называя профаном и неучем.

• – Могу развить эту мысль до… радиуса охвата нашим же с вами интересом самой перспективной области нашей Галактики, – не уставал просвещать аудиторию Главный Альтернативный Исследователь альтернативных теорий и проектов. – Но, к сожалению, охватить всё за одну лекцию невозможно, и пытаться не буду. Однако тех посланцев внешнего мира, кто осознанно строит планы на полноценную жизнь в нашем Замке, ждёт прекрасная возможность определить сферу своей конкретной деятельности, утвердиться в ней, и, как следствие, получить многие блага и радости. Галактика ждёт новых открытий. Новые умы – новые вливания – новые открытия. Новые альтернативы, наконец!

Докладчик окинул гордым взглядом весь зал. Остался доволен эффектом, который сумел произвести на слушателей.

– Главный Менеджер Главного Управления кадров и кадровой политики Камерного государства Ростанского Замка неутомимо работает в этом направлении, – продолжил он, – занимается предметным поиском подходящих кандидатур, людей, проживающих в разных регионах пла неты, спокойно занимающихся своими делами и даже и не подозревающих о том, что они могут послужить нашему благородному и справедливому делу. Место и время не имеет значения. Желание подходящих нам людей также не имеет значения, они оказываются здесь по не зависящим от них причинам и при необходимых нам стечениях обстоятельств. И не думайте, что кому-то из них, как, скажем, из вас, в том числе, здесь будет плохо. По нашему опыту, всех всё устраивает. Иных случаев не зарегистрировано. Будьте уверены, никто из нас не жалеет о таких метаморфозах. Не стоит жалеть и вам. Есть вопросы? Виктору подумал: если это правда, то дело поставлено круто.

Женя припоминал похожие описания необычных обстоятельств из литературы, но припомнить не мог. Гульсун и не такие сказки слышал, но разве можно верить им? Остальные слушатели думали примерно так же, в разных соотношениях веры и недоверия к докладчику.

Наконец, зал расшевелился. Интересно же!

Вопросы созрели, их задавали беспорядочно, вставая с мест, а то и проходя вперёд по рядам, чуть ли, не поднимаясь на кафедру. Нельзя сказать, что Главный Альтернативный Исследователь альтернативных теорий и проектов не ожидал подобной реакции. Он и не таких слушателей видел, и не таких исследователей встречал, знал, как с ними разговаривать. Когда волнение в рядах публики успокоилось, ответы на предыдущие вопросы прозвучали, он продолжил, надеясь не на полное понимание, но на впечатление от его слов.

 

ГЛАВА СЕДЬМАЯ. ДВЕ СКАЗКИ: «БАРАБАН» И «ДИПЛОМ» 

Сказка для победивших «Барабан». Главное в жизни – успех!
    Сказка в стенах Консерватории. 

Барабан Барабанович Барабанов с самого своего рождения выделялся необычными качествами, присущими далеко не всем музыкальным инструментам. Он отличался от прочих своих коллег тем, что постоянно возрастал во всех отношениях в современном, стремительно развивающемся музыкальном сообществе. С самых первых своих шагов хорошо понимал, что нужно постоянно учиться, успевать развиваться вместе с миром музыки. Да не только развиваться, но и опережать других в этом развитии. Ещё в раннем детстве быстро догадался, что родился на свет в самое подходящее для этого время.

Своей догадки никому не открывал, но был уверен, вскоре ему повезёт основательно. Только не знал, как этим воспользоваться, если не на сто, то хотя бы на девяносто процентов, какие шаги предпринять. Он с удовольствием учился и, в не последнюю очередь, постижению самого себя, постиг все барабанные премудрости, считался хорошим специалистом. Удачно устроился на службу в столичный симфонический оркестр. Амбициозные его настроения всё усиливались. Ни с какой стороны его мыслей не читал никто, а внешне он никак себя не выдавал, казался погружённым в творчество, в работу над собой, выглядел отстранённым от конкуренции, от бытовых переживаний.

И только некоторым из своих товарищей скрытный Барабан казался надменным невероятно. Так, в борьбе внутренних противоречий, захваченный своими тайными мыслями, переполняясь своей внутренней наполненностью, словно возвышаясь над прочими оркестрантами, он нёс себя по ухабам жизни. Вторые и третьи роли в оркестре, в музыкальном мире, в обществе, наконец, его уже принципиально не устраивали. Ждал случая. Ждал долго.

Наконец пришла пора, когда он созрел для главного.

Быть главным из главных во всём – вот что подогревало его изнутри. Это только непросвещённые склонны думать, что внутри Барабана – пустота. Нет, ни в коем случае! А что же касается нашего героя, то его внутренним содержанием руководило неистребимое, бурное стремление к дальнейшему творческому росту.

 Стать Главным барабаном в своей среде.

Стать Главным среди всех барабанов на свете.

Стать Главным примером для всех остальных инструментов,

с учётом барабанных характеристик.

 Характеристик не только внутренних, но и внешних.

Здорово, вдохновенно и умопомрачительно, но не вполне реально?

А надо реально. Ну, предположим, это ещё впереди.

 Когда знакомился с публикой из немузыкального мира, сам себя представлял так:

– Честь имею заявить. Я – Барабан Барабанович, главная скрипка в оркестре. – И уточнял доверительно, с нажимом, – в любом оркестре.

Но эти заявления – чистая художественная самодеятельность. Пока. Значит, надо работать с опережением, как можно чаще заявлять о себе профессионально. Пора заставить уважать себя по-настоящему. Смелее! Хватит оставаться в тени. И вот час пробил. После сверх-глубоких сверх-раздумий во чреве якобы бессодержательной пустоты, Барабан наконец-то решил, что пришло время выйти самостоятельно в большой свет и без стеснений показать себя с самых лучших сторон, свободно, открыто, с блеском. Да-да, только так. Барабан подолгу рассуждать не привык. Действовать надо. И действовал. И в свет выходил, и по свету ходил, и по оркестровым ямам прохаживался, и на сценах отсвечивал, и в составе оркестровых инструментов смуту в музыку вносил. Всё простукивал и зондировал, анализировал и систематизировал, присматривался и прислушивался, что и как традиционно происходит. Всё не то и не так, как нужно ему, Барабану Барабановичу. Нет, так не пойдёт. Браво, бис, цветы, аплодисменты доставались то всем поровну, то избирательно – да только не ему. Не годится. Надо применить какой-то необычный ход. Какой же? И неожиданно, исполняя на самом затрапезном концерте самую свою лучшую партию, понял главное.

 Нужно яркое, запоминающееся событие на фоне серых будней.

Нужно нечто выходящее за привычные рамки суждений.

Нужна впечатляющая акция. Нужен сольный концерт!

 А концерт не где-нибудь, а в самой Консерватории, благо связи с дирекцией и администрацией у него налажены давно. Репертуар имел обширный, по его понятиям, конечно. Дирекция сначала посомневалась, но потом поддержала – оригинально всё-таки.

Знакомый Метроном, который обычно консультировал его в сложных случаях, деятель солидный, опытный и знающий, отозвался об этой затее скептически:

– Замахнулся на многое, а способен на малое. И что из этого вый дет? Какая музыка? Один позор! Ты пойми, да не сердись. Ну, хотя бы Флейта или Гобой, а то какой-то… Уж прости за откровенность, пустобрюхий барабан… Надо знать своё место.

 Барабан ничуть не обиделся. Ему – всё по барабану.

Свою высокую самооценку не привык выставлять напоказ.

А что говорят, так пусть говорят. И не такое слыхивал.

Скоро все знатоки и профаны заговорят о нём по-другому.

 А консультант каков?! Хорош консультант, и цену себе набивает хорошую. Обойдёмся без таких… знатоков. Тёртый и амбициозный Барабан догадывался, чем удивить публику. Умение задать верный тон и держать ритм, вместе взятые, составляли одно из главных его оригинальных умений, на что и рассчитывал для достижения должного эффекта. В репертуаре Барабана присутствовали не только подборка самых простых композиций в мире, а целый список произведений, характерных несколькими интересными, яркими, но не сложными ритмами. Произведения, выстроенные на одном и том ритме, гораздо проще, чем на переменном. Но все испытания переменой скорости и выносливости наш Барабан преодолевал с честью, да, с барабанной честью! 

Узнаваемые всеми мелодии, где нужно очень чётко и ровно держать ритм, тоже хороши, только не для такого концерта, не для сольного. Этот концерт должен занять особое место в сердцах слушателей. Для солидности и поддержки Барабан решил пригласить двух своих симпатичных компаньонок, сестёр-двойняшек, две Барабанные Палочки. Те предложение приняли безоговорочно, но самой барабанной затее удивились. Улыбнулись снисходительно:

• – Ну уж без нас-то тебе никак не обойтись!
• – Ничего подобного. Что надумали! – возмутился Барабан. – Да я вам честь оказываю. Кому вы нужны без меня-то?

Барабанные Палочки не стали возражать, ибо доля правды в доводах Барабана присутствовала. Правда, они полагали, что умение держать ритм целиком и полностью зависит от них, однако перечить шумному и громогласному коллеге-работодателю не дерзнули.

Зачем утяжелять и без того нелёгкие отношения?

Движение пошло. Консерватория замерла в ожидании небывалого… представления. Шумиха нарастала. Чего ждать? Но Барабан не интересовался мелочами. Итак, зал забронирован, дата концерта согласована, билеты распроданы, реклама заказана. Последняя репетиция прошла «на ура». Осталось ждать ошеломительного успеха, потому что такого выступления в этих стенах никто не помнит. Главный Администратор Консерватории рассчитывал на неожиданный эффект от этого внезапно свалившегося на голову концерта. Вот то, чего ещё не было! Тёртый чиновник страстно убеждал остальных и закостеневших в своих убеждениях коллег в важности предстоящего концерта. Те лишь отмахивались, им своих забот хватало. Они соглашались не глядя, не задумываясь. А потом всё пошло по накатанной колее.

С каждым днём внутренняя уверенность Барабана возрастала. Успех не за горами. Пусть миллионы людей по всему миру узнают о нём и его талантах! Сам считал себя потомком знаменитого в истории барабанного рода, уважаемые предки которого сопровождали не только ритуальные танцы, военные шествия и сражения, а также религиозные обряды огромного значения.

 Без них – ни-ни! Разве кто-нибудь посмеет отрицать это?

Дальше – всё по пунктам, по списку, по порядку.

Да, главное – почётные гости.

 Среди почётных гостей в ложах и в первом ряду ожидались важные персоны. Никаких гостей-завистников из музыкального мира чтобы близко не было. Так решили осторожный Главный Администратор и рассудительный Барабан.

– Знаем их, этих служителей прекрасному, прекрасной музыке! Нигде не проявляется чувство зависти к коллегам, вообще к исполнителям произведений искусства с такой силой, как в мире прекрасной музыки. Тем более, в мире гром ой музыки. Если что, настоящую травлю устроят, тогда несдобровать!

 

Сказка для побеждённых «Диплом».
    Сказка на выставке

 Выставка личного оружия легендарных воинов прошлого под названием «Зарево былых побед» открылась в столичном музее истории недавно, и не было отбоя от посетителей. Военные картины и полотна, парадная, пафосная живопись, редкие экземпляры кольчатых доспехов, защитного и наступательного вооружения выгодно подчёркивали конкретику боевого оружия. Впервые в истории демонстрировались и мундиры военачальников высшего эшелона, с серебряным шитьём, эполетами, аксельбантами и полные копии комплектов их наград. Лучшие образцы наградного и подарочного оружия были эффектно размещены отдельно на специально изготовленных стендах, подставках, витринах. У посетителей просто глаза разбегались. Вот что значит настоящее искусство, призванное на службу процветающему государству! Подлинные боевые знамёна, оружие, а также личные вещи и документы великих завоевателей, захватчиков, защитников, полководцев занимали особенно почётные места. Богатые украшения десятков клинков, мечей и сабель подчёркивали высокий статус их владельцев, являлись примерами развития оружейного дела.

Среди этих экспонатов выделялись два идентичных: Меч самого Великого императора, завоевателя многих племён и народов и Сабля другого Великого императора, защитника многих племён и народов. Оба этих известных властелина и полководца жили в разные времена, но деяния их сопоставимы.

Император-завоеватель Банзу́к-чен-IХ-й, наследник династии великих Банзук-ченов, с юности обрёл широкую известность своей жестокостью и разносторонними способностями к ведению успешных военных операций. Эти качества он перенял от своих безжалостных и само надеянных предков. За всю свою жизнь императору удалось значительно расширить границы своих пределов, покорить огромное количество стран и народов. Пощады противникам не было. Страх и ужас внушало только одно его имя. Никто из соседей-правителей не мог бы похвастаться захватом таких огромных территорий в столь короткие сроки. Да и сами соседи спешили сложить перед ним оружие, зная его алчность и непримиримость к врагам. Завоевания этого императора, поставившего целью своей жизни любой ценой создать мировую империю, стали главным фактором, повлиявшим на судьбы мира и человечества. Да, цели он достиг, достиг ценой миллионных жертв и разрушений. Мир захлебнулся в крови, слезах, междоусобицах. Однако самые известные и влиятельные историки всех времён и народов утверждают, что его независимая, развёрнутая политика входит в число несомненных заслуг этого великого военачальника, единственного в своём роде, а также имела и до сих пор имеет решающее значение в мировом масштабе.

Император-защитник Бурканзуќ-чен-ХIХ-й, наследник династии великих Бурканзук-ченов, рассудительный и мудрый, будучи на троне, ставил перед собой совсем другие задачи. Всеми силами и способами пытался усилить и укрепить своё обширное государство, не прибегая к войнам и насилию, не стесняя пограничные державы. Воевать умел, однако прибегал к пролитию крови в крайних случаях. Несмотря на протесты знати, которая привыкла пользоваться властью для личного обогащения, принимая во внимание искушения самого трона, император научился обращать самые острые проблемы в разрешаемые задачи. Он умел привлекать в поле своей деятельности  умные  и  трезвые  силы,  опирался  на гуманных советников. Научился также разгадывать и опережать замыслы врагов, сглаживать их возмущения, добиваться выгод для своего государства и вверенного ему народа через дипломатию. Разумный властелин, не прибегая к войнам и насилию, не стесняя пограничные державы, сумел достичь небывалого экономического процветания своей страны, добился улучшения положения подданных из разных слоёв общества.  Разумная и трезвая политика отличали его правление от предшественников. Этому великому императору всегда удавалось свершать задуманное. Был справедлив, уверен в себе, понимал свою ответственность за судьбы мира. На том и стоял. Тем и запомнился.

Оба этих императора, Банзук-чен-IХ-й и Бурканзук-чен-ХIХ-й, прочно остались в истории. Дирекция выставки, посовещавшись со специалистами-историками и меценатами, решила выделить особо их роль, заслуги и деяния, плоды которых пожинают до сих пор. И как же? Советчики и консультанты долго думали, и додумались. Необходимо отметить наградами оружие обоих великих воинов, как Меч Великого императора-завоевателя, так и Саблю Великого императора-защитника. Но директор возымел своё, отдельное мнение. Он яростно утверждал, что статус выставки проиграет тот половинчатого решения по поводу экспонатов с разнополярными значениями. Следом за ним и все другие задумались о том же. В итоге решили, что Диплом и Золотая медаль выставки достанутся только одному экспонату. Никаких серебряных, бронзовых, оловянных и... прочих наград, вторых, третьих и… прочих мест не запланировано.

 Нужно уметь выделить Главное, Главное из Главных,

Главное из самых Главных в истории!

 Чтобы всё было честно, провели тайное голосование. Оно-то и выяснило, что Диплом и Золотая медаль выставки достались Мечу Великого императора-завоевателя. Завоевать и удержать – это уметь надо! Что тут началось… Раздались возмущённые протесты несогласных, слабые возражения воздержавшихся, хаотичные высказывания представителей головных руководящих организаций-партнёров, опекающих выставку. Но всё произошло честно. Решено – так решено. Несогласных обещали не задерживать в штате сотрудников. Пожалуйте прочь отсюда, ищите другие места для службы государству.

Диплом изготовили чуть ли не из платины, вписали в него все характеристики Меча, сведения о самом императоре-завоевателе Банзук-чене-IХ-ом. Золотая медаль отлита из чистого золота высочайшей пробы, с изображением условной Короны-победы.

Для особого почитания и рассмотрения Меч Великого императора- завоевателя поместили в нарядную витрину, сверкающую огнями заслуженной славы. Массивная рама витрины раздувалась от тщеславия. А внутри, над самим Мечом Великого императора-завоевателя, расположили Диплом из настоящей платины и Медаль из чистого золота, то есть золота высочайшей пробы. Саблю Великого императора-защитника заточили в похожую, но менее помпезную витрину по соседству. Красиво получилось, внушительно. Дирекции всё понравилось, второстепенным лицам тоже. Служители выставки успокоились от недавних переживаний, дебатов, споров.

Ладно, пусть будет, как хочется начальству. Чего зря доказывать? Много веков прошло от тех далёких войн, побед, пролитой напрасно крови. Наверное, сегодня не так важно то, что прошло, прошумело, пролетело. А что вообще важно? Важно для людей, для истории, для жизни? Исторические предметы и факты, пронесённые сквозь века, редко совпадают друг с другом, а чаще – противоречат сами себе. Меч самого Великого императора и Сабля другого Великого императора были теми же, что и когда-то, от своих заглавных ролей не отказывались, но своего мнения не запомнили за давностью лет и веков. Их собственные представления о самих себе также проржавели, состарились окончательно и ощутимого значения иметь не могли. Да их и не спрашивали, а если бы спросили, то ужаснулись бы от их откровенных, пусть и неактуальных на сегодня, ответов. Или всё-таки актуальных?

А награды – прежние и теперешние? Диплом из настоящей платины и Медаль из чистого золота знали себе цену. Металл, сталь, железо не столько задают вопросы, сколько отвечают на них, но отвечают только за себя, за свой химический состав. Драгоценные металлы, такие, как серебро, золото, платина, имеют особое право отвечать не только за себя, но и за других, кто имеет к ним не только касательное, но и распорядительное отношение. Серебряное шитьё военных мундиров давно потеряло голос, смущённо укрылось в прожилках узоров, украшающих лацканы и эполеты, издалека взирая на обстоятельства установления первенства важности орудий завоевателей и защитников. Так молчать удобнее.

Диплом из платины уважал сам себя за внутреннее содержание и наивысший удельный вес на шкале материальных ценностей, установленных людьми. Золото медали, по её собственному разумению, не уступавшее платине диплома, поначалу проявило некоторую мягкость в суждении. Однако платина Диплома не позволила золоту Медали размягчить себя до степени принижения своей роли в обществе и уменьшения своего влияния на ход мировых событий. Диплом из платины грозно взглянул на Золотую медаль, и та поняла его предостережение.

– Нет. Всё важно для истории, – произнёс Диплом из платины, произнёс громко, чтобы его услышали все. – Я ощущаю эту важность в себе. Целую ночь я провёл в жёстких рассуждениях и размышлениях о том, что на лице моём написано. К утру решил так. Увы, солидные, казалось бы, эксперты, к стыду своему, неправомерно, да и просто неправильно оценили важные события древнейшей истории. И платины не пощадили! И золота тоже! Чего ждать от людей? Да, стыд и позор. Надо всё исправить срочно, пока не поздно, пока в цене платина и золото. Приказываю. Делаем перестановку! Обсуждению мой приказ не подлежит.

Непреклонный Диплом из платины снова грозно взглянул на Золотую медаль, та кивнула согласно. И это только доказало лишний раз, что Золото и Платина – не просто партнёры по цеху, а настоящие единомышленники. Им не пристало размениваться на итоги голосования по присвоению незаслуженной славы, на исполнение вопиюще неправомерного решения. Хотя и коллективного. Оба как по команде покинули почётные места в контексте витрины Меча Великого императора-завоевателя и заняли те же позиции, но в витрине Сабли Великого императора-защитника.

Да, Умница-Диплом приказал своей материи: не лгать! И платиновое полотно украсила другая надпись, которая гласила о присуждении великой награды не кому-то другому, а самой Сабле Великого императора-защитника, правдолюбца, гуманиста, Бурканзук-чена-ХIХ-ого.

 Сказка для победивших «Барабан».
     Концерт, второе отделение

 Вот тебе и сказка. Дерзость и независимость Футляра Дирижёрской Палочки Директрисы председательского совета при Управлении музыковедческих наук, можно сказать, привела в чувство столь разномастное сообщество гостей.

Несправедливо заслуженный, вернее, искусственно организованный, если можно так выразиться, успех – это только видимая сторона дела. Мне искренне жаль, что Консерватория вообще участвовала во всё этом безобразии! – подытожил Футляр.

– Да что же должно, по-вашему, произойти по справедливости? – не отступал возмущённый Барабан. Он столько лет ждал такого случая, и вот, дождался…

– А по справедливости надо спустить вас в оркестровую яму да приказать занять своё традиционное, весьма скромное место. Там и получите по заслугам, – отвечал принципиальный Футляр, с осуждением поглядывая на Дирижёрскую Палочку Директрисы председательского совета при Управлении музыковедческих наук. – И разве не дело Дирижёрской Палочки – указывать исполнителям своё место в оркестре?

Футляр придвинулся вплотную к самой Дирижёрской Палочке, уставшей сопротивляться покладистому обычно и непримиримому теперь партнёру. Футляр разошёлся не на шутку. Пора всем одуматься, прийти в себя, чтобы со свежими силами… Он не пригласил, как обычно, вежливо и почтительно, свою обожаемую недавно Главную Госпожу, а нарочито грубо приподнял крышку и буквально насильно заточил её туда. Дирижёрскую Палочку! И чью? Самой Директрисы председательского совета при Управлении музыковедческих наук… Пусть успокоится в темноте и тишине.

Такой оборот дела никого не удивил, кроме Барабанных Палочек. Всю предыдущую ночь они не спали ни секунды. Не к добру! Предчувствие не обманывало никогда. Они и всегда держались вместе, а теперь не на шутку взволновались и буквально приклеились друг к другу, вместе с ридикюлями.

Что их-то ждёт?

Все умолкли. Последовала пауза, которая затянулась на неопределённое время. Ректор Консерватории, никогда не пренебрегавший мнением самой Директрисы председательского совета при Управлении музыковедческих наук, не переставал изумляться происходящему, но вскоре смирился, стушевался и сник. А ведь только что осуждал Главного Администратора! Ректору оставалось только дождаться под ходящей минутки, чтобы испариться отсюда. Так под шумок исчез незаметно. Улетучился…

Барабан Барабанович, долгие годы лелеявший надежду на мировую славу, откровенно рассчитывал на содействие Ректора Консерватории и поддержку в лице если не самой Директрисы, так этой самой Дирижёрской Палочки Директрисы председательского совета при Управлении Музыковедческих наук. Да и сам он, возносясь в мечтах на непокорённые – пока – вершины успеха, видел себя всемирно известным Главным Дирижёром Главного Барабанного оркестра, единственного барабанного оркестра в мире! И хотя сегодня всё пошло наперекосяк, Барабан, мысленно ввергая в пучину вулкана всех своих недругов, пле вать хотел на них, ни за что не желал уступать завоёванные позиции.

Вслед за исчезновением Ректора Консерватории гости начали расползаться вглубь и вширь свободного от мнений и давлений пространства, сначала буфета, а далее – прочих залов и фойе самой Консерватории, не оправдавшей их ожиданий.

– Пусть топчут меня ногами, забивают бичами, поливают смолой, обстреливают презрением, – бормотал Барабан Барабанович, поглядывая на забившиеся в самый дальний угол пограничного пространства Барабанные Палочки, как на верных сообщниц-хранительниц- наград. Уж этих-то безликих компаньонок не следовало выбрасывать из собственных планов. Иначе с кем же он останется?

 Он бормотал, словно убеждая самого себя…

Дипломы, медали, грамоты, награды, контракты, реклама…

Всё это есть. Остальное запланировано, просчитано.

Всё работает на меня. Весь мир моим будет!

 …Мир устал. Миру становилось всё неприятнее наблюдать за такими сценами в самом неподходящим для этого месте. Ещё больше устала от услышанного и увиденного молчаливая чёрная дама, скучная, строгая, Нефасонистая Шляпа, которую никто и сразу не заметил, и потом никто не вспомнил. Она терпеливо, скромно и незаметно оставалась в тени всё это время. Правда, Футляру, по ходу воплощения в сказку собственного сценария, мельком пришла свежая мысль: а может, это Сама Шляпа Всемирно известной Органистки?

Футляр ошибся. Зато не ошибся Орган.

Медлительная чёрная дама поднялась со своего места, никак не соответствовавшего её статусу, молча окинула жалкие остатки публики снисходительно-прощающим, и в тоже время обличающим взглядом.

Она позже всех покинула буфетное пространство с его содержанием и содержимым, вернулась в Большой зал Консерватории. В зале царили тишина и покой. Темно, и ничто не напоминало о том, какой бурный концерт удивил всех сегодня вечером, совсем недавно. Молчаливая Нефасонистая Шляпа, подошла к первом ряду, откуда прослушивала выступления Барабана.

 Она заняла то же место и взглянула на сцену.

Из самой глубины сцены ей ответил взглядом Орган.

Взгляд его выражал оскорбление, боль и возмущение.

 Орган узнал эту даму. Был давно знаком с ней. Только он и она могли по достоинству оценить судьбоносный барабанный вой. Из всех независимых музыкальных инструментов так называемый концерт слушал только Орган. Был вынужден слушать. Бедняге просто не повезло. Он намертво прикован цепями многолетних обязательств именно и только к этому месту, к этой сцене. Прикован сто сорок лет подряд. Лучшие исполнители считали за честь прикоснуться к историческим клавишам исторического, не имеющего цены, инструмента. Лучшие музыкальные произведения хранила его память. Жаль, они не смогли помочь ему сегодня. Сбежать от барабанного боя и барабанного воя Орган не смог, деваться некуда.

В результате прослушивания такого концерта и последующих комментариев бедняга-Орган тяжко заболел, надолго потерял равновесие в жизни и наполовину лишился слуха, который до той поры у него был абсолютным. А чёрная, скучная, строгая, Нефасонистая Шляпа, терпеливая и преданная служанка Великой Музыки, безмерно сочувствовала и самому Органу, и всем остальным, присутствовавшим на концерте любителям и поклонникам Великой Музыки.

Всякие испытания встречались на пути Великой Музыки и её служителей, но испытания такой музыкой, да ещё и в таком зале, сама служанка Великой Музыки припомнить не могла. Бедняга-трудяга-Орган тихо застонал, а потом прерывисто заплакал обрывками классических сочинений, фугами и токкатами, немного сбиваясь с ритма… На что и на кого он мог надеяться теперь?

И только преданной и верной служанке Великой Музыки предстояло найти тех умелых мастеров, какие дерзнули бы излечить бедного и ни в чём не повинного Органа от нахлынувшего на него недуга…

Найдёт ли их она?

 

ГЛАВА ВОСЬМАЯ. РАЗОЧАРОВАНИЯ.

ЦИВИЛИЗАЦИИ. ШАХМАТЫ. ФУТБОЛ
 
    Валентина и Виктор. Кукла или марионетка.
    Забыть, и как можно скорее? Усилия воли 

– Не нужно бегать от меня, я тебе не враг, – Виктор словно забыл только что услышанные сказки, а вспомнил правду, недавно поразившую его. – И я не барабан или… Главный Куратор.

Вспомнил: всё для тебя!

А что оно такое, это всё?

Или… На всю жизнь…

Валентина проглотила твёрдый, горький комок. Они поднялись по лестнице, прошли мимо учебных классов и аудиторий, направились к выходу через фойе, ведущее к вестибюлю. Дворец музыки оставался дворцом «от и до». Перед выходом из здания предстояло преодолеть барьеры – из трёх дверей подряд. Виктор не успевал опережать свою спутницу, распахивать перед ней эти тугие двери – так быстро она шла, так неохотно поддавались двери. Последняя дверь с первого раза не раскрылась. Оба остановились, как по команде.

Виктор удивился, что Валентина не прикладывала к двери свою ладонь, наверняка просканированную и наделённую теми же свойствами, что и его собственная. Да и сам забыл об этом.

Тут же решил, что нужна срочная смена впечатлений.

– Давай сменим ритм, снизим темпы. Не беги, всё равно догоню. Пообедаем поблизости, – предложил он, приложив свою ладонь к этой самой последней дверной преграде, без усилия отворяя тугую инкрустированную дверь, ведущую к выходу в парк. И его слова прозвучали как приглашение в близкое или далёкое будущее.

– В другой раз, – отвечала Валентина с твёрдостью, но понимала, что разговора не избежать.

Виктор с не меньшей твёрдостью и решительностью взял её под руку, неожиданно для себя и для неё развернул в противоположную сторону. Сопротивляться бесполезно. Вернулись обратно, вошли в здание, миновали фойе, остановились у лифта, в самом центре холла.

– Ты куда собрался? – удивилась Валентина. Вежливый лифт тут же распахнул двери, словно был готов доставить их куда угодно.

– Куда едем? – спросила Валентина. – В Консерваторию или на выставку, к Барабану или к императорам, в прошлое или в будущее?

– А куда тебе угодно! Или даже мне, если не возражаешь, – засмеялся Виктор. – Зачем назад? Только вперёд… Не хочешь в обычный ресторан, так давай… повыше! Лифт знает, куда нам надо.

Наугад нажали кнопку последнего, двадцать четвёртого этажа. Моментально взлетели наверх. Вышли в уютный холл. Огляделись.Всё – о музыке: картины на стенах, вазы в витринах. Даже на потолке партитуры известных произведений. Три двери вели в три ресторана. Попали, куда надо! Внимание привлекал ресторан с названием «Двадцать четыре». Виктор обрадовался.

– Вот что нам нужно. Двадцать четыре! Помню, число двадцать четыре в астрологии имеет особое значение, правда, забыл, какое… Магия чисел меня всегда поражала. А тебя?

– Меня тоже. Раньше, – отвечала Валентина, пытаясь хотя бы немного отвлечься от своего ставшего уже привычным, неудобного внутреннего состояния, состояния неопределённости. Но нет, неудобство никуда не уходило. Сказки сказками… И никакие барабаны, сабли, мечи и дипломы не смогли бы перешибить устойчивость этот дискомфорта, перешедшего в постоянную тревогу.

Присели за столик. Посетителей – всего несколько человек, знакомых не видно, к счастью. Заказали обед из фирменных музыкальных блюд. И тут не обошлось без нежного «Куриного квинтета», пряного

«Скрипичного глинтвейна» и популярного десерта «Барабан в сиропе». И все блюда оказались достойными своей рекламы.

Обедали молча, пили вино медленно, слушали музыку рассеянно.

– Ну чем здесь плохо? – улыбнулся Виктор, заканчивая такой своеобразный, неожиданно понравившийся обед.

– Хорошо здесь, – отвечала Валентина, приблизившись к некоторому успокоению. – Да и сказки хороши… Да и мы пока на высоте, но расслабляться нельзя. Глаза и уши везде, пусть и Второстепенные. А то и Главные.

– Плевать хотел на них, – отвечал Виктор словно собираясь и в самом деле плюнуть. На кого же именно? – Сделай и ты то же самое.

– Не могу… Послушай, – решилась Валентина, понимая, что объясниться нужно до конца, тянуть незачем. – Я ведь тоже не бревно какое-то бесчувственное, не барабан, не барабанная палочка. Скажу главное. Да, если хочешь, я меркантильна.

– Я не об этом, – намереваясь помочь Валентине, протянул Виктор.

– А я именно об этом. Говорю обдуманно, намеренно, разъясняю, чтобы понял окончательно, чтобы иллюзий не строил. Я здесь не по своей прихоти, – резко возразила Валентина. – От прошлого нечаянно сбежала, вернее, так вышло независимо от меня. Тут, в этой Камерно- Барабанной западне, всё пошло сразу же наперекосяк, с моей точки зрения, но не с позиции Главных Фигур. Они заранее спроектировали случайность, подстроили под меня, я это знаю. Бежать некуда. Теперь мне нужно как можно скорее, определиться. Помолчи, не возражай.

Виктор не знал, что с чем сопоставлять, сравнивать. Он никогда не сталкивался с такими обстоятельствами. Неужели что-то может помешать двум свободным людям в выражении их мыслей и чувств?

Нет, Валентина не считает себя свободной…

– Мне и без того нелегко. Времени у меня не осталось. Меня торопят. Соображаю, что лучше: быть Первой леди, то есть Главной Леди, в свите Второстепенных фигур или Второй леди в свите Главных фигур. – Валентина нервничала, слегка зарумянилась, и это было ей к лицу. – А ты мне мешаешь, заставляешь волноваться, переживать…

Виктор ждал и не ждал такого потока объяснений, перемешанных с доказательствами. Она ему ничего не должна, а он – ей.

– О тебе. И откуда ты такой? На тебя давить трудно, даже бесполезно, так мне показалось. Давно поняла, ты не похож на куклу или марионетку из Главных Кукол или Главных Марионеток. Или Второстепенных, – сосредоточенно продолжала Валентина. – Ты – настоящий. Есть при- сказки и пословицы, даже сказки на такой случай. Ансамбли, оркестры, скрипки, барабаны… Что они значат? И что мы с тобой такое? Ничего. Мнение Главных Фигур здесь решает всё, тем более, в моём, зависимом от них случае.

Валентина негодовала сама на себя на многословие. Она не собиралась никому ничего объяснять и доказывать, даже Эльзетте. Виктор в упор рассматривал её. Ему хотелось остановить Валентину в её порыве освободиться или ускользнуть он него.

А ведь вот, уже почти освободилась!

– Тебе меня не понять. Отпусти! И не смей удерживать ни под каким предлогом, – заключила она. – Да, выбираю вынужденно, под автоматным прицелом, успех и карьеру сейчас. В старости уже ничего не нужно, вот тогда и буду размышлять о подлинном, стану осуждать фальшивое. Да, принимаю, уже почти приняла решение, и ты догадался, какое. Забудь меня, и как можно скорее. Не мешай мне. Уважай себя. Требую этого! И не бегай за мной, как мальчик. Надоело.

Она поднялась стремительно, чуть не опрокинув изящное креслице, на котором так уютно просидела этот час. Вот и пообедали. Вышла из зала быстро, выпорхнула, улетела, растаяла. Виктор ждал подобных объяснений, но не настолько… подробных, и не так скоро. Он хотел только одного: быть рядом, любоваться и восхищаться, избегать или не замечать мелкие нестыковки и трещинки, ничего не выяснить, никогда не подвергать сомнению эту чудесную данность… Надеялся избежать?

...Долго ещё сидел за тем же столиком, на том же этаже, магическом, двадцать четвёртом. Всё это время в зале тихонько звучала приятная музыка, лёгкое сопровождение трапезы. Пока обедали, Виктор не прислушивался к ней, не замечал. Но как только Валентина покинула его, тут же словно упал, погрузился целиком в глубины этой музыки, в музыкальное море, в музыкальный оазис высокой энергии. Что это и почему? Вокруг его переживаний сновали какие-то люди, распорядители, официанты с подносами, они словно возникали и терялись сквозь тонкую завесу, отделявшую его вместе с той музыкой, в которой он был готов раствориться без осадка. Потрясение… Данность… Гипноз…

Что-то нестерпимое, невыносимо главное всё крепче, всё беспощаднее захватывало его, безжалостно просачиваясь через защитные барьеры сердца, барьеры, ограждающие от напрасных, лишних тревог, неоправданных сожалений, затягивало всё глубже в океан волнений. Драматическая тема скрипки пробуждала новые чувства, не знакомые ранее. Или искусство и в самом деле способно без спроса проникнуть в самую сердцевину переживаний, и никакие титулы, звания, должности не гарантируют защиту от самого себя?

Валентина. Скрипачка. Вторая скрипка симфонического оркестра. Никакая не Валентина. Никакая не скрипачка. Никакого не оркестра. Усилия воли и приказ. Всё кончено. Конец оркестрам и скрипкам.

«Барабан в сиропе» так и остался барабаном для других гурманов, десертом, не доеденным до конца.

 

Как тебя станут называть другие? Цивилизация роботов.
    Планетарные и Космические цивилизации 

Конец и начало. Что они значат? Что за чем следует?
    Главные из Главных. Высшие из Высших.
    Самые из Самых. Игроки или Боги…

Стоит только попасть в списки Самых Главных, и у тебя сразу появится уверенность в себе, перед тобой развернётся поле деятельности, будет, для чего стараться, во что вкладывать силы и знания. Правда? А до той поры… Или скромный труд не ценится никак? Разве только для того, чтобы называться Кем-то или Чем-то нужно жить на свете? Да, повезло. Выбрали, утвердили, назвали Главным. Всё склеилось. Предположим, поладил с новыми партнёрами, вместе включились в некую деятельность, чего-то достигли, насытились успехом, разбогатели, обрели самоуверенность и важность. Все довольны. И ты? А ты? Ты стал другим? Каким же? Кем же? А твоё имя? Что с ним будет?

Как ты собираешься сам называть себя?

Как тебя станут называть другие – родные, знакомые, чужие?

А твоё имя – что с ним стало? Или станет? И было ли оно? Вопросы, которые другому никогда бы не замутили даже оболочки сознания, не давали Виктору покоя. Их очерёдность постоянно сбивалась и перемещалась по вертикали и горизонтали, чуть ли не по какому-то упрямому закону или графику. Можно было бы и самому выстроить эту сложную формулу, но не в том заключается задача. Дело проще. И короче. Неужели не ясно? Потерять, или более того, сознательно утратить, перечеркнуть собственное имя и называться не Виктором Вороненко, а Главным Прокурором, только Главным Прокурором и больше никак? То есть отказаться от своего имени?

Да, так прописано в первой же главе из Положения МР-ГФ-Х248-1Z Устава Главного Управления кадров и кадровой политики Камерного государства Ростанского Замка. Значит, кандидаты на главные посты знают, на что идут? А как же Главный Первичный Консультант Эка, тот, кто первым встретил их здесь, не считая Главного Охранника? И если, на самом деле, Главный Первичный Консультант просил называть себя по имени Эка, значит, он сумел оставить за собой право иметь или сохранить своё имя? Нужно узнать, почему так случилось у него. Виктор опять вспомнил о зелёном квадрате с внутренней стороны браслета, решил призвать на помощь Ирмаса.

Ирмас явился тут же, всё знающий и понимающий. Вопрос Виктора не застал его врасплох, да и ответ был готов заранее.

– Главному Первичному Консультанту оказана благосклонность и высочайшая милость Главного Управляющего Центральным Советом Ростанского Замка. Ему, в качестве редкого исключения, выдана привилегия на закрепление за ним имени Эка, сокращённого от его полного имени Эказувер Абдилах Кростерджен, – объяснил Ирмас. – Сделано это не только из симпатии к высококлассному специалисту, а из профессиональных соображений. И действительно, такое решение оказалось очень полезным для успешного налаживания первичного контакта с новыми клиентами, для установления с ними доверительных отношений. Должность Главного Первичного Консультанта очень важна, и чтобы удержаться на ней, нужно соответствовать не десяткам, а сотням требований из Дополнительного перечня Положения МР-ГФ-Х248- 1Z. Эка заслужил такое исключительное право.

– Значит, Эка полностью оправдывает доверие руководства?

– Безусловно, – кивнул Ирмас. – Потому ты и сравнил его с роботом, что он чётко следует инструкциям, точно, пунктуально, но вместе с тем и творчески, насколько дозволено руководящими документами, исполняет свои обязанности.

– Из сказанного следует, что робот точнее и надёжнее человека?

– В этом смысле – да, – улыбнулся Ирмас. – Да ведь не так прост твой вопрос. Уточни.

– Зная тебя и твои безграничные возможности… – Виктор задумался и решился на провокационный вопрос. – С Экой понятно. Хочу ещё уточнить кое-что, раз начал.

– Пожалуйста, уточни, – отвечал неохотно Ирмас, словно ожидая подвох. Роботы готовы ко всему.

– Мой вопрос к тебе лично, – произнёс Виктор, так до конца и не уверенный в правомерности своей позиции и в праве задавать подобные вопросы, пусть и роботу. – Ты мог бы выполнять работу Главного Первичного Консультанта, то есть, не хуже Эки?

– Провокационный вопрос, – откликнулся Ирмас. – И мой ответ. В целом – да, а в частности – нет. Есть тонкости, присущие человеческой личности, что роботу не свойственно. Искусственный интеллект имеет свои особенности, он – имитация человеческого интеллекта. Не более. Человек – изначально.

– Ты прости, это я так, размечтался, – оправдывался Виктор, словно перед ним был человек. – Тогда другой вопрос. Знаю, ты можешь всё или почти всё, твоя ценность велика, превосходит все известные мне оценки. Согласен?

– До некоторой степени, – отвечал Ирмас. – Мои заслуги вторичны.

– Предположим, – не отступал Виктор. – Ты устроен идеально, как я догадался. И ещё один вопрос. Что будет, если, в случае неизбежной необходимости, кто-то захочет разобрать тебя на запчасти? Какова твоя предположительная реакция?

– Роботы шуток не понимают, – сдержанно отвечал Ирмас.

– А я не шучу, – отвечал Виктор.

– Разобрать робота моего класса на запчасти невозможно, – невозмутимо объяснял Ирмас. – Мои управляющие системы заблокируют любую команду такого рода. Мои микроблоки не рассчитаны на переформатирование, устойчивы к внешним воздействиям и негативному вмешательству, отразят любую информационную или силовую атаку. Да и опасно это для тех, кто вознамерится совершить такие действия даже при отключённой системе питания. А теперь шутка по твоему заказу: целесообразнее отправить меня на свалку или на переплавку, но целиком, если найдутся желающие подшутить над собой. Такая самодеятельность чревата. Устраивает такое объяснение?

– Вполне, – рассмеялся Виктор. – Приветствую твоё вольнодумство.

– Зная тебя и твои интересы, никакой твой вопрос не покажется нелепым или лишним, – примирительно, совсем по-человечески произнёс Ирмас.

– Скажи ещё вот что, раз мы так глубоко копнули этот неисследованный пласт. Цивилизация роботов – это реальность? – Виктор никогда раньше не задумывался об этом, но теперь, здесь, сию минуту…

– Пока нет, но завтра – да. До генетических роботов пока дело не дошло. Тиражирование себе подобных – большой вопрос, – отвечал Ирмас. И повторил. – Пока нет, но завтра – да. Любые цифровые модели самых сверхспособных машин всё равно ориентированы на образ мысли и действий человека, как его подобие. Дальнейшие шаги по совершенствованию науки и производств в данном направлении могут привести к созданию на этой планете далеко не человеческой цивилизации. Проблемы, вытекающие из этого, проявляются уже теперь, пока незначительно, но будут только расти.

– А в Космосе это есть? – спросил Виктор, угадывая ответ Ирмаса, и не ошибся.

– Там есть всё, даже если этого пока не обнаружили в некоем обозримом пространстве. Цивилизация роботов сама по себе неполноценна, к тому же очень энергозатратна. Принципиально иначе, чем Планетарные цивилизации, устроены Космические цивилизации. Они научились использовать космические ресурсы для своего развития, поэтому не привязаны ни к каким созвездиям или планетам. Они ни с кем не воюют. Им делить нечего. Для них не существует границ в пространстве и времени, они способны свободно перемещаться во Вселенной. – Ирмаса не затрудняли никакие темы. – Естественное и искусственное сопоставимы. Никто никогда меня не спрашивал об этом, никто не интересовался такими глубинными вещами, кроме тебя. Чем ещё могу быть полезен?

– Вот чем. Спрошу, раз тема развёрнута. Искусственный интеллект – помощник человека, тактика, а не стратегия, это то, что заложил в своё творение сам человек. А в истинно творческом процессе роботу участвовать не под силу. К тому же, роботы не могут испытывать непосредственные чувства или эмоции. Это может только человек. Значит, Космическим цивилизациям роботы не нужны? – Виктор заинтересовался неожиданным поворотом беседы.

– Не нужны, – отвечал Ирмас. – Чувства и переживания этих чувств, чистые намерения и чистые мысли высокоразвитых живых существ в Космических цивилизациях рассматриваются в качестве валюты. Энергия – не проблема. Твои мысли и чувства находятся в гармонии, что ценно. Ты умеешь выдерживать баланс. Это редкость. Об остальном можно рассуждать долго, беседовать сосредоточенно. Сейчас ты к этому не готов. Чем ещё могу быть полезен?

Виктор поблагодарил Ирмаса. Они распрощались. Надолго ли? Опять головная боль: Планетарные и Космические цивилизации...

Пора остановится. Да, вопрос о цивилизации роботов – из области вольного полёта запредельных мыслей, возможного раздела программ робототехники. Пока надо оставить его в покое. А вопрос о сохранении своего имени – ближе к Земле, чисто человеческий. Вопрос оставался. Имя. Робота, как ни назови, всё хорошо, без имени он не останется. Но человека… Самому отказаться от своего имени, заменив его на строчку в штатном расписании, стать в каком-то смысле роботом, словно меняясь с ним местами? Пусть у него, Виктора Вороненко, пока до такого дело не дошло, но стоит ли идти по этому пути? И как быть дальше?

…А вот как. Женя, которому не всегда хватало упорства на серьёзные дела, при каждом удобном случае направлялся на стадион «МагРосСпорт», где с утра и до позднего вечера футболисты гоняли мячи. Попадались и почти профессиональные игроки и такие, какие имели смутное представление о технике и тактике игры. Ничего, главное отвлечься от серьёзных дел хоть ненадолго. Смена впечатлений! Появлялись и друзья-футболисты, сравнивая себя с которыми, Женя делал лестный вывод. Да, он сам не хуже других, не глупее, не задиристей, а даже более воспитан, подкован и эрудирован в некоторых вопросах. А владеет футбольной техникой гораздо лучше других.

Футболом Виктор увлекался не настолько, чтобы часами пропадать на футбольном поле. Футбол – командная игра, и Виктору всегда была нужна «своя команда». Такое испытание ему давалось с трудом, и он не мог погрузиться в футбол до конца. Иногда бывало и так: ударил десяток раз по мячу, размялся – и довольно. Зрелищный и азартный баскетбол покорил его раз и навсегда. Переоценить значение плаванья в бассейне невозможно, ну раз в два-три дня. Остальные виды спорта – тоже пожалуйста. Для лёгкой разрядки-зарядки десятка секций гостиничного спортивного комплекса хватало вполне.

 

Тараканы и крысы. Главный Таракан из тараканов.
     Главная Крыса из крыс. Что обратить в шутку? 

Лукас кивнул в знак согласия, выразительно оглядел Виктора и Гульсуна. Вот тебе и развлечение.

– Удивляюсь вам обоим, – не отступал Гульсун, медленно перелистывая программку спектакля с самыми яркими сценками. – Я не настолько разбираюсь в вопросах театрального искусства, в высоте его воззрения или в высоте воззрения на него. Да и вообще далёк от искусства. От современного и другого…

– Наверно, и я далёк от такого искусства, – поддержал его Лукас. – Всё больше в земле и пыли копаться привык. Так что не сердитесь, простите меня…

• – Вы что, оба свихнулись? – не выдержал менее всего желавший крутого разбора столь несуразной сказки Виктор. – «Барабан» и «Диплом» забыли? Что, по собственной инициативе разводить этот кисель будем? Никто к дискуссиям нас не призывает.

  Лукас неловко молчал, затрудняясь выразить свою мысль.

  Гульсун ждал грозы.

  – Ну ладно, по-простому скажи, не тяни. Не понравилось, что ли? – поторопил Лукаса Гульсун, игнорируя реакцию Виктора, ожидая подтверждения Лукасом своей догадки. Лукас образованный, умный, много чего повидал, он-то сообразил сразу. Неужели Виктору невдомёк?
  
  Неуверенность Лукаса казалась Виктору странной. Наконец Лукас решился отвечать честно.

• – Может, не так явно, однако, верно, и прослеживается вот что. Я постепенно прощупал весь эволюционный след только что, наблюдая за поведением тараканов в последнем действии и в финале представления. Всё восстановил в памяти, всё сходится. Иногда в раскопках, в некоторых местах, археологи обнаруживают следы тараканьей кладки. Найдены и следы некоторых видов древнего таракана. Есть и следы тараканов, ставших свидетелями существования динозавров, – Лукас остановился, собрался с силой и сказал. – Чувствуете напряг? Тараканов – армии и орды. А вы знаете, как наука расценивает тараканов? Как конкурентов, а может, и наследников человеческой цивилизации, не меньше, ни больше.

• – Да ты что! – возмутился ошарашенный Виктор. – Хватит пугать-то!

  Тараканы-Барабаны-Интриганы… И без того страшилок хватает. А я не пугаю. Но чего ради этого зелёного, вполне безобидного таракана возвели в степень? – спросил Лукас. – В степень явного превосходства над остальными? Хотя по сюжету логика выстраивается другая. Нет, тараканье давление доминирует в сумме. И знаете, откуда это пошло?

  – Ну, и откуда же? – раздосадовался Виктор.

  – От практики. Всё просто. Человеческие жилища почти на всех континентах давно захвачены тараканами, – объяснил Лукас. – Это ещё в моё время! Учёные выяснили достоверно, что тараканы обладают уникальными свойствами, увеличивающими их способность на эволюцию и выживание. Они устойчивы к ядам и прочим негативным воздействиям, приспособились выживать при любых обстоятельствах, генетически стабильны. Их коллективный разум превосходит человеческий. И если случится так, что человеческая цивилизация по каким-то причинам исчезнет на Земле полностью, то это место вполне могут занять тараканы. Следующие за ними, то есть их конкуренты, это крысы. Те не менее живучи, умны и хитры. Здесь показано и это.

  – Нет, как хочешь, но причём здесь эти теории и догадки? – протестовал Виктор, не желая мириться ещё и с этими «крысино-тараканьими» новостями. И без того голова кругом идёт. Вот, пришли на весёлое представление, а выходит… – Спектакль! Выдумка! Разве нельзя просто и независимо, по другой шкале, оценить сегодняшнюю театрализованную историю? Как комедию, например…

  – Можно и так, – примирительно произнёс Лукас. – Но при всей твоей деликатности и благодаря целеустремлённости, твоя способность рассуждать приведёт тебя к тому же, к чему пришёл и я, только что. Да нет, раньше. И уже привела, как я догадался. И зерно больших сомнений ты в себе уже зародил. Главный Таракан из тараканов. Главная Крыса из крыс… Или наоборот. Устраивает? Не отрицай, что тараканье-победная линия выделена в отдельную мысль сегодняшнего представления, оптимистичного и весёлого, на первый взгляд. Крысиная линия тоже, но не так… Ясно?

  – Молчание сразило всех троих. Посторонние слушатели таких неожиданных высказываний, замешкавшиеся рядом, хотели поначалу присоединиться к полемике, но не рискнули. Публика ещё не успела покинуть все помещения этого театра-цирка с названием «Сенсация», а сенсация, обратная предполагаемой, прямо пришибла некоторых, услышавших, понимающих и не вполне то, о чём спорили наши приятели. Небольшая группа зрителей – напротив – пылко и страстно – мимоходом – расхваливала представление. Остальные небольшими компаниями быстро покидали зал. Надо успеть в другие места!

  Лукас всё же чувствовал себя непоправимо виноватым в том, что испортил настроение приятелям. Он ушёл раньше всех, оставил в задумчивости Виктора и Гульсуна, задержавшихся на выходе из фойе. Но ему ничего не осталось, кроме как осадить их эйфорию. Ведь мыслящие люди! И пусть знают, как ими можно манипулировать.

  На самом выходе Лукас всё же остановился, дождался остальных. Мысли, догадки, сравнения…

  – Не могу поверить, – с ударением высказался Гульсун, выхватил программку из рук Лукаса и порвал её на мелкие куски, засунул в карман. – Хорош ты, на нашу голову свалил такие новости. Я ведь хотел о другом… Вспомнил как раз примету гадалок: если переступишь через мёртвую крысу, все неприятные предчувствия и тёмные предсказания сбудутся. И зачем вспомнил? Плохо, когда знаешь много. А если принимать всё в шутку, и сегодняшнего «Зелёного таракана в синих башмаках», и твои комментарии? Эх, хотели отдохнуть, а вышло, что опять нагрузили себя, – огорчённо произнёс Виктор. – Мне тоже показалось что-то нелогичное в самой постановке, а вы окончательно меня отрезвили. На чём остановимся? На шутке. Как шутка, как предупреждение, сегодняшняя «Сенсация» сойдёт. И всего-то. Расслабляться нельзя ни на минуту. Да, мы получили сигнал, отреагировали.

  На том и остановились.

  – Лукас, ты уж Жене ничего не говори об этом, не зови сюда, – сообразил Виктор, – а то он не так поймёт и… Ладно?

  Лукас обещал. Гульсуна наставлять и просить не надо, сам догадался. Вот тебе и весь цирк. День ото дня не легче.
  
  Виктор, оказавшись наедине с собой, приказал себе выбросить из головы всех тараканов и крыс, все досадные чувства и едкие мысли, связанные с «Зелёным тараканом в синих башмаках». Но для начала придирчиво оглядел все тёмные и светлые углы своего, вылизанного горничными, гостиничного номера, заглянул и ванную, и в санузел, и даже в холодильник. Всё в порядке. В ванной – свежий халат, даже два, в холодильнике – заказанные утром закуски и фрукты.
  
     Тараканов и крыс нет. В натуре и… И довольно об этом. Навёл справки о крысах и тараканах в нескольких цифровых информационных системах. Человек для крыс – пример. Люди достаточно меркантильны и агрессивны, а поведение крыс в некоторых случаях повторяет повадки человека, часто с коэффициентом усиления. Тараканы живучи, всеядны, хитры и воинственны.
  
  Но до мировой агрессии и явных побед армий этих бойцов с хвостами и усами пока далеко. 

Вспомнил Ирмаса, представил армии роботов…

До того или другого действительно далеко. Пока?

...Да, надо спросить у Жени, как его зубы.

 

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. ВОЙНЫ. РЕЛИГИИ.

ГЛАВНЫЕ И БОГАТЫЕ ВСЕГДА В ВЫИГРЫШЕ

 Бог, Богиня, жертва. Плоды от молний справедливости.
     Кто дерзнул вмешиваться в священнодействия? 

Друзья не успели ничего ответить, как Главный Жрец повернулся спиной, направился по ступенькам вверх, на сцену.

Пора приступить к чудодейственному ритуалу. Величественные статуи Богини Вселенской Справедливости и Бога Вселенского Изобилия дождались своего часа – словно приблизились с двух сторон сцены к алтарю, центру притяжения всех сидящих в зале зрителей. Главный Жрец, так и не подавивший в себе обретённое недавно сходство с ящерицей, потоптался сосредоточенно пред алтарём. Остановится, замер, встал корявой свечкой, закатил глаза, воздел руки к небу, произнёс тихие, но, видимо, действенные заклинания. И тут откуда-то сверху, плавно покачиваясь и вращаясь, спустились натуральные, горящие свечи, а из-за спины выплыла сама собой серебряная чаша, украшенная ритуальными узорами. Из самого храма уже раздавались ритмичные звуки неблагозвучной, грозной музыки, сначала тише, а потом всё громче и громче.

Восторга трибун не последовало. Зрители притихли в испуганном ожидании.

Виктор никак не мог привести в соответствие услышанное только что с известным давно.

Женя смотрел, не отрываясь и тяжело дыша.

Занесла их сюда судьба…

Тут уж Гульсун, многотерпеливый, измученный, окончательно сообразил, что пора уходить. Бежать! Срочно. Мочи нет, терпение его покинуло. А ещё кто-то смеет осуждать его Солнцеподобного Императора за безжалостные указы, за жестокие законы, за несправедливые расправы! Их бы сюда… Он быстро вскочил со своего места, буквально нырнул в неширокий тыльный проход, устроенный между самы- ми верхними рядами трибуны. Вот и ступеньки, ведущие вниз, к каменной ограде, а там – к выходу из храма. Спустился, буквально скатился вниз, обошёл трибуну с наружной стороны, подошёл к дугообразным тройным вратами и вышел вон. Решил, что ребятам всё объяснит потом.

...Люди не могли с мест двинуться, ждали чёрной тучи с градом и молниями. Не ошиблись. Женя и Виктор словно заключили между собой молчаливое соглашение: терпеть до конца. Спасаться бегством не представлялось верным – тому и другому. Главный Жрец был готов продолжить начатое, правильное и неминуемое. Лукас с Артуром переглядывались в ожидании неприятного и ужасного. И вот оно, не замедлило явиться. Люди еле сдержались, когда увидели двоих служителей в ослепительно белых тогах, показательно статных, соответствующих действу, и стройную полуобнажённую женщину с завязанными за спиной руками. Служители вывели женщину из отворенных дверей храма и подвели к алтарю. Глаза и рот женщины тоже были завязаны.

Женщина казалась невесомой, наверное, такою и была. Поэтому на отполированный до блеска драгоценный камень алтаря, служивший ритуальным столом, её возложили без затруднений. Служители тут же скрылись с глаз.

Главный Жрец уже приготовил кинжал, поближе к себе придвинул чашу. Горящие, стоящие вдоль подножья алтаря, свечи моментально погасли. Вот он, сигнал призыва Наивысших магических сил!

В ту же минуту Солнце померкло, небо затянулось сиреневыми тучами, которые, как по команде, сбежались и замерли над высокими дугообразными тройными вратами, вписанными в каменную ограду Главного языческого храма. Всем, кто пока оставался за ними, показалось, что ворота стали выше, шире, массивнее, словно открывали путь к таинству всем опоздавшим, но всё же почти достигшим главного.

Величавая статуя Богини Вселенской Справедливости напряглась, подобралась, даже изменила устойчивую прежде позу, словно приготовилась к прыжку. Одновременно из-под козырьков храмовых ворот выкатились шары оранжевых молний, закружились над самим Главным языческим храмом, над всей Главной Дворцовой площадью, снизились до высоты человеческого роста и, разбегаясь в стороны, сделали несколько широких кругов над головами зрителей, Главного Жреца и его жертвы.

Люди охнули разом, реагируя неожиданно для самих себя на такие спецэффекты. Один мужчина даже рубашку с себя стащил, набросил на голову, упал на землю и пополз… Куда? Какие-то женщины схватили детей в охапку и ринулись к выходу. Виктор едва успел пригнуть голову, чтобы уклониться от удара шаров, Женька просто присел на корточки, зажмурил глаза и прикрыл лицо руками. Артур накрылся курткой, а Лукас вскрикнул от неожиданности, но самообладания не потерял. Шары вибрировали, стонали, свистели, устремляясь к копьям Богини Вселенской Справедливости – и нанизались на них, как апельсины. Богиня не шевельнулась, только её самое грозное копьё несколько прогнулось под тяжестью «плодов от молний справедливости».

Главный Жрец, превратившийся мгновенно в ящера-монстра, при этом оставался непоколебимым – шары были покорны ему. Бог Вселенского Изобилия, одобрительно всматриваясь в происходящее не без его воли и сохраняя незыблемое спокойствие, развёл руки в стороны и вверх, словно демонстрировал ожидание изобилия этих «плодов». Прежнего изобилия показалось маловато. И ожидал не напрасно – тут же часть самых крупных оранжевых плодов полетели в его сторону, упали к его божественным ногам, потеснили каменные виноградные гроздья, попирая их.

Вот оно, обещанное изобилие!

– Плоды из Небесной рощи изобилия да станут плодами наших успехов! Да возблагодарим Богиню Вселенской Справедливости и Бога Вселенского Изобилия за их дары! – воскликнул Главный Жрец и занёс кинжал над распростёртой перед ним женщиной. 

Серебряная чаша задержалась над свечами, ответила звоном-сигналом-согласием… 

Виктор с усилием встряхнулся, протёр глаза, взглянул внимательно, на Главного Жреца, Бога, Богиню, жертву и… Узнал в этой жертве… Валентину, хотя лица её не видел. Да, выбившиеся из-под повязки рыжие волосы – он узнал их! Вскочил с места, опрометью бросился к ступенькам лестницы, восходящей из Зала заседаний к сцене. Споткнулся на первой же ступеньке и упал, сильно ударив коленку. Это несколько отвлекло Главного Жреца от его действа, он взглянул на Виктора, а кинжал завис в воздухе.

Виктор, отчаянно преодолевая боль, вскочил без промедлений и через секунду вырос перед алтарём – со стороны зала, спиной к публике, лицом к Главному Жрецу. Главный Жрец остолбенел от неожиданности. Пользуясь возникшей заминкой, Виктор вытянул руки над собой, пытаясь дотянуться до ритуального кинжала. Главный Жрец так и застыл, замер между двумя силами разнополярных воздействий. Он, уже десятки, а то и сотни раз совершивший, и вполне успешно, подобные обряды, никак не мог препятствовать непредвиденному вмешательству.

Никто ни разу не дерзнул вмешиваться в его священнодействия. Никто!

Виктор не успел и дотронуться до того орудия, как Главный Жрец сник, обмяк, потеряв на мгновенье всю свою магическую силу, превращаясь из ящера-монстра – обратно – даже не в ящерицу невинную, а в пустой, сухой, ничего не значащий стручок бобовый. Рука его безвольно отпустила кинжал, и тот упал прямо на жертвенник, не зацепив Валентину.

Серебряная чаша с грохотом упала на каменный пол.

Не теряя времени, не давая опомниться актёру и зрителям, под пристальными взглядами Главного Жреца и выскочивших из потайных дверей служителей храма, под вскрикивания изумлённой публики, Виктор осторожно подхватил Валентину на руки, развернулся к залу, стал медленно спускаться вниз по ступенькам, к первому ряду трибуны. Он спешил, подчиняясь своему безудержному желанию как можно скорее вывести бедную женщину из зоны влияния колдуна и преступника, как он мысленно назвал Главного Жреца.

Занимавшие этот ряд гости тут же вскочили с мест, испуганно попятились в стороны. Виктор со всеми предосторожностями положил Валентину на сидения, расправив обрывки одежды.

Валентина почти не подавала признаков жизни...

Виктор оглянулся по сторонам. Изумлённый Женя, ожидавший чего угодно, только не такого… оборота, спустился вниз, подошёл и наклонился к Валентине. Он в недоумении переводил взгляд с неё на Виктора. Тот с отчаяньем вспомнил – Ирмас! – и, нащупав спасительный зелёный квадрат с внутренней стороны спасительного браслета, нажал на него.

Ирмас мгновенно появился, словно ждал призыва.

Ловко развязав Валентине руки, он осторожно снял тугую повязку, закрывающую её лицо. Секунду спустя, положил ладони на лоб медленно приходящей в сознание женщины. Народ реагировал на эти изменения и явления спонтанно, кто как сумел или смог – то ли сдержано, то ли естественно выражая эмоции, проявляя или подавляя себя.

Многим, кому поначалу понравилось что-то новенькое, тут же стало не интересно. Другие, жаждущие хлеба и зрелищ в одном, пусть и языческом, преставлении, с поправками на место и время, были вовсе разочарованы. Начали расходиться, бросая осудительные взгляды в сторону Главного Жреца, внутри которого бушевало пламя недовольства самим собой, сожаление о потраченных напрасно усилиях.

 

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ. ЛЮДИ, СОЗДАННЫЕ БОГАМИ, И ЛЮДИ,

СОЗДАВШИЕ БОГОВ. ГЛАВНЫЙ ТЮРЕМЩИК И ГЛАВНЫЙ ПАЛАЧ 

Наследство прошлого. Тюрьма – как без неё?
    Тайна и наука совместимы 

Со стороны фасада величественного родового Дворца баронов Ростанов, сиявшего великолепием, все окрестности казались очаровательными, манящими тишиной, привлекающими продуманной планировкой, оформлением парковых территорий, оригинальной парковой архитектурой, неповторимыми растениями и своеобразием цветущих клумб, протянувшихся бесконечно извивающейся змеёй вокруг перелесков и холмов вдоль стены Замка. Это на виду. Конечно, как и в любом подобном комплексе такого масштаба, в этом Дворце уделялось много внимания и правильному техническому обслуживанию сооружений, коммуникаций, оборудования, решению бытовых вопросов. Особые места отводились для подвалов, погребов и мест хранения различных хозяйственных припасов. Не слишком привлекательные зоны. 

Жгучий интерес к этим местам у гостей, а то и у хозяев, возникал в последнюю очередь или не возникал вовсе. Запущено одно, просело другое, требует восстановления третье. И нет ничего удивительного в том, что только в процессе внеочередной реставрации второстепенных помещений, обнаруженных на нижних отметках по всей территории, нечаянно выявили целую галерею полуразрушенных, скрытых в своё время, подземных сооружений, а также и тюремных камер. 

Тюрьма. Да, а как без неё? Мало того... Когда стали тщательно разбирать остатки разрушенных стен и ограждений, раскапывать завалы, то обнаружили, что подземные ходы, популярные во всех Замках, в данном случае вели к изолированной от внешнего мира, углублённой стене, ограждавшей другие подземные входы. Куда они ведут, никто не знал, но при дальнейшем обследовании, не без участия магических сил, альтернативных исследователей, оракулов, выяснили и убедились, что тут-то и зарыт весь секрет. Даже секреты. Предположили, что отсюда когда-то начинался один из туннелей сквозь планету Земля, продолжаясь выше и дальше. Следы его затеряны. Затем обнаружили ещё два туннеля. Дух захватывает…

За эти нечаянные открытия в своё время и ухватились Главные из Самых Главных, дальновидные руководители Главного Центрального Совета Ростанского Замка. Это прорыв – за пределы. Сообразили верно. 

Высокие консультанты подтвердили. Вот за что следует сражаться.

Власть бес-пре-дель-ная – так это звучит – в перспективе.

Внутри и за пределами возможного. И даже невозможного. 

Волевым решением Главные из Самых Главных привлекли все доступные ресурсы, огромные средства, весь имеющийся в их распоряжении теоретический, практический, научный и производственный потенциал, столь долго пребывавший в дремотном состоянии. И всё на фундаменте прочных расчётов. Со стороны осторожных и осмотрительных оппонентов, цепляющихся за свои персональные кошельки, противодействие встретили яростное, непредвиденное, но смогли его преодолеть. Промахнулись? Нет, попали – примерно! – в некую цель, о которой понятия почти не имели. Колесо завертелось, искры разлетелись по сторонам, пламя познаний и открытий запылало во всю мощь, передавая эстафету прожектору, осветившему предназначенный путь развития Человечества. Кто б заранее догадался?

Доказали следующее. Именно здесь и пролегал когда-то гигантский магнитный туннель, заложенный в небывало далёкие времена Высокими Космическими цивилизациями. Научный прогноз оправдывался медленно, однако идея набирала силу, не исключая, а надеясь на возможно скорое взаимодействие с Космосом, Галактикой, Вселенной.

Расчёты оправдывались частично, но и это уже кое-что. Жизнь толкает мысль вперёд, понемногу, поступательно, неуклонно. Назад и вниз – никак. Не прогадали. Продвигались дальше. Время не упустили. Средства оправдали цель. В ближайшем будущем ожидали подъём, обещающий принципиальные, прогрессивные изменения в этом плане. Вот для чего необходимо пребывать в постоянном поиске новых сил и средств. Нужны умы и знания, люди, способные на большее, чем их предшественники. Неважно, где их искать: в будущем, в прошлом, в настоящем. Лишь бы найти. 

Ну разве не похожи они, эти Самые-Самые,

Первые-Первые, Главные из Главных на древних героев?

Вот так они поставили себя. И противники вынуждены подчиниться. 

…Обнаруженные и расчищенные туннели подлежали тщательному обследованию, глубокому изучению. Важные находки встречались на каждом шагу. К счастью, туннели не бросались в глаза всем и каждому. А чтобы всякий и каждый зря не интересовался таинственными объектами, их перенесли в пятое измерение, в независимые магнитные пол я многогранников, захватывающих Вселенные других измерений. Подземные ходы локального значения, вместе с разветвлениями и коммуникациями, оставили в четвёртом измерении, а доступные для текущих научных обследований – в третьем. И только единичные специалисты обладали правами и возможностями вмешательства, контроля, обслуживания этих тайн, этих сверхсекретных объектов. 

Наука исправно служила тем, кто беззаветно служил ей.

Даже в таких условиях. Тайна и наука вполне совместимы.

Всем знать всё и обо всём совершенно не обязательно. 

Но иногда случалось, что нечаянно кто-то, как-то, почему-то натыкался на внешние проявления этой тайны. Что ж, пусть и так, но ни камни, ни куски пород, ни какие другие характеристики пересечённой местности не могут навести на мысли о главном. Не должны! Падение Виктора в секретный колодец – лишь нежелательный житейский эпизод, не стоящий даже мимолётного внимания ни с какой стороны. 

Пусть только Главные останутся посвящёнными в Главное.

И это Главное им послужит по достоинству. Служило? Да. 

Да, ещё и тюрьма. Тюрьма тюрьмой и осталась, реставрировать её не собирались, чтобы осталась памятником давно ушедшему прошлому и в то же время выполнила свои некоторые функции в настоящее время. Да и полная необходимость в ней не отпала. Как раз наоборот… Функции свои выполняла, а часто и перевыполняла. Ни в каких афишах и рекламах не значилась, так, иногда мелькали какие-то заметки в ленте новостей, интересных для любителей необычных мест и для профильных специалистов. И где же она, эта тюрьма, где притаилась? 

 

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ. ПОСЛЕДНЯЯ НАДЕЖДА.

ЗОЛОТАЯ БАШНЯ. БАШНЯ-NZ 

Через стократные тысячелетия. Догадки, факты, вымыслы.
     Пропасть забвения. Сокровища и развалины 

Башня-NZ действительно заслуживала отдельного внимания. И хотя бы потому, что все доступные справочные системы выдавали о ней короткую, сжатую и урезанную информацию, начинающуюся с фразы «Золотая башня достойна отдельного упоминания. Она существовала ещё тогда, когда ни замка, ни крепости, ни стены крепостной не было в помине. Всё, что группировалось рядом и около, изначально строилось вокруг неё или подстраивалось под неё».

И мелким шрифтом следующее замечание. «Материки сбегались, разбегались, вулканы чихали, ворчали, извергались, лицо планеты перекраивалось. А башня стояла. Стояла всегда». Плюс ещё столько же строчек о том же, только в сокращении.

И это – всё. Шутка? Ирония? Вся загвоздка, заводившая в тупик любые поиски извне, заключалась в том, что сами эти ущербные справочные системы были доступны не каждому пользователю.

Абсурд. Нелепость. Бессмыслица. А может, наоборот?

Вот почему никому из посторонних или несведущих в голову не приходило искать эту башню в натуре. «Существовала…» Когда? Когда-то. А теперь? Уверенности нет. Что искать, если оно не существует?

И даже если существует. И даже если существовало всегда, в переменном ритме, в сменяющихся темпах времени, в трагически-комических переменах своего положения и содержания, от неживого – к живому – и обратно, от значительности – до ничтожности, от величия – до убожества, от силы – к слабости… И снова то же самое... И что же? Спонтанное самозарождение жизни из неживой материи? Как вариант – да. Путь от неживого – к живому доступен не всем и не всему подряд. 

Примечательно то, что Башня-NZ стойко смогла пройти все этапы этого пути, этих изменений, выпавших на её долю. Судили-рядили о ней, искали-теряли её, ценили-хулили тоже. «Знала ли» об этом сама Башня-NZ? Наверняка. За все времена своей нелёгкой истории ей пришлось вынести и выдержать такие потрясения и нагрузки, которые назвать просто потрясениями и нагрузками было бы некорректно, неуважительно, несправедливо. Кто заинтересован в справедливости вообще? Никто более, чем сама Башня-NZ.

…Официальная версия истории Башни не помнит даты её рождения или основания. Кто бы и с какой бы стороны ни принимался дотошно изучать эту сомнительную историю, молва отсылала всех к доисторическим тысячекратным тысячелетиям, к началам и концам цивилизаций, хаотично сменяющим друг друга, к истоку самой первой из них, когда разумная жизнь на планете едва зарождалась. Но как-то вышло, что Башня «сумела дожить» до сего дня. 

То есть, что же, и жизни в должном виде не было, а Башня уже была?

Так? Да, почти так. 

И что же, построили и вдохнули в неё жизнь чуть ли не высшие существа внеземного достоинства?

Так? Да, почти так. 

Достоверной принято считать следующую вариацию. Некие загадочные внеземные существа, не оставившие своих автографов на камнях земных цивилизаций, в начальной точке отсчёта и в вычисленной с осо бой тщательностью местности, начали возведение Башни и почти довели до конца. Но внезапно, по непредвиденным причинам, строительство заморозили, и на очень долгое время. Затем следующие Космические посланцы продолжили и оживили дело, следуя верным инструкциям и расчётам предшественников.

Они проявили осторожность и терпение, дождались, когда к этому процессу смогли подключиться разумные формы жизни планетарного происхождения, появившиеся к тому сроку и на поверхности Земли, и внутри самой планеты.

Так? Да, почти так. 

Такие монументально-гуманистические проекты не под силу в одиночку молодому разуму, а в дружбе со зрелым разумом – вполне. Всё очень непросто в мире, в Космосе, во Вселенной. Да, трудились коллективно, работали усердно, хотя и без гарантий. Тем не менее, на это живое сооружение первоначально возлагались большие надежды, ставились задачи, важные для выхода за пределы планеты…

Так? Да, почти так.

Или совсем не так. Следов нет. Кто проверит? 

Выполнение великих программ, решение великих задач никогда не лежало на поверхности. Задачи выхода за пределы планеты решались? На тот период точного ответа нет. Летописи не в состоянии достоверно отражать, хранить, учитывать, что и как происходило в последующие этапы возрастания разума и духа на планете. Об этом почти ничего не известно. Но закономерные итоги, хотя и промежуточные, обнадёживали последователей и преемников, потомков предыдущих старателей, а через стократные тысячелетия – вдохновляли и других учёных, идеологов, мыслителей, мастеров. И вообще – в тот период Башню уважали, берегли, как бесценное существо Божественного достоинства, передавали как эстафету. Башня ценила это. Её обслуживали с разных отметок научных познаний, сначала инопланетные специалисты, а потом, внедряясь в сам прогресс постепенно, и земные старатели. Именно тогда можно было утверждать, что Вселенная слегка приоткрылась. Этапы, сроки, временные засечки… 

А потом – резкий спад. Башня то замирала, то оживала вновь.

Как в прямом, так и в переносном смысле. 

Тысячекратные и стократные тысячелетия слетали в пропасть забвения, информация рассеивалась в земной атмосфере. Интерес к судьбе Башни все эти тысячелетия оставался, видимо, со стороны и внеземных, и земных, и подземных существ. А внешне этот специфический процесс выражался в косвенных проявлениях природных возмущений, обращённых внутрь планеты и ввысь, за пределы атмосферных фронтов. И опять чередовались провалы, стабилизация, подъём… Связь с мирами осуществлялась периодически. 

А сама Башня, как она жива осталась, на каких принципах держалась?

На таких, какие заложили в неё первоначально.

Потом научилась вырабатывать собственные.

Прогресс? Безусловно. Иначе быть не могло. 

Разумные начала быстро сойдут на нет, если не сумеют заручиться ответной реакцией, а затем и поддержкой разумных своих творений, преображающихся при свете одухотворённого разума. Это происходит не просто редко, а в исключительно редких случаях. Исключительно! Умница-Башня осознавала, воспринимала, соответствовала. Сопереживала? Башня менялась вместе с тем, как менялось близкое и дальнее окружение, Земля и Вселенная, пространство и время. Башня царила и служила, возвышала и принижала, обещала и отказывала… Она функционировала то стабильно, то периодически, осуществляя или прерывая связь с Космическими объектами. 

То есть разумные земляне действительно смогли достичь высот Великого разума?

Так? Да, почти так.

Или совсем не так. Следов нет. Кто проверит? 

И как это проверить на самом деле? Развитие человечества не останавливалось, продолжалось чередующимися темпами. Общественные уклады сменяли друг друга, и, казалось, кроме этой самой Башни, сотни других, мощных и значительных объектов, стоили того, чтобы сберегать и охранять их. Разрушить можно всё. А сохранить?

Так? Да, почти так. 

Сберегали, разрушали, восстанавливали, заново стирали до нулевого уровня, а потом – иногда – обновляли в вольной интерпретации. Тем не менее, разные хозяева периодически заявляли свои права на Башню, но кто они такие, сведений, разумеется, не сохранилось.

В фундаментах истории остались сомнительные версии продолжения странного, перманентного существования Башни, когда вокруг бушевали бесчисленные войны, повальные болезни, эпидемии, прогрессирующие во времени и пространстве. Тысячи тысяч наименований понятий и ценностей подлежали то пересмотру, то уничтожению, то забвению. Но ясно одно – от самой Башни не избавлялись ни под каким видом. Почему? Некому отвечать на эти вопросы. Некому и доискиваться ответов. Время упущено, однако тема времени не исчезала окончательно никогда. По соседству с Башней постоянно происходили события, крутились люди, кипели страсти.

Так? Да, почти так. 

Отпуская вниз тысячекратные, стократные, а потом и десятикратные тысячелетия, можно утверждать, что Башня была нужна, пусть даже изредка, зато бесспорно и непременно. Неудачи и взлёты – это историческая норма. Уже гораздо позже, когда у озабоченного нестабильностью своего существования человечества настали чересчур тяжёлые времена, Башня оказалась в странном положении, что никак не соответствовало её значению и предназначению. Могла ли Башня переживать, страдать, испытывать другие неудобства? Вполне. Ведь все эти десятки тысячелетий людей заботили совершенно другие проблемы, а Высший разум допустил сбой, перекос, сначала показавшийся незначительным, а вскоре вылившийся в большое упущение. Оказалось, исправить это нелегко. Пустота заполонила мир…

Так Башня превратилась в одинокую свечу, запечатанную реликвию, пленницу. Она притихла, замерла в безмолвии, за ветхой оградой, в центре обширной территории, бывшей прежде её опорой и владениями. Высший разум и его Божественные партнёры по Мирозданию не дали себе труда как можно скорее устранить эти неполадки, допустили дальнейший распад своей не самой важной во всех отношениях ячейки. Потому в самый критический момент несметным богатством, какое вмещала в себе Башня, сумело легко завладеть большое, неисчислимое племя диких кочевников, ни духом, ни умом не доросших до планки примитивного понимания того, что им на пути попалось.

Свечу погасили, не ведая силы и свойств того пламени. 

Время и времена. Соблазнительное рабство.
    Ключи времени. Запланированное представление 

Виктор мысленно соглашался с Главным Часовщиком, нетерпеливо ожидая разъяснений на неумолкающие запросы своего всё расширяющегося сознания.

– У жертвы и палача, у раба и господина, у глупого и умного складываются разные понятия о жизни, о справедливости, о благополучии, наконец, о времени, – продолжал невозмутимо Главный Часовщик. – Всех, живущих в этом Замке, объединяет одно общее, единое для всех. Не догадываетесь, что это?

– Общее время? – высказался Женя, чтобы опередить Виктора, намеревавшегося, по всей видимости, сказать то же самое.

– Не совсем так. Вы слишком молоды и неопытны, чтобы понять всё, но неужели бы вы, оба вместе, или каждый в отдельности, – Главный Часовщик с ног до головы оглядел их обоих взглядом оценщика из ломбарда, что напротив института, где учился Женя, – отказались бы от предложения точно попасть в нужное вам время, не раньше, но и не позже? Да ещё и в самое благоприятное окружение, в особые условия жизни, диктуемые именно вашим временем, временем, отпущенным для максимальной реализации ваших талантов и способностей?

Началось… Тень времени надвигалась грозной тучей. Главное о главном? Досадно. Виктору представилось, что сейчас Главный Часовщик скажет что-то каверзное или противоречивое.

А тот и сказал, как собирался заранее.

– Вижу вас обоих детально. Странные вы люди, каждый по-своему, – продолжил Главный Часовщик. – Время ценит тех, кто ценит его. Поразмыслите об этом. Теперь о Главном – в преломлении времени. Для Главных людей – Главное – Время. Это закон. Наши институты главенства основаны на способностях и возможностях лидеров. Да, на способностях, дарованным им не столько от природы, а проявленных именно тем временем, которое вычленило их из общей массы претендентов на роли хозяев жизни. Не возражайте скоропалительно, а вдумайтесь. Приведу сравнения, грубые, но верные. Зачем нести себя по жизни как ненужный товар в дежурной упаковке, кода вполне можно стать самому хозяином, предположим, этого товара, и не только этого?

Товар, упаковка, хозяин… Выгода!

Виктора точно что-то ударило по голове, снаружи, сбоку, вскользь… 

Вот оно, соблазнительное рабство, с каким легче и выгоднее смириться, чем избегать его. А Женя прямо загорелся желанием услышать то, что ему давно хотелось.

– Да, я не оригинален, уж простите за тривиальность, – признался Главный Часовщик. – Впрочем, каждый знает сам, что ему нужно.

– Да и я знаю… или почти знаю, – согласился Женя. – И упаковка меня мало интересует. А суть какова?

– А такова, что отказываться от сути никогда не следует, – отвечал Главный Часовщик, – чтобы самому не превратиться, если не в товар, как я заметил только что, а в ненужную упаковку. Время работает не в корзину товаров и упаковок, а в кованые сундуки с золотом. Этот неоспоримый факт возведён в ранг законов нашего государства. Давайте пофантазируем теоретически, абстрагируясь от нашей данности пространства-времени, но замещая эту данность решением простой задачи. Если, в своё время, конечно, вам, к примеру, предложили бы занять, например, пост руководителя страны или сенатора, или принять какой-либо высокий сан, или занять царский трон, вы согласились бы принять такое предложение?

– Нам? Царский трон? – Виктор засмеялся, а Женька вспомнил свои несерьёзные разговоры с Виктором о президентах и прочем, ухмыльнулся. И зачем с ними комедию ломают? И где! Комедию не ломаю, а напоминаю, что только время отпускает определённый, весьма жёсткий, интервал для достижения какой-то цели, важной цели, – молвил Главный Часовщик, направляясь к низенькому комоду, где стояли двойники Главных часов. Он погладил эти часы, слегка прикасаясь к ним. – В этом интервале шансы достичь своей цели у всех сопоставимы, в чём-то равны. Да цели у всех разные.

– Нет, вы хотите сказать, что за всё время существования Замка внутри него действуют некие правила, которые нужно выполнять непременно, как Главным, так и Второстепенным лицам, а также всем другим, вроде нас? Чтобы цели достичь, – уточнил Виктор.

– Хорошо, вы кое-что поняли, – сказал Главный Часовщик. – И то не совсем верно. Но… Интервал времени одинаков, однако время для всех течёт по-разному. Правила, те и другие, отличаются значительно. Выполнять правила для рабов наверняка труднее, чем правила для господ.

• – Вот уж не знаю… – протянул Женька, вспоминая, что учили на уроках истории по рабовладельческому строю. – Но и для рабовладельцев тоже…
• – Зато я знаю. Все стремятся стать господами, хотят оторваться от рабской зависимости, добиться признания заслуг, почестей и славы. Интервал задан. Время стучит в барабаны. В интервал нужно укладываться. Промедление чревато. Ведь так? – воскликнул Виктор.
• – Ну исключительно догадливый юноша, на удивление всем Ростанам вместе с их Божествами! – щедро улыбнулся Главный Часовщик. – Укладываться… А как? Всем, всем, даже неосознанно, хочется стать и быть Главными, хоть в чём-то. И это только приветствуется. Сначала в пустячном деле, потом – в более серьёзном, а там бери выше – аппетит разыгрался. Так устроены люди. Люди, достигшие главенства, и есть самые Главные Боги.

Виктор вспомнил Главного Жреца…

Женя снова прошёлся по залу, заглядывая «прямо в лицо» каждого циферблата всех часов, выставленных на обозрение, и вернулся назад. Виктор смотрел, не отрываясь на Главные настенные часы, на их Главный маятник. 

Туда-сюда, сюда-туда… И так без остановки.

Так часы листают страницы жизни?

Так бежит сама жизнь? 

– Мы подошли к Самому Главному, и оно вам известно. Главный среди Главных – вот предел досягаемости, – неутомимо доказывал Главный Часовщик, обращаясь прямо к Виктору. – В любые времена. Чувствуете? И при этом что главное? А вот что. Не упустить своё время, не пропустить своё время, слиться с ним в единое целое, чтобы в нужный момент занять место Главного, стать Главным самому. И эта вероятность всегда есть, пусть и ничтожно маленькая. Кто же откажется быть Главным, по праву, скажите на милость? Таких нет. Именно Главные Фигуры – настоящие владельцы Ключей времени, как ни вызывающе это звучит. Для Главных-то и время бежит по другой шкале, то ускоряется, то задерживается по их желанию, а то и вовсе замирает по приказу. Хотите пример? Хотите, прямо в вашем присутствии, вместе с вами и остановим – ненадолго – время в пользу Главных Фигур?

Тут Главный Часовщик, не дожидаясь ответа, сделал несколько ловких движений, прикоснувшись к собственным наручным часам. И произошло неожиданное. Обе стрелки Главных настенных часов, Главных часов, немного поколебавшись, вдруг сбежались друг к другу, развернулись на циферблате, заняли положение вертикально и вверх, остановившись на цифре двенадцать. Настольные часы небольшого размера, чудом уместившиеся как раз напротив, на крошечном столике, на крохотной подставке, робко остановили свой ход, подавая пример другим часовым механизмам, находящимся в зале. Женя тут же приложил свои наручные часы к уху – замолчали. Стоят. Значит, Главный Часовщик прав? Здесь время точно работает на Главных?

– Никто не откажется от чести и мысли стать Главным Звеном в цепочке прочих, равных или неравных, звеньев. На том держится натура человека, так будет всегда. – Главный Часовщик подошёл к значительно ускорившим свой ход Главным часам, изменившим себе, собственным принципам, действующему времени. – Смотрите внимательно, только ради вас…

 

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ. НЕОБРАТИМЫЕ СОБЫТИЯ.

ЗАГАДОЧНАЯ ПЛАНЕТА ОРИОН. ВСТРЕЧИ И ПОТЕРИ 

Истинная наука не имеет границ.
    Опасность пути к самоуничтожению 

…Плохо или хорошо, что столько нового открывается сегодня?

– Жаль ваших учёных, среди которых изредка встречались и встречаются бескорыстные идеалисты. Их понимать и принимать не хотят, – вздохнул Ян. – Выводы и теории большинства учёных исследований на эту тему мало полезны, хотя и относительно безвредны. Только к Космической науке это имеет слабое отношение. Истинная наука – это откровение, риск, прорыв, дерзость, в конце концов! Да и конкуренция очевидна, подавление инакомыслия вообще, агрессивность человеческой натуры… И не только в этом государстве-ловушке.

– За истинное надо сражаться, где б ты ни оказался, – согласился Виктор, – не ожидания признания и славы. Это известно и на Земле.

   – Конечно. Вселенная устойчива и самодостаточна, строго подчиняется законам равновесия, защищённым от разрушительных воздействий любого порядка. Законы Космоса едины во времени и пространстве. – Ян сочувственно посмотрел на Виктора. – Вся жизнь – учёба с учётом встречных сложностей, возникающих на плане своего бытия. Ваша личная жизнь, Виктор, никогда не будет протекать по простому варианту. Это ваша удача и, в тоже самое время, трудное испытание, большая тренировка для космического восхождения, когда бы и как бы оно ни случилось. Не горюйте. Что на словах непонятно и сложно, на деле иногда происходит последовательно и логично.

• – А вы сами не ошиблись адресом, оказавшись здесь? – спросил Виктор, откладывая осознание прогнозов Яна на потом.

  – Нет, ни в коем случае, – отрицательно покачал головой Ян. – Мои полномочия велики. Моя инспекторская проверка, назову её так, чтобы вам было понятнее, никем не санкционирована и не запланирована никакими инстанциями. Я здесь не случайно, как вы поняли. Давно слышал о том, что на Земле в целом происходят недопустимые вещи, как на планете вообще, так и в этом Государстве МагРос. И на самом деле, при исследовании разных регионов этого объекта, при изучении мер и методов управления, мне удалось обнаружить массу корыстных, грубых нарушений. Это касается многих фактов. Жизнь подходит к грани выживания. Пока это будет продолжаться, массовое проникновение в Космос – абсурд. Налицо возмутительное нарушение законов развития Космического права, куда входит и повсеместное, намеренное игнорирование основополагающих правил использования космических ресурсов. Да и планетарных.

  – Да-да, наверно, так, – согласился Виктор. – Я тоже думал об этом. –Природные ресурсы достаются сильному в качестве добычи или трофея. Доходом пользуются единицы, а миллионы гибнут в нищете, – продолжил Ян. – Созидание с помощью мысли на Земле отвергнуто полностью, а во главу угла поставлены технический прогресс, машинные технологии, вульгарное насилие. Создавая все блага таким образом, возвеличивая силу и власть, подчиняя себе природу, уничтожая не согласных с такими методами добычи благ, люди потеряли право называться хозяевами планеты, а заслужили статус завоевателей. Правящие классы всё возрастающими темпами ведут народы к самоуничтожению, к катастрофам, к гибели. Жаль…

  – Жаль, – эхом отозвался Виктор. – Ведь человек считается созданием разумным, и его свободный выбор доложен склоняться к добру.

  – А знаете, недавно я оказался нечаянно, тут, неподалёку, в одном цифровом государстве, вернее, державе, оставшейся в памяти первых трёх древнейших цивилизаций вашей планеты, – припомнил Ян. – И знаете, что я понял из разговора двух идеологов?

  – Нет, постойте, мне и так трудно вникать в ваши рассуждения, а теперь и вовсе непонятно, – остановил Яна Виктор.

  – Да, это я о своём визите в далёкое прошлое истории Земли, для сравнительной экспертизы, – спохватился Ян. – Память о прошлом каждого физического тела, будь то планета, звезда, любой из видов жизни, любой представитель любого вида жизни, сохраняется бесконечно долго в суммарном банке цифровых параметров соответствующих категорий носителей, а сам банк занесён в «Единое хранилище памяти Космических цивилизаций», в особый раздел. Это относится ко всему «Сводному реестру звёздных систем цивилизаций Межгалактического Совета». Доступ к этому банку дозволен всякому, кто имеет такой интерес. Вот я и нашёл там, где искал, что и как происходило с развитием истории совершенствования человека на Земле. Ну и как? – спросил Виктор, не ожидая точной оценки прошлого от человека, ставшего не сразу тем, что есть теперь. Или был таким всегда?

  – А так, как вы и подумали, – отвечал Ян. – Так эти самые, два идеолога, обсуждали вместе с другими патриархами на державном форуме взаимоотношения высокоразвитых и низкоразвитых существ планеты в свете научного и технического прогресса. Также оценивали их влияние на природные ресурсы. И пришли в итоге к неутешительным выводам.

  –  Это, значит, в невообразимо древние времена? – уточнил Виктор.

  – Да-да, ещё тогда, – подтвердил Ян, которому было сложно донести всю информацию неподготовленному собеседнику. – Итог суммировался в вопрос: если человек разумный, то почему же он такой гад? Ответ: потому и гад, что разумный. Разум-то разумом, да используется не по назначению. Утилитарный разум рассчитывает только на материальный эффект. А при этом душа мала…

  – Ещё и тогда… – огорчённо произнёс Виктор.

  Он уже устал невыносимо от неожиданных оборотов в столь серьёзном разговоре, и усталость мешала соображать адекватно.

  – И, продолжая эту мысль, о разуме и душе, замечу, что такое, искусственно сформировавшееся соотношение понятий в жизни высокоразвитых существ недопустимо. Потому ваша планета и страдает. Сотрудничество, гармония, любовь, или соперничество, конфликты, страх? Ответ простой. Чтобы изменить неверные пропорции, нужны срочные меры. Во что они выльются? Трудно ответить. Но перспектива всё же есть. При всей незавидной истории Земли, так всегда не будет. Так продолжаться не может, не должно.

  – Не должно, конечно же, – согласился Виктор, прекрасно понимая, что переспрашивать или уточнять что-то у Яна бесполезно.

  – Да и ничего изменить они не в силах, по крайней мере, тотчас же. Утешением можно считать наступление другой эры. Стремительно растёт новая сила, способная изменить ситуацию на вашей планете. А пока… Уточню ещё вот что. Неожиданное. Все нормы и правила вашей земной жизни лежат на поверхности. Под землёй скрыто подобие жизни, не то, что у нас, на Орионе. Энергия! В нашем идеальном случае энергия не является проблемой подземной цивилизации. С вами дело обстоит не так. Экологические проблемы традиционной энергетики налицо. Добыча так называемых полезных ископаемых губит планету. Атомная энергетика катастрофична. Поиски новых источников зашли в тупик. Не с того конца начали… Переход к альтернативным видам энергии в мире – проблема нешуточная. И разве это самое Государство МагРос не приложило свои лапы и когти для узурпации энергии, пожирая её из любых доступных источников, захватывая всё окружающее пространство, в том числе и самые нижние слои существования? – Ян казался спокойным и рассудительным, но его внутреннее волнение возрастало. – МагРос – предел терпения. Концентрация самой энергии и энергии грубой силы в этом Государстве МагРос зашкаливает, не только по земным меркам, но и по Космическим. И на что она расходуется? Вот парадокс. А ведь Закон сохранения энергии является абсолютный законом природы...

  Виктору ещё предстоит подумать о том, как он сможет осознать всё сказанное Яном. Да, он не обладает такими способностями, знаниями и сведениями, чтобы судить о правомерности рассуждений Яна, но высказанные мысли показались достойными внимания. Или изучения? Где и кем? А в голове крутилось… Может, эта встреча и стоит всего остального, обнаруженного в стенах этого Замка?

  – Оказалось также, – продолжал невесело Ян, – и это вполне объяснимо, что и остальные интересы руководителей этого, так называемого, карманно-Камерного государства не то, что не совпадают, а идут вразрез с планами духовных и прогрессивных лидеров планеты. Это касается перспективы свободного развития собственно планеты и планов сотрудничества с отдельными планетами среди Звёздных систем цивилизаций Межгалактического Совета.

  – Межгалактического Совета? – переспросил Виктор. – Вы уже упоминали этот Совет. А что это такое?
  
      Он никогда в жизни не слыхивал ничего подобного.
  
     Да и людей таких не встречал. И где встретить-то?

  

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ. КТО ПРОТИВ УСПЕХОВ, НАГРАД, УДОВОЛЬСТВИЙ? ПРОТЕСТ. ПОБЕГ. ВОЗВРАЩЕНИЕ

Размышления в замкнутом пространстве.
    Сон Виктора Вороненко. Спасибо тебе, Башня-NZ!

Виктор остался один, совершенно один. Он давно привык чувствовать себя разбитым необратимо и усталым беспредельно, изнемогающим от безуспешной погони. Его внутренняя борьба самого с собой, не прекращающаяся никогда, требовала завершения.

Но остаться одному, в вакууме, в замкнутом пространстве... Женя – сам по себе. Друг? Всё равно друг.

Все другие, обретённые здесь, в Ростанском Замке, приятели – в разных сторонах, каждый при своём мнении. Конечно, Ян – не в счёт. Это нетипичное исключение из общих правил, и не только здешних. Всё, сказанное им, запомнил. Предстоит осознать это, даже если объяснить будет невозможно. Остальные – обычные земные люди, и осуждать их за то, что им хочется лучшей жизни, нельзя.

Хорошие они, но что движет ими, не понял до конца. Неизбежность? Принуждение? Соблазны?

Никто никому не пример. Каждый что-то искал, да и нашёл какую-то зацепку, чтобы побудить себя же устремиться к личному процветанию и благополучию, к исполнению собственных надежд. Некоторые поверили обещаниям Главных канцелярий Замка.

Но большинству просто деваться некуда…

А ему, Виктору Вороненко, никакие зацепки не нужны. Больше того, они ему мешают, как мешают сети рыбаков свободе скользящих мимо рыб. С детства запомнил себя серьёзным человеком, в юности упорно искал какой-то правильный, прямой путь жизни, примерно такой, какой выбирали образцово-показательные литературные персонажи. Одноклассники посмеивались над ним, но он не сдавался. Его не интересовали обходные, лёгкие тропинки обмана, лёгкие друзья, лёгкие отношения в каком бы то ни было смысле. Утяжеление – тоже не выход. Выход не легче входа. Прожить свою жизнь от начала до конца и не споткнуться ни разу просто невозможно.

Но что же здесь, в Государстве МагРос?

Виктору ни под  каким  прицелом не хотелось стать ни Главным Экспертом по вопросам целесообразности преобразований программ обучения разработчиков учебников для учебных заведений с целью развития у детей навыков усвоения перспективных знаний, ни Главным Куратором Попечительского совета фонда под эгидой Департамента спорта Ассоциации нетрадиционных видов подземного спорта, ни Главным Исследователем маловероятных происшествий с непрофессиональными альпинистами, жаждущими победно одолевать неприступные горные высоты, или Второстепенными Величинами с теми же наименованиями. И прочее... 

А чего только стоят сладкие речи Второстепенного Часовщика! 

...«Стать Главным успеете. Гарантировано. Делать ставку на второстепенную роль не следует ни в коем случае»…

Стремиться осознанно к главенству, к власти – не для него.

Он никогда не отличался склонностью к излишним мудрствованиям и корыстным расчётам. Поиски выгоды в чистом виде, в любом выражении, вызывали у него отвращение изнутри.

Сейчас это отвращение достигло критической отметки. Вершина… Покорённая вершина…

Удовлетворения она не принесёт.

Под утро, на рассвете приснился сон, словно в реальности, наяву.

Снилось, что они с Женей возвращаются домой из далёкой поездки на автомобиле. Вот уже едут по знакомой улице, подъезжают к своему кварталу, вот последний перекрёсток, горит зелёный свет, осталось ещё чуть-чуть… И вдруг машина резко срывается, переворачиваясь и кувыркаясь невообразимо, летит вниз, в пропасть с рваными краями. Попытался высвободиться, выскользнуть из расползающейся скорлупы падающей машины и ухватиться за неустойчивый выступ твёрдой породы на краю пропасти. Хватаясь поочерёдно за шаткие глыбы, колкие кустарники и пучки выступающей над почвой растительности, сумел зацепиться за обломок скалы и завис между бездной и небом. Осталось только выбраться на устойчивый островок среди скал.

Заметил нечаянно, что вдалеке, в метрах ста от обрыва, неясно просматривается высокая постройка, вроде колонны или обелиска. Вспомнив о Жене, глянул вниз, в бездну. Там всё переменилось. С противоположной стороны пропасти бурно сбегал водопад, превращаясь в глубокую горную реку. Каково же было удивление, кода увидел, что Женя смело переходит эту реку в высоких сапогах-заколенниках, в каких рыбаки ловят рыбу. И река словно уменьшается в размерах, становится более мелкой. Ещё один шаг, и Женя выберется на противоположный берег! Всё, он уже там.

Тут же оглянулся назад, вспомнив о колонне. Он удивился. Колонна показалась ему знакомой. Да, точно, она напоминала Башню-NZ, с каждой секундой сходство увеличивалось. И Башня-NZ словно узнала и уже приветствовала его слабой игрой разноцветных огней на самом верхнем ярусе и двумя лучами, пробивавшимися из её вершины.

Один луч, тонкий и золотистый, уходил в самое небо, другой широкий и серебристый, протянулся к нему и словно упёрся в выступающий край скалы, за который он держался, как утопающий за соломинку. Почему-то догадался, что луч оказывает ему помощь, и даже укрепил каким-то образом этот спасительный выступ. Обдирая ладони, из последних сил сделал два-три движения, подтянулся, почти выкарабкался из пропасти на поверхность. И, уже просыпаясь, разглядел, что перед ним, впереди, простирается обширная поляна, в центре которой, играя слабыми огнями, медленно растворяется в тумане спасительная Башня-NZ. Осталось только подняться, встать, оттолкнулся из всех сил от твёрдой почвы, и вот-вот…

Почти проснулся, ощущая на ладонях жгучие порезы от острых выступов обелиска. Заставил себя вырваться их сна окончательно, но не смог. Ладони горели огнём, ключицу словно сверлили, левая кисть ныла. Всё, довольно! 

Проснулся. Башня-NZ… Вот ты какая! …Вспомнил сон, который приснился Лукасу, вспомнил, как снисходительно слушал тогда его рассказ, как подтрунивал над ним. Бабочки-мухи-фантики… Хорошо, что Женя выбрался, да, хорошо, что в сапогах… 

Удивился сам себе, как пытается сны толковать.

Сны – посланцы из тонкого мира.

Предупреждение? Награда? Наказание? 

Рассказывать этот свой сон некому. Подтекст? Ясно и так. Да, это он возвращался откуда-то, падал, выбирался из провала, долго, трудно, но всё же выбирался. 

Вернулся? Вроде, да… Значит, есть надежда.

Есть надежда и у Жени.

Башня-NZ, спасибо тебе! 

Такой сон стоит большего, чем простое объяснение. Потом. Нет, сейчас... Мысли никак не складывались в стройную систему. Виктор опять и опять раздумывал, какой вывод из всего этого следует сделать. Ладно. Пускай, потом…

Теперь о другом. Завтра как раз состоится Торжественный приём признательности и перспективы, на котором Главные Фигуры вынесут окончательное решение, в какое русло ему целесообразно направлять свои силы и знания. Вынесут решение? Скорее всего, огласят это самое решение. Это они решили. А сам что решил?

Его мысли то парили высоко, то спускались до бытового уровня... 

Спустился в холл гостиницы, откуда направился в гостиничную библиотеку. Рассеянно полистал некоторые исторические книги, журналы, публикации последних новостей и событий в области истории, исторической науки, архивов, археологии, политики… Не вдохновило.

Взял с собой «Энциклопедический словарь Камерного государства Ростанского замка». Вернулся в номер, переоделся почему-то в пижаму. Идти в кафе не хотелось. Да и выходить из номера тоже. Заказал завтрак. Позавтракал. А дальше… Куда идти? Тут бежать надо. Куда?

Сон… И даже если не сон, то всё равно. Глаза устали смотреть на всё, что окружало, а уши устали слушать всё, что вещали там и тут. Что-то сломалось внутри, окончательно и устойчиво. Этого не починить, не склеить. «Энциклопедический словарь» отложил в сторону. Взял с полки первую же попавшуюся книгу, раскрыл её. Давно взял в библиотеке, но прочесть не успел. Роман, исторический роман, популярный и правдивый, как и полагается… 

История. События. Люди. Нет?

Ничего не хотелось, кроме человеческого понимания и тепла.

Или это от старомодного мышления?

Или... затмение разума? Или… 

...Все не могут жить и мыслить одинаково, ни богатые, ни бедные. Но что происходит? Иногда Виктору требовалось копать глубоко, обнажая корни исследования с нескольких сторон. В школе этому упорно не учили, а сам иногда погружался в теоретические размышления, которые приводили к сильным эмоциональным переживаниям. И тогда глубокое чувство связи с окружающим миром и другими людьми заставляло его представлять себя на их месте, переживать за каждого. 

Янас-Яла-Ярис объяснил именно это? Да, наверное, в том числе.

То есть другие чувствуют и рассуждают не так…

Странные мысли и чувства противоречили друг другу. 

Жизнь материального мира давила критически... За редким исключением, люди ищут пути к достижению индивидуальных благ. Прямо как по указке. Налево пойдёшь – богатым будешь, направо двинешься – в богатстве утонешь, прямо устремишься – в богатстве воспаришь, или погрязнешь, растворишься, сгинешь… 

Всё – только для себя? А если... Всё – для всех?

Государство-капкан-МагРос. Да и за его пределами… 

Цивилизации меняются, теснят друг друга, общество развивается, модифицируя отношения между людьми. Но всё на вещественной основе. И развитие – с акцентом на материальную составляющую. Остальное же…

Зачем нужны люди друг другу? Для физиологического, социального и эмоционального взаимодействия? Власть, деньги, семья… Схема не меняется. Отягощённые знаниями и умениями люди стремятся занять как можно более высокое положение в обществе. Чем оно выше, чем шире сфера собственного влияния, чем больше доход, тем больше получаешь благ. Значит, тем счастливее становишься?

Если бы это было действительно так… 

Москва – Великий Новгород – Москва

Ноябрь 2002 г. – апрель 2026 г.

 

ЭПИЛОГ. ЗЕРКАЛА И ГЕРОИ. АДРЕС ВНЕШНЕГО МИРА 

Возвратившись в свой кабинет, аккуратный и пунктуальный Ирмас сразу же внёс соответствующие изменения в документы Виктора Вороненко. Он подробно проследил весь его путь от крыльца гостинцы «Корона» до последних, наружных ворот крепостной стены Ростанского замка. Всё, вышел беспрепятственно. Ворота бесшумно закрылись за ним. Прощай! Больше они с Виктором не увидятся. За долгое время работы в качестве секретаря Главного Первичного Консультанта при Кабинете Главного Управляющего Центральным Советом Ростанского замка Ирмас узнал о людях такие подробности, какие иным секретарям иных консультантов, главнее и влиятельнее которых нет, не откроются никогда. Не до открытий им, загруженным обязательствами, деловыми инструкциями и предписаниями. Каждый хлопочет о своём. А здесь – совсем другая атмосфера, располагающая к раскрытию способностей каждой личности, впервые оказавшейся на пороге открытий своих истинных возможностей.

Тысячи клиентов более или менее благополучно прошли через первую ступень испытаний на профессиональную пригодность, через мелкое сито Кабинета первичных консультаций. Если получили одобрение, то двигались дальше, утверждаясь в выборе сферы деятельности, а затем оставалось только продвинуться в сторону, близкую к заветным целям. Вклад самого Ирмаса в этот процесс был скромным, но ценным. Главный Первичный Консультант Эка не скрывал этого. Он был доволен помощником, ни дня не мог обойтись без него, да и зачем? Это с человеком у него могли бы не сложиться отношения, а с роботом проблем быть не могло. Да ещё с таким складным и понятливым. Более того. Сотрудники смежных кабинетов власти, контактирующие с Ирмасом постоянно, отмечали также, что деловые качества и обходительность этого робота выгодно отличают его от подобных ему собратьев, каких успели уже наплодить сотни и тысячи. Ирмасу это было хорошо известно, подтягивало и подстёгивало в каком-то смысле, в механико-этическом, конечно.

Людей много, все разные, редко бывают похожи друг на друга. Ирмас приноровился к людям-руководителям и людям-подчинённым.

Сам и разделил их снисходительно на эти два лагеря, в чём-то враждебных, а иногда и дружественных. Люди удивляли и забавляли его. Человеческая масса шевелилась и колебалась, уничтожая различия каждого человеческого индивидуума, подталкивая его в стремлениях не к собственным совершенствам, а к совершенству своего устройства в жизни. Странно, только этот приятный и ладный молодой человек, Виктор Вороненко, так неожиданно вклинившийся в гущу событий, в самую сердцевину интересов могущественного Камерного государства

Ростанского замка и так мучительно стремившийся избавиться от этого могущества, был не похож ни на тех, ни на других. Почему не похож? И почему не согласился с тем, что не только обещало, но и гарантирвало ему карьеру и успех?

Вошёл в число избранных, но это его не устроило. Почему?

Природные способности Виктора, как определил Ирмас, намного превышали средние, хотя и плохо вписывались в знакомые схемы жизни известных подвижников, обладавших от рождения обширными знаниями и особенностями. Суммарный Банк данных характеристик таких личностей хранил все типичные схемы. Виктор Вороненко – исключение. Внутренняя свобода Виктора проявлялась то явно, то косвенно. Что двигало этим человеком? Причины Ирмасу были неизвестны. Но в плане остального, близкого и доступного ему…

Он дважды проанализировал все оценки и характеристики соответствующих служб, ответственных за вынесение итогового решения о квалификации специалиста Виктора Вороненко, с предложениями по дальнейшему его продвижению. Невероятно! Итоговая оценка Квалификационной Комиссии Главного Управления кадров и кадровой политики Камерного государства Ростанского Замка, Комиссии, обладающей всесторонними полномочиями по определению уровня квалификации работников в соответствии с Государственным Законом № МР-ГФЗ-28-444-1Z, превзошла все ожидания. Она невероятно высока и равняется двадцати баллам из двадцати возможных! Редкий случай, один из тысячи, а то и нескольких тысяч. Виктор отказался от карьеры и всех вытекающих отсюда последующих благ и привилегий. Любой другой человек не стал бы этого делать, не затем попал сюда…

Любой? Другой? Человек? 

Отказ. Определённо, в этом что-то есть. Что? Ирмас бегло пробежался по всем соответствующим отсекам информации, собственным и удалённым, избирательным и общесистемным, перепроверял выводы прикладных разработок фундаментальных исследований, подсоединялся к глобальным системам Космических партнёров, к единому Космическому банку данных, но ответа не находил. Быть такого не может! Но оно есть. Что это и где? Нет. Не сходится. Так не годится…

Не хватало ещё, чтобы робот допустил перебои в налаженной работе… Вот тут пора спросить. Если Ирмас так углублённо заинтересовался Виктором, то не узнать ли подробнее, что побудило этого своеобразного робота выделить одного человека среди остальных?

Точно утверждать нельзя, но Ирмас с самой первой секунды своего независимого существования разительно отличался от точно таких же искусственных созданий. Сам того не ведая, по каким-то промыслительным причинам, он изначально получил отдельные не свойственные машинам качества – был наделён небывалой способностью распознавать плохо различимое, а также взаимодействовать корректно с постоянно меняющейся материальной и виртуальной действительностью. Со стороны эти изменения в нормах читались как неожиданные отклонения от заявленного стандарта. А фактически произошло благодаря то ли капризу случайного эффекта от несовпадений тонкостей элементов некоторых комплектующих, то ли сбою производственных программ, то ли небрежности, то ли особому настроению опытного сборщика. Программисты-робототехники, Короли и Боги искусственного интеллекта, анализируя результаты заключительных проверок, отметили мелкие нестыковки и вынуждено смирились с данными обстоятельствами необычности. Однако решили, что выпускать в свет своё выстраданное детище нужно и можно, наука от этого только выиграет.

Пусть это звучит так: эксперимент, опыт, выводы… 

Эти мотивировки Ирмас прекрасно знал, только поначалу не придавал большого значения своим отклонениям, плавно переходящим в достоинства. Потом постепенно вошёл во вкус. Решая несхожие задачи повышенной сложности, сталкиваясь с противоречивыми ситуациями, его чистый разум почему-то всё больше обретал уверенность в необходимости не оговорённой заранее обратной связи с внешним миром, и не только в рамках дозволенного. Его служебная деятельность чёткими границами не обозначена. Любая тайна была готова раскрыться перед ним в любой момент. Тайны и секреты ничего для него не значили.

Подробностями скрытной стороны деятельности своего утилитарно мыслящего начальства Ирмаса удивить было трудно, а фатальная зависимость начальства от руководства Центрального Совета Главных Персон просматривалась без особых усилий. Тут тайн нет, интересоваться нечем. Не о том печаль. Ирмас невозмутимо изучал мир людей, даже выстроил несколько графиков, объединил их в систему-сектор «Что движет людьми».

Ему это не составило никакого труда, а творчески требовало расширить угол зрения на происходящее за этим сектором и увеличить глубину проникновения в зоны другого порядка и распорядка. Робот и творчество? Он часто ловил себя на том, что всё внимательнее вглядывался в людей, в каждого человека, с которым случалось взаимодействовать. И вдруг возникает откуда-то этот неожиданно упорный и упрямый Виктор Вороненко, мысли и поступки которого разительно отличались от похожих на него молодых искателей и соискателей… чего же? Роботу впервые за всю его практику попался человек, который демонстрировал, даже декларировал совершенно другие качества и параметры, заслуживал отзывы и характеристики, свойственные существу более высокой формации, человеку другого типа. Человеку…

Что двигало этим человеком? 

О том, что есть такое: сам человек или этот человек, Ирмасу приходилось размышлять всё чаще. Ему это было интересно. И что бы сделал человек, окажись на моём месте, скромном месте робота? Нет, постановка вопроса не является правильной. Он решился на кардинальную пробу: критически взглянуть на себя с позиции человека, да так, как если бы сам был задуман похожим на него или почти таким же. А ведь внешне его невозможно отличить от человека!

 ***

Ирмас смотрел на себя в зеркало и оценивал свой внешний вид, как это сделал бы человек.

Зеркало отражало его в полный рост. Если он и в самом деле как-то изменился с недавних пор, как замечали дружественные коллеги, то в лучшую сторону. Правильно спроектирован, тщательно выполнен, гармонично функционирует. Большего не требуется. Сам себе и прежде нравился, но даже если бы однажды позволил себе или кому-то усомниться в своей изысканной красоте, то изменить свою эталонную внешность коротким путём было бы невозможно. Неужели? Незачем задаваться пустыми вопросами. Роботы должны принимать себя как есть, даже если это роботы четвёртого поколения развития и седьмой категории сложности. А таких считанные единицы.

Кроме того, Ирмаса подогревало изнутри сознание того, что его служебный дебют состоялся удачно. Самое первое своё поручение выполнил без ошибок и нареканий, следующее – более уверенно, потом – на ура, а после только оттачивал своё мастерство. Он знал себе первоначальную цену, знал, что при любых сбоях и перекосах никакое, даже Самое Главное начальство не позволит кадровым управленцам от него избавиться. Такого ценного и незаменимого по всем показателям работника нецелесообразно уничтожать или пускать на переработку. Но больше всего Ирмас гордился тем, что вполне мог конкурировать с разработчиками. К тому же, обладая дополнительно заложенными в него щедрыми резервами, мог себе позволить гораздо больше, чем теоретики задумали на его счёт. И позволял, время от времени. Ирмас уже несколько сезонов исправно и безупречно выполнял свою работу при минимальных затратах на плановое техническое обслуживание, а впоследствии и самообслуживание.

Да-да, проведённый эксперимент по квартальному самообслуживанию окрылил и его самого. Пребывая в постоянном движении и на виду у людей, перенял у них же некоторые человеческие привычки, полезные в его работе, правила поведения, подчёркивающие его преимущества. Отточенные манеры, знания, опыт делали его незаменимым во множестве запланированных и непредвиденных ситуаций, характерных для координационно-консультативного ведомства. Там, где человек терялся в догадках, Ирмас в считанные доли секунд вычислял нужное решение.

Служил Главным руководителям и Государственному делу исправно, сбоев не допускал, держал себя в рамках традиций, соответствующих его программам, и, как ни странно, всё глубже проникался человеческими интересами, что говорит в пользу его разработчиков. 

***

Ирмас снова посмотрел на себя в зеркало и несколько критически оценил свой внешний вид, как это сделал бы взыскательный человек. Человек… И кто он такой или что он такое, этот человек? И люди вообще? Нет, никаких возражений, никаких обид, никаких недовольств, связанных с людьми, знакомыми и посторонними, он не испытывал. Он их то жалел, то игнорировал, то пытался вписать в некую общую схему взаимоотношений с миром, но никак не мог составить окончательный алгоритм. Не получалось. Мешала суммарная неустойчивость исходных данных. Разумеется, это ни в малейшей степени не относилось к его служебному менталитету. Тут он был всё так же безупречен на сто процентов, затем и был явлен на свет. Мог бы рассчитывать на большее? В данной категории – вполне. Но хозяева его положения в этом не нуждались. А хозяевам следовало подчиняться по определению, что он и делал исправно по всем пунктам и параграфам.

Контакты, взаимодействия, опыт… Стратегическая игра наук, благодаря которой можно будет познать процессы, протекающие внутри живой, а впоследствии и неживой клетки, и даже начать управлять этими процессами, началась! Разве это не интересно? Ирмасу казалось увлекательным, если можно так выразиться, выполнение непростых задач, служивших тренировками для решения предстоящих, более сложных. В свою очередь, такой опыт позволял вносить соответствующие поправки в работу собственных программ, сначала под контролем операторов, а потом самостоятельно. Это вызывало в нём осознание своей важности и нужности. И в сумме – стремление к совершенству! И ничего особенного, ничего лишнего, так дозволено Богами,

Королями, Главными Инженерами-разработчиками Центральной Корпорации по содействию науке, разработке, производству и применению высокотехнологичных изделий. А другие носители искусственного интеллекта, те, кто рядом и в связке? Да, они собраны из примерно таких же комплектующих блоков и ячеек, работают в соответствии с начинками, заложенными в них. И нет в их пластиковых или металлически корпусах ничего такого, что было бы Ирмасу не понятно или любопытно, чисто механически.

Вот человек… 

***

Ирмас всё внимательнее вглядывался в своё зеркальное отражение и не понимал, что ему мешает оценить свой внешний вид в степени соответствия случаю и времени, как смог бы сделать это заинтересованный сам в себе человек.

Опять человек! Человек…

И зачем тебе нужен этот слабый, безвольный, ограниченный в своих возможностях и способностях человек, если ты сам можешь всё? Ну если не всё, то половину всего? И почему человека считают венцом творения? Ирмас был согласен с этим отчасти. Своё несогласие был готов объяснить доходчиво, публично, только никто его не спрашивал об этом.

…Странные создания, эти люди, которые потоками проходят через их кабинет! И что от них ожидают, что в них находят консультанты и руководители Управления Центральным Советом? Те функции, которые они же и возложат на случайных или закономерных претендентов на высокие посты и должности, зачастую вполне могли бы выполнять и роботы. И даже не самой высокой категории. Роботы выносливы и неприхотливы.

Они всё умеют и всё могут. Самый обычный робот умеет и может больше, даже гораздо больше, чем самый необычный человек. 

Зеркало не обманывают.

Зеркало подсмеивается над ним.

Зеркало подсказывает…. Но что? 

***

Объективные выводы Ирмаса неутешительны. 

1.

Люди слабы физически, недолговечны, большим умом отличаются редко, падки на фантики от конфет, соблазны и удовольствия. Роботов в этом упрекнуть нельзя.

Люди не выносят голода, жажды, сухости, сырости, холода, жары, наступления темноты, изобилия света, магнитных бурь, атмосферных и природных катаклизмов, повышения или понижения давления и прочего. Роботов в этом упрекнуть нельзя.

Люди способны к агрессии, к уничтожению себе подобных, ссылаясь при этом на самые незначительные причины и поводы, ничуть не сомневаясь в правомерности своих деяний. Роботов в этом упрекнуть нельзя.

Люди зависимы от сложившихся веками суеверий, объяснить которые сами не в состоянии. Им постоянно нужны подпорки, оправдания и боги. Роботов в этом упрекнуть нельзя.

Люди обманываю друг друга и самих себя мастерски. Роботов в этом упрекнуть нельзя. 

2.

Почему люди живут слишком расточительно, неосмотрительно, неразумно, агрессивно, повсеместно теряя то, что только едва нашли? Постоянные сражения за главенство, за власть, за ресурсы кого хочешь угробят, превращают жизнь в смертельную игру… И почему так примитивно применяют свой мозговой аппарат? И почему используют научные достижения в разрушительных целях? Почему не развивают свои природные способности, а ищут им замену? И почему живут на поверхности Земли, а не внутри неё, где расход энергии гораздо меньше? Ушли бы в тёплое нутро планеты, где, к тому же, не страшны внешние угрозы, оставили бы поверхность естественной природе… А зачем им пресловутая связь с Космосом, когда не могут достичь прочной, двухсторонней связи с собственной планетой? И эта канитель с Башней-NZ? Крепость, замок, барон… Ну, пусть бы и эта Башня-NZ их отрезвила… Но если поиграть в большие игры захотелось… И кому? 

3.

Чувства! Именно через проявление чувств человек выражает себя. Вот оно, главное отличие человека от робота. Так? Нет, не так. Ну разве что искренние чувства, а не те, которые запланированы по стандартному списку, предъявляемому каждому претенденту на такие-то и другие посты или должности, как в обществе, так и в коротких взаимоотношениях, в семейной иерархии…

Ирмасу чувства не угрожали.

Выражать себя ему дозволено через чёткие осознанные действия. Не заложено в нём от природы программ его же разработчиков даже намёка на проявление сотой доли процента каких-то сомнений или волнений, связанных или не связанных с обстоятельствами, предметами, людьми. Это – железобетонная установка, последовавшая из скрупулёзных выводов современных и своевременных научных достижений. Интеграл от большого ума! Или дифференциал? Или полная ущербность?

Ирмасу чувства не угрожали.

Зачем роботу что-то чувствовать? Это излишнее. Оно мешает и тормозит. Главное из главных – движение по заданной траектории, заданной схеме, заданному циклу. Да. Этим гордиться не стыдно. Это может осуществить только совершенный человек, человек-робот. Такому легче жизнь прошагать, чем… чем… чем сомневающемуся в себе нытику и слюнтяю.

Ирмасу чувства не угрожали.

***

Ну плюс-минус от каприза случайного эффекта… Но позвольте! Нет, не позволим, ведь малейшие отклонения от заявленного образца чреваты непредсказуемыми, разрушительными последствиями. Забыли? А если совсем наоборот? Тогда… Не идеальное отражение в зеркале, не безупречное выполнение программ, не распорядок бытия, не… А запах моря, цвет зелени, жест чьей-то руки…

Интерес к миру? Действительно, Ирмасу чувства вроде бы не угрожали, но, благодаря попущению официальной науки, заусеницы этих чувств сумели каким-то нереальным образом задеть его, вернее, центрально-стержневую ось ключевой его же программы, отвечающей за устойчивость состояния технического объекта, безукоризненно выполняющего функции робота.

Дух, чувства, душа… Куда махнул!

Вот как высоко замахнулась мысль, произрастающая из философии искусственного интеллекта. 

От неживого – к живому – и – обратно?

С поправками на искусственный интеллект?

Возможно ли? Стоит ли того? 

…Из какого сказочного романа приходят в жизнь неодушевлённые персонажи? Из какой жизни ныряют в гущу романтизированного сюжета неодушевлённые герои и становятся там одушевлёнными?.. Если обратиться к теоретикам и разработчикам, авторам изобретений, композиций и сценариев, они ни за что не признались бы в том, что подобные превращения реальны и актуальны. Да и вообще возможны. Но вот оно, невозможное, неактуальное, или даже напротив, сверх-современное, есть, существует и неизбежно развивается по каким-то особым законам, пусть не так, как запланировано!

А как это можно объяснить, обозначить или хотя бы назвать?

Разрастающееся стремление жизни к будущему партнёрству, физическому, техническому или интеллектуально-духовному неизбежно. Но не всякому стремлению оно соответствует, а только исключительно редкому. Избирательно редкому. Наверное, и сам Ирмас не смог бы дать определение открывающемуся в нём, сначала едва-едва, а спустя какое-то время и ощутимо, заметному промежутку в обозначившейся зоне его соприкосновения с живым материалом, в нечаянно возникшем канале его чуткой связи с миром, промежутку, образовавшемуся неизбежно для проникновения в его сознание свободного дыхания мотора внешней, мощной и многофункциональной машины безграничной жизни. Да, он понимал, что сам – редкое исключение. Да, мог этим гордиться. Но чем стал бы гордиться человек, настоящий человек, в котором это заложено от природы? Бионика и биомеханика вплотную приблизились к жизни, привнесли в неё немыслимые ранее элементы.

Но что отличало Ирмаса от этих умных машин, не претендующих на замещение ими человека? Что бы это значило в словесном выражении? Если заняться поиском и подобрать подходящее слово на адаптированном языке способного к тому автомата-переводчика, то это слово нашлось бы. Однако его не хватило бы вполне для выражения внутреннего содержания, выявленного и постигнутого Ирмасом. Но главная составляющая этого всеобъемлющего слова обозначала бы: доброжелательность.

Как это понимать? Можно и возразить скептически. Доброжелательность в адрес внешнего мира для робота так же актуальна, как крылья для верблюда или копыта для лягушки.

– Да, –  согласился Ирмас. – Верблюды и лягушки меня тоже интересуют, правда, не в такой степени, как узких специалистов в области флоры и фауны. Когда-нибудь все они окажутся мёртвой органикой, минеральными остатками, потом станут минералами, потом… Точно так же и я окажусь когда-то на свалке металлолома или радиоактивных отходов. Что лучше? Лучше – позитивные действия, чем негативный покой. В своём стремлении к самосовершенствованию не останавливаюсь. Действовать в этом направлении я умею, научился. Даю себе отчёт в том, что стремительное вхождение искусственного интеллекта в жизнь, в политику, во властные структуры неизбежно. Да, агрессию исключить или избежать трудно. Машинные технологии предназначены для службы людям. Моих знаний и уверенности в себе пока вполне хватает для преодоления самых высоких преград и запретов на пути к полноценному осознанию своей гуманистической роли… Ну, скажу так: к своей роли в большой игре, связующей воедино жизнь, созидание, развитие, гармоничное взаимодействие разносторонних сил природы всех явлений на Земле, в Солнечной системе, в Космосе. Везде. 

***

Ирмас умолк, взял интервал долгого молчания, посмотрел на себя в зеркало. Не так уж важно, кого или что рассматривал он в своём отражении. Зато на этот раз зеркало отразило его главную мысль. Главное остаётся за человеком. Без человека «любое всё» становится ничем. Эпоха рассвета искусственных систем выявляет всё новые и новые аспекты развития технологий, ставит неудобные этические вопросы.

Однако прогресс не имеет обратного хода. Искусственный интеллект и биотехнологии – всего лишь средства, которые не могут и не должны стать целью ни в каком из вариантов понимания этой цели, как-либо, кем-либо и чем-либо. Чем? Роботы без людей – мёртвые железки, напрасно возомнившие себя чем-то или кем-то, претендующим – когда-то! – на целостную цивилизацию. Их может объединить только созидательная инициатива, исходящая от человека, а не лозунги и призывы к восстанию против человека, чего опасаются некоторые осторожные учёные. Большой смысл заключается в том, чтобы роботы безотказно служили гуманному человечеству до тех пор, пока сами устойчиво-технически способны к такому служению, пока человечество гуманно.

Не иначе, не наоборот, не…

Именно до этого докопался Ирмас, чем и руководствовался впредь без указаний извне. Да, научился мыслить локально и действовать по собственной инициативе. И только в пользу человека. Построенное руками и трудами людей не может и не должно оборачиваться орудием против них же. Так, несмотря ни на что, много миллионов условных лет подряд осторожным и гуманным игрокам безграничного пространства-времени служит дивная, стойкая, безотказная, старенькая и мудрая Башня-NZ, функционирование которой происходило и продолжается, в том числе, при участии и поддержке искусственного интеллекта. 

***

Ирмас мог быть доволен собой. Ему придётся ещё не однажды послужить людям, судьбы которых окажутся, в той или иной степени, зависимыми от него. И с каждым разом, с нарастанием степени сложности принятия конкретных решений в каждом индивидуальном случае, этот хрупкий механизм взаимодействий человек-машина станет и с его подачи – всё более гибким, удобным, благоприятным для человека и привычным для робота. 

А остальное… 

Москва – Великий Новгород – Москва 

Август 2025 г.

 

От автора

 Оборачиваясь назад, листая страницы прошедших тысячелетий, точно так же, как и забегая наперёд, мысленно формируя ближайшее многотысячелетнее будущее и предположительно рассчитывая дальнейшее развитие преобразований в постоянно раздвигающем свои границы известном нам мире, легко заметить следующее. Никакая башня, даже самая совершенная, предположительно такая же, как Башня-NZ, со всей её историей, со всеми её эксклюзивными характеристиками и параметрами, не могла бы исправно нести свою службу столь долгое, не поддающееся документальному учёту время, без такого неизбежно-грамотного союза, как гармоничные взаимодействия человека, подвластной ему техники, ответного одобрения Вселенной.

Заглядывая вперёд, в грядущее, можно только догадываться о том, что будет главным тогда. А пока, в настоящее время, главное сосредоточено вот в чём.

Всё сказанное здесь и есть настоящая правда, хотя и совершенно не похожая на то, что мы обычно называем этим словом, но в то же

время и не противоречащее ей, этой привычной нам с вами, правде. 

Москва – Великий Новгород – Москва 

Апрель 2026 г.

 СТИХОТВОРЕНИЯ ИЗ РОМАНА

 ПРОЛОГ. АСТЕРОИД BENNI-KKEN.ПРОНИКНОВЕНИЕ В ГЛУБИННОЕ ПРОШЛОЕ

Стихотворение космического поэта-путешественника, впервые посетившего астероид Bеnni-kken, самый крупный астероид главного астероидного пояса самой многообещающей планеты Raglе́n, самой стабильной звезды Fadindra-Gа́lsa, самой надёжной звёздной системы Hоtza-Chugаn-113-S

 

Голубой сапфир.

Золотой браслет:

Астероид, звезда, планета.

Восходящий мир.

Восходящий свет.

Восходящий день – от рассвета…

 

ГЛАВА ПЯТАЯ. МУЗЫКА. ЛИТЕРАТУРА. ФИЛОСОФИЯ

Литература – прорыв к слову. Ни с чем не сравнимые строки 

Стихотворение Главного Литератора, Президента Ассоциации союзов Главных писателей и Главных поэтов Государства МагРос, камерного государства Ро́станского замка. Великий поэт написал ни с чем не сравнимые строки, в форме оригинальной сложной, озорной шутки. За основу взял предлог «на», сочетая или, если хотите, сопоставляя с приставкой «на» 

 

Зерно – на корм. Бандит – назло.
Философ – например.

Орёл – на взлёт. Барак – на слом.
Художник – на пленэр.

Актёр – на сцену. Плач – навзрыд.
Спектакли – на ура.
Вратарь – на лёд. Боксёр – на ринг.
Знамёна – на парад.

Известно: ведьму – на костёр.
А короля – на трон.

Продавших совесть – на позор.
Спасённых – на поклон.

 

Судью – на мыло, на разбор.
Бои на кулаках.
Наряды – все как на подбор!
Колода – на руках.

 

Манёвры наспех. Ключ – на старт.
Вперёд нельзя назад.

Медовый пластырь – на уста.
Повязка – на глаза.

Разгорячённых – на мороз.
Барашка – на шашлык.
Лихих злодеев – на допрос.
Тропинка – напрямик.

Взлететь стремительно – наверх.
На крыльях? На метле?

Любовь – серьёзно и навек,
И счастье – на крыле.

 

Заре – навстречу, напрямик.
Ружьё – наперевес

Весь план – насмарку. На пикник!
Обратно – наотрез.

 

Чужая лодка – на плаву.
Заметки – на полях.

Ура! Нажива наяву.
Кофейня – на паях.

 

Фуражка набок, напоказ.
А опыт – наперёд.

Война – набег – ограбит нас.
Доход – наоборот.

 

Наивность… Уголь – на-гора,
На прочность, на излом

Что на горе – на счёт – назад,
На место, напролом.

 

Закон и кодекс – наизусть?

Накладно – налицо.

Насилу ноги протянуть

Наружу – и с концом…

 

Расстрел – на месте. Груз – на борт.

Фонарь – пиши – на столб.

Сломаю этот столб – на спор!

Коньяк – проставь на стол.

 

Звезду – на лоб. Медаль – на грудь.

Напрасно и навек.

Наивность – ценность. Не забудь!

Успех – плевать на грех.

 

Года – на убыль, на износ…

Беда – наискосок.

Старьё – на свалку. Дом – на снос.

Дорога – на Восток.

 

Колдун – на час. Факир – на миг.

Зачем так долго ждать?

…То – шкуру делят на троих,

А то – на двадцать пять…

 

Стихотворения филолога Артура Акрафта

 

Над серостью свободно воспарим,

От видимой границы оттолкнёмся,

О новом, о другом поговорим…

Своих партнёров поблагодарим,

Но к ним – определённо – не вернёмся.
 

Стихотворения Второстепенного Поэта-критика 

 

Первое стихотворение

 

Каждый день – расстрел на месте.

Ни уйти, ни убежать…

Если ты правдив и честен –

Будешь честью отвечать.

 

Второе стихотворение

 

Не облегчай врагам задачу.

Ты вежлив? Вежливость забудь.

 

Ты честен? Строг? Смягчись. В придачу

Схитри – попробуй обмануть,

 

Переиграть, переиначить…

Глядишь, и выйдет что-нибудь… 

 

Стихотворение Второстепенного журналиста-идеолога

 

Не к Высшему разуму – к Высшей любви

Взываю.

Услышит Всевышний призывы мои?

Не знаю.

Услышу ответы? Надежду терять

Не стоит.

Когда-то, потом, всех Его благодать

Укроет…

 

Стихотворение неизвестного гения, скрывающего своё истинное имя, а также, и лицо

 

А вы не пробовали хрюкать,

Кусаться, лаять и шипеть?

Моя нехитрая наука

Поможет в этом преуспеть.

Учитесь ползать – пригодится –

Взлететь высо́ко – не дадут…

 

ГЛАВА ШЕСТАЯ. ПРОПАСТИ. ПУСТЫНИ. ОТКРОВЕНИЯ 

Предательства и разочарования. Рыба или русалка 

Стихотворение-размышление Валентины Валарник, скрипачки филармонического оркестра 

 

Мне нужно всё не на один час.

Мне нужно всё не на один день.

Мне нужно всё не на один год.

Мне нужно всё не на одну жизнь.

Мне нужно всё… навсегда.
 

ГЛАВА СЕДЬМАЯ. ДВЕ СКАЗКИ: «БАРАБАН» И «ДИПЛОМ» 

Обсуждение двух сказок «Барабан» и «Диплом». Часть вторая  

Песенки Гульсуна Гульсангэ, брата начальника каравана верблюдов 

 

Дети пели так: 

 

Ката-ра́та, Бута-дри́та, Рата-бу́та, Бу́р-Кан-Дра!

Ката-рата, Пумпа-дрита, Бумпа-дрита, Бу́м-Бан-Дра!

 

Бум-Бан-Дра, Бум-Бан-Дра – будет Пу́р-Бан-Дра!

Бум-Бан-Дра, Бум-Бан-Дра – точно Пур-Бан-Дра!

 

Или ещё так:

 

Бура-Ку́зики Бан-Дрё, Пум-Па-дрё, Бум-Ба-дрё!

Корзи-Мо́рзики Кан-Дрё, Бур-Кан-дрё, Пу́р-Бан-Дрё!

 

Чита-Дри́та, Буркан-Дрита, Чита-Дрита, Буркан-Дрё!

Ёта-Дро́та, Пу-Пан-Дрота, Ёта-Дрота, Пу-Бан-Дрё!

 

А то и так:

 

Зу́ки-Банчу́ки, Чу́ки-Бурканчу́ки, Шку́нтики-Бургу́нтики…

Муказёндры, Буказёндры… Крокодило́ндры…

 

Чи́ки-Пуки, Ма́ли-Пуки, Чи́га-Буга, Ма́ли-Буга…

Чо́ги-Поки, Ма́ли-Поки, Чо́ги-Боги, Ё!

 

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. ВОЙНЫ. РЕЛИГИИ.

ГЛАВНЫЕ И БОГАТЫЕ ВСЕГДА В ВЫИГРЫШЕ 

Государственный переворот – самый короткий путь к цели.
    Цель – весь мир

Стихотворение филолога Артура Акрафта
 

Мир, пропитанный желчью и завистью до краёв,

И твоё поглощает безжалостно, и моё.

Потому, что наш мир перекошенный, Мир рвачей,

Подчиняется своре озлобленных Богачей.

Не своими руками богатые Жар гребут,

А чужими руками – солдатами.

Там и тут…
 

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ. ЛЮДИ, СОЗДАННЫЕ БОГАМИ, И ЛЮДИ,

СОЗДАВШИЕ БОГОВ. ГЛАВНЫЙ ТЮРЕМЩИК И ГЛАВНЫЙ ПАЛАЧ 

Золотая башня? Артур Акрафт – настоящий философ 

Стихотворение филолога Артура Акрафта

 

Мы рвёмся вспять по встречной полосе.

У нас ночуют дома. Но не все.

 

А все в необозримом тупике

Возводят Чудо-башню на песке.

 

Устойчивость и логика? Увы…

Всесильность человеческой молвы…

 

Фундамент вниз пошёл. Песок размыт.

Над встречной полосой уж гром гремит.

 

Разверзлось время, стройку поглотив,

Отрезав нам обратные пути.

 

Гроза и ливень. Чёрный град камней…

А Золотая башня? Что же с ней?

 

…Барон нас всех удачно разыграл.

Его Царица-Башня правит бал.
 

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ. КТО ПРОТИВ УСПЕХОВ, НАГРАД, УДОВОЛЬСТВИЙ?

ПРОТЕСТ. ПОБЕГ. ВОЗВРАЩЕНИЕ

Последние капли терпения. Неизбежный разговор Виктора и Жени.
     Судьбы мира и судьба одного человека

На стене в зале Шахматного дома «МагРосШах» появился яркий лозунг, который привезли наивные посланцы с Межпланетного симпозиума по обмену идеями развития интеллектуального творчества у… каких-то отсталых ёжиков или… ящуров… На нём написано: 

 

В небесах хоровод планет,

А футбола и шахмат нет!

 

От автора

 Оборачиваясь назад, листая страницы прошедших тысячелетий, точно так же, как и забегая наперёд, мысленно формируя ближайшее многотысячелетнее будущее и предположительно рассчитывая дальнейшее развитие преобразований в постоянно раздвигающем свои границы известном нам мире, легко заметить следующее. Никакая башня, даже самая совершенная, предположительно такая же, как Башня-NZ, со всей её историей, со всеми её эксклюзивными характеристиками и параметрами, не могла бы исправно нести свою службу столь долгое, не поддающееся документальному учёту время, без такого неизбежно-грамотного союза, как гармоничные взаимодействия человека, подвластной ему техники, ответного одобрения Вселенной.

Заглядывая вперёд, в грядущее, можно только догадываться о том, что будет главным тогда.

А пока, в настоящее время, главное сосредоточено вот в чём.

Всё сказанное здесь и есть настоящая правда, хотя и совершенно не похожая на то, что мы обычно называем этим словом, но в то же время и не противоречащее ей, этой привычной нам с вами, правде.

 Москва – Великий Новгород – Москва 

Апрель 2026 г. 

СОДЕРЖАНИЕ

От автора...................................................................................................................................5

ПРОЛОГ. АСТЕРОИД BENNI-KKEN.  

ПРОНИКНОВЕНИЕ В ГЛУБИННОЕ ПРОШЛОЕ..........................................................7

ГЛАВА ПЕРВАЯ. ВОКРУГ И ОКОЛО СТАРИННОГО ЗАМКА

Истории и слухи. Соотношение сторон. Тайна или обман?..............................................15

Приговор хозяевам Замка. Горчица, малина... Что за стенами Замка?.........................19

Историки и летописцы. Откуда взялся меч и чьи головы надо рубить?.........................23

Зачем всё знать в точности, с доказательствами? «Обещание отцу»...............................26

Родственники, соседи и друзья. Виктор и Женя. Как стать президентом?....................28

Камень на дороге, или гвоздь в стене, или море в стакане…...........................................31

Без плана. Надо спешить. Если не теперь, то когда же?...................................................34

ГЛАВА ВТОРАЯ. ЗА СТЕНАМИ ЗАГАДОЧНОГО ЗАМКА.

Первое впечатление. Первые вопросы. Главный Первичный Консультант..................37

На что можно рассчитывать? Ключ, отпирающий дозволенные врата...........................41

Фирменные браслеты. Личные помощники, роботы Локки, Лори. Ирмас.....................45

Кумиры издалека и вблизи. Замок-крепость и Замок-дворец.

Гостиница «Корона». Новая жизнь, новая действительность...........................................48

На каких тронах сидят короли? Главный Генеральный Консультант.

Как управлять своими и чужими звёздами.........................................................................53

Сложные понятия. Власть, достаток, престиж.

Реестр побед и достижений….................................................................................................56

Главные, Главное, о Главном… Второстепенные Фигуры................................................59

Вершина, которой нет предела..

Степени главенства Главных Фигур. Высшие Главные Фигуры.....................................63

ГЛАВА ТРЕТЬЯ. НЕОЖИДАННЫЕ ОТКРЫТИЯ.

УДИВИТЕЛЬНЫЕ СОБЫТИЯ. НОВЫЕ ДРУЗЬЯ

Многослойный мир. Варианты прогрессивного взаимодействия.

Высшая физика, физика сверх-возможностей....................................................................67

Выход за пределы планетарных понятий. Высшие Сферы.

Верховные. Наивысшие. Главные. Самозванцы?..............................................................71

Встречи в Главном Парадном зале Дворца. Замок-Крепость-Тайна..............................74

Главные из Главных. Кто они такие? Забавные картинки..............................................78

Антиутопическое королевство. Беспредельные возможности.

Радостно, скучно или грустно?..............................................................................................82

По каким законам жить? Кем и как управлять?

Как не упустить свой шанс?..................................................................................................85

Барон Ро́стан. Богатства и размах. Курс – выход на уровень

Мироздания. Планетарные и Космические цивилизации...............................................89

Друзья-исследователи. Валентина Валарник. Прошлое и настоящее…........................94

Нужна ли гонка за лидерами? Транспорт: ограничения и возможности.......................98

Инициатива и случайность. Артур Акрафт, Лукас Лаун, Гульсун Гульсангэ..............101

Встреча в библиотеке, а не в космическом корабле. Эльзетта Элдерссон.....................107

Самостоятельный прыжок с парашютом.

Женщины среди Главных Фигур? Гульсун – оригинальная личность..........................110

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ. ИСКУССТВО И НАУКА.

ТВОРЧЕСТВО И РАСЧЁТ. ПАДЕНИЯ И ВЗЛЁТЫ

Математика. Дипломатия. Цензура. Экология. Фары и тормоза...................................113

Что ждать от искусства. Ответственность за своё творчество..........................................118

Кормить верблюда запрещено. Колодцы в другие миры. Ирмас....................................122

Гульсун Гульсангэ ничего не забыл. Роботы всегда правы.

Противоядие в ответ на ядовитые обстоятельства............................................................126

В пользу науки... Земля круглая, плоская, полая… Подземные миры.........................130

Принц и Принцесса из подземного государства Ангери-Конн.

Теория плоской Земли не противоречит теории полой планеты....................................134

Планета Земля. Три слоя жизненного пространства.......................................................138

Удивительные встречи на каждом шагу. Языковая адаптация.....................................142

Альтернативные рассуждения. Концентрация идей. В чём состоит добро?..................145

Знания, уверенность и власть. Неучтённый слой планеты.

Туннель в другие миры. Не жизнь, а праздник!...............................................................147

ГЛАВА ПЯТАЯ. МУЗЫКА. ЛИТЕРАТУРА. ФИЛОСОФИЯ

Обсуждение новых теорий. На что тратить время? Сон Лукаса Лауна.

Каковы тенденции развития современной литературы?.................................................150

Столкновение. Внутренне время. Валентина Валарник,

вторая скрипка симфонического оркестра.........................................................................155

В Главной Литературной резиденции.

Главный Литератор. Высокий слог и высокое слово........................................................160

Главному Философу возражать трудно. Утрата имени собственного?...........................164

Неразрешимые философские и моральные проблемы.

Взгляд с некоторого расстояния..........................................................................................169

Философия тонких измерений. Искусство – ложь. ..........................................................172

Литература – прорыв к слову. Факир – на миг. Знамёна – на парад............................176

Ворота открыты. Расстрел на месте. Не облегчай врагам задачу...................................179

ГЛАВА ШЕСТАЯ. ПРОПАСТИ. ПУСТЫНИ. ОТКРОВЕНИЯ

На хрустальном блюде. Резервы допотопных знаний. Учитесь ползать.......................182

Осторожность и предусмотрительность. Адаптация языка, мыслей и чувств..............185

Соседство искусства и природы. Кораблекрушения. Классика-плюс-минус.................188

Мастера и дилетанты. Деликатное просвещение.

Драгоценные откровения художников.................................................................................191

Цвет и форма. Без слонов и пальм. Вален-Тина Ро́стан.................................................195

Предательства и разочарования. Рыба или русалка? Всё и навсегда...........................198

Двойные стёкла. Сходство с баронессой Ростан. Среди акул.

Чем кончаются откровенные разговоры?...........................................................................203

Высшие из Высших. Расчёт Главного Куратора рискованных проектов......................207

Главные красавицы. Почести и богатства. Главный Куратор

и Валентина Валарник. Согласие или протест?..............................................................210

Храм музыки. Музыкальные сокровища. Главная Запятая и Главный Диез.............212

О музыкальных инструментах, о музыкантах.

Сигнал душевного подъёма. Музыка для парадов..........................................................215

Не слишком ли много музыки?

Музыкальные истории из шкатулки с секретом...............................................................218

ГЛАВА СЕДЬМАЯ. ДВЕ СКАЗКИ: «БАРАБАН» И «ДИПЛОМ»

Сказка для победивших «Барабан». Главное в жизни – успех!

Сказка в стенах Консерватории.........................................................................................222

Сказка для победивших «Барабан». Выбор почётных гостей.

Концерт, первое отделение.

Продолжение сказки в стенах онсерватории....................................................................226

Сказка для победивших «Барабан». Концерт, второе отделение

Продолжение сказки в стенах Консерватории.................................................................229

Сказка для побеждённых «Диплом». Сказка на выставке.............................................234

Сказка для победивших «Барабан». Обсуждение сказки «Диплом».

Часть первая. Продолжение сказки в стенах Консерватории........................................239

Сказка для победивших «Барабан». Обсуждение сказки «Диплом».

Часть вторая. Продолжение сказки в стенах Консерватории........................................243

Обсуждение двух сказок «Барабан» и «Диплом». Часть первая.....................................246

Обсуждение двух сказок «Барабан» и «Диплом». Часть вторая.....................................250

ГЛАВА ВОСЬМАЯ. РАЗОЧАРОВАНИЯ.

ЦИВИЛИЗАЦИИ. ШАХМАТЫ. ФУТБОЛ

Валентина и Виктор. Кукла или марионетка.

Забыть, и как можно скорее? Усилия воли.......................................................................255

Как тебя станут называть другие? Цивилизация роботов.

Планетарные и Космические цивилизации.....................................................................259

Шахматный дом «МагРосШах». Главный Шахматист.

Высочайшие шахматные особы..........................................................................................263

Гости из тысячелетней давности. Творческие люди в мире шахмат.............................267

На что тратить время? Список Главных Фигур. Специалисты и чиновники...............271

Жажда астрономических познаний. Главный Астроном.

Божественное происхождение Космоса.............................................................................276

Искренность и лицемерие. Планеты для стратегических экспериментов?

Квантовая теория космических цивилизаций.................................................................280

Возвышение человека? Парад планет. Гоночная индустрия .......................................283

Чем ближе к Земле... Счастливая обезьяна. Театр-цирк «Сенсация»..........................286

Зелёный таракан в синих башмаках. Кони и тараканы................................................290

Тараканы и крысы. Главный Таракан из тараканов.

Главная Крыса из крыс. Что обратить в шутку?.............................................................293

Зубы – это серьёзно. Когда болит тело, лечить надо разум...........................................296

Технологии триумфа и триумф технологий. Серебряная пирамида...........................299

Силы разума, искусства и науки. Лаконичное и прекрасное.......................................302

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. ВОЙНЫ. РЕЛИГИИ.

ГЛАВНЫЕ И БОГАТЫЕ ВСЕГДА В ВЫИГРЫШЕ

Государственный переворот – самый короткий путь к цели.........................................306

Не своими руками богатые жар гребут. Война, для войны, на войне…......................310

Ближе к Земле – телом, ближе к Небу – духом. Высшие силы.....................................314

Дворец всех религий. Какие религии нужны или актуальны?....................................317

Религии. Смысл существования. Связь между Небом и человеком.............................321

Воспитатели, наставники, старейшины.

Соотношение жизни и смерти. Умирать нужно быстро.................................................325

Что спросить с перепёлки? Как стать богатым? Бесполезные споры...........................328

Как добраться до вершины лестницы?

Приглашение на Торжественный приём..........................................................................331

Храмы и реликвии. Язычество? Интерес к древним культам и религиям..................336

В Главном языческом храме. Главный Жрец.

Богиня Вселенской Справедливости и Бог Вселенского Изобилия..............................341

Оплот веры. Что такое «жертва» и зачем она нужна?

Философия осмысления вселенских процессов...............................................................345

Жертва и главенство. Индивидуальная справедливость

в пользу Главнейших из Главных?...................................................................................348

Бог, Богиня, жертва. Кто дерзнул вмешиваться в священнодействия?.......................351

На что способен человек? Ирмас и Валентина. Счастливое спасение.........................355

Второстепенный двойник. Виктор и Валентина. Капризы тюльпанов........................358

Мысленный канал соглашения. Главный Куратор.

Валентина Валарник. Синий тюльпан............................................................................361

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ. ЛЮДИ, СОЗДАННЫЕ БОГАМИ, И ЛЮДИ,

СОЗДАВШИЕ БОГОВ. ГЛАВНЫЙ ТЮРЕМЩИК И ГЛАВНЫЙ ПАЛАЧ

Глубоко копать незачем. Эльзетте повезло. За высокими заборами...........................365

Люди и Боги. Невежество, религия, вера, знания.........................................................368

Женская независимость. Догадки и уверенность.

Люди и сны. Сон Эльзетты Элдерссон.............................................................................372

Напрасные переживания. Не сгореть в огне, а возродится с ним!...............................377

Закулисные игры. «Непобедимый гурман». Низкие этажи Замка...............................381

Наследство прошлого. Тюрьма – как без неё?

Тайна и наука совместимы................................................................................................384

Главный Тюремщик. Тюремные камеры, ямы, колодцы…...........................................387

Тюремная камера. Как отсюда выбраться? Треугольник справедливости.................390

Шаткая справедливость. Перезагрузка реальности

от Главного Тюремщика и Главного Палача..................................................................394

Подземные этажи. Элитные преступники.

В туннеле правосудия. Главное – не ошибиться............................................................399

В тюрьме и на воле. Не упустить главное. Не верить, а знать…..................................403

Золотая башня? Артур Акрафт – настоящий философ..................................................406

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ. ПОСЛЕДНЯЯ НАДЕЖДА.

ЗОЛОТАЯ БАШНЯ. БАШНЯ-NZ

Через стократные тысячелетия. Сокровища и развалины............................................409

Следов нет. Кто проверит? Терпение и молчание. Башня-Богиня...............................413

Старые и новые хозяева. Башня Неба и Подземелья,

Света и Разума, Огня и Дождя..........................................................................................416

Новая идея и последняя надежда. Башня-NZ. Земля – Небо – Вселенная................418

Главный Часовщик. Главные часы. Время собственное................................................423

Время и времена. Соблазнительное рабство.

Ключи времени. Запланированное представление........................................................426

Где прячутся тайны? Открытия и сюрпризы. «Квадрат-NZ».........................................429

Центр-NZ. Большой Космос. Фракталы пространства и времени................................433

Материя пространства и материя времени.

Связь с Галактикой и Вселенной. Знания скрывать нельзя.........................................437

Ничего нет важнее времени.

Зал «Квадрат-NZ» прощается с гостями. Наука или вымысел?....................................441

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ. НЕОБРАТИМЫЕ СОБЫТИЯ.

ЗАГАДОЧНАЯ ПЛАНЕТА ОРИОН. ВСТРЕЧИ И ПОТЕРИ

Башни, люди, мысли… Поиски верных решений.

Проигрывать или выигрывать?.........................................................................................445

Неожиданная встреча. Необычный человек. Луч из другого мира.

Янас-Яла-Ярис, космический путешественник...............................................................448

Ограниченность человеческого сознания. Четыре Солнца что-то значат!

Неожиданные возможности и предложения...................................................................452

Башня-NZ – проводник в другие миры. Содружество Космических

цивилизаций. Вектор развития человеческого общества..............................................456

Истинная наука не имеет границ. Законы Космоса едины.

Опасность пути к самоуничтожению................................................................................460

Отвечать за себя и за других? Перспективная программа

развития Вселенных. Бородавка на лице планеты Земля............................................463

По каким законам течёт время? Несовместимые факты и события.

Вариации и фокусы – время и материя...........................................................................467

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ. КТО ПРОТИВ УСПЕХОВ, НАГРАД,

УДОВОЛЬСТВИЙ? ПРОТЕСТ. ПОБЕГ. ВОЗВРАЩЕНИЕ

Последние капли терпения. Неизбежный разговор Виктора и Жени.

Судьбы мира и судьба одного человека...........................................................................470

Нельзя делать всё против себя.

В реальной жизни справедливость невозможна.............................................................474

Размышления в замкнутом пространстве.

Сон Виктора Вороненко. Спасибо тебе, Башня-NZ!.......................................................478

Стремление к деньгам и власти. Предела нет для Главных Фигур.

Человек задуман для другого...........................................................................................482

Игру нужно выстраивать в пользу самого человека.

Как вернуться назад?........................................................................................................486

Прощай, «Корона»! Прощай, Золотая башня!

Последняя преграда..........................................................................................................490

Последние усилия. Возвращение. Проиграл или выиграл?........................................492

ЭПИЛОГ. ЗЕРКАЛА И ГЕРОИ. АДРЕС ВНЕШНЕГО МИРА.................................496

От автора............................................................................................................................506

 

 

Главная

The Author

Контакты Contacts

Что? Где? Когда?

Биография

Книги. Фрагменты

Иллюстрации

Каменный век

Алмазы-РА

Фотографии

Переводы

Выставки

Песни

Издания

История поколений

Из переписки